Чтение онлайн

Всё-таки регоев с детства учат сражаться. Пока я примеривался, дожидаясь песчаных воинов, мой старый приятель не думал, а убивал. И пусть моё решение захватить стойла оказалось новостью, не растерялся Ситранис ни на миг.

А я до последнего не сообщал спутникам, что собираюсь силой забрать животных. Это вызвало бы ненужные вопросы, да и бурю возмущения от той же Аланы. К сожалению, нам всё равно пришлось бы убивать стражников, служивших на городской половине Верховной. И зачем в подобном случае тратить время на споры?

Пока я прикрывался щитом от града ударов напротив и готовился ударить, регой и копейщик выбили

ещё двоих противников. На их место прибежали новые, но если бы они успели чуть раньше, тогда нам, может, и пришлось бы туго. А так для нас ничего не изменилось.

За нашими спинами гулко ухнул брус засова. Это Ашкур вытащил его и бросил на землю. Тяжёлые створки отворялись неохотно. Однако подоспевшие нашёптыши навалились, и вскоре внутрь кинулось подкрепление из тринадцати песчаных воинов.

Вот тут военная удача и перешла с концами на нашу сторону. Нашёптыши помогли смести очаг организованного сопротивления, а потом и вовсе началось беспощадное избиение.

Бой закончился быстро. Укрывшиеся в стойлах стражники и охрана пытались найти укромные места, где бы отсидеться, но я приказал не щадить никого. И вовсе не потому, что я был полон злобы или ярости — эти люди к смерти Элии отношения не имели. Просто я собирался заняться кражей скакунов… Ну и да, ни к чему мне свидетели. Тем более, шансов ни по моим расчётам, ни по словам Владыки Времени у жителей Святилища не было. Этим я успокаивал свою совесть, отрубая головы тем, кого в следующую ночь, вероятно, разорвали бы демоны.

Спустя гонг, хмурым пасмурным утром, мы выехали из города через брошенные ворота. Их створки ночью демоны так и не снесли, но всех защитников вырезали. Несколько песчаных людей даже укрылись в помещении с воротом, который опускал решётку. Пришлось подниматься и зачищать.

Нас так никто и не остановил, не окликнул. И вообще я не был уверен, что рядом со стеной оставались живые люди или хотя бы одержимые. Вот песчаные демоны в домах отчётливо ощущались…

Тихап и Тавр, ехавшие на переханах, гнали стадо в пять десятков голов. Я, Ситранис и Денос рулили каждый составом из нескольких телег, который тащили сразу три гнура, по ширине не умещавшиеся на дороге.

В телеги мы успели дополнительно покидать зерно, сушёные овощи и сено, найденное в стойлах. Забрали столько, сколько вообще могли погрузить. Но, конечно, куда меньше, чем хотелось бы. Спутников у меня было мало, а песчаные воины, которых я развеял, грузить не умели.

Впереди ехали Ашкур и Алана, проверяя шёпотом землю на пути. Шансов, что после первого же штурма попадутся демоны орды, зарывшиеся в землю, были невелики. Однако я предпочитал перестраховаться.

А позади нас умирало Святилище, пуская в небо чёрные струи дыма. И туда нам ещё предстояло в ближайшее время вернуться.

Однако прежде я хотел провести одну спокойную ночь со своим войском.

К лагерю мы подъехали, когда солнце уже стояло высоко. Правда, мир вокруг всё равно выглядел неприветливым и серым. Тучи, пришедшие утром с озера, ещё клубились в небе. Далёкие раскаты грома в горах напоминали о прошедшей грозе. А стекающие с гор ручьи подсказывали, что не вся влага в тучах закончилась.

Перевалить Рудный хребет грозовой фронт не мог. Вот и проливался на южных склонах, освобождаясь от тяжёлой влаги. А уж затем влага

возвращалась обратно в озеро. Ну или оседала снежными шапками на горных вершинах.

Впереди показалась громада старой гостиницы. Вокруг раскинулись шатры моего войска. Я сразу же, с расстояния в полёт стрелы, начал оценивать обстановку. Это была привычка, въевшаяся за годы. Первым делом подмечать любые детали. Да и волновался я за своих людей.

Следов боя не наблюдалось. Земля вокруг лагеря хоть и была изрыта следами ног и копыт, но я не увидел ни опрокинутых телег, ни сломанных копий, ни пятен крови. Да и дозорные стояли спокойно, не выказывая признаков тревоги.

И, главное, я не увидел ни одного погребального костра, ни одной кучи пепла, в которой могли бы лежать останки павших. Лагерь пережил ночь без потерь. Защитный купол, выставленный Фертом, сделал своё дело, и демоны орды всё-таки прошли мимо, не учуяв целое войско.

Дозорные нас, конечно же, заметили. И, само собой, узнали. Вскоре у ворот лагеря собралась небольшая толпа: командиры, бойцы, беженцы из Серебряного Ключа. Все они смотрели на нашу процессию с плохо скрываемым облегчением. Да и удивление во взглядах присутствовало. Ещё бы: мы уехали ввосьмером, а вернулись с караваном из телег, гружённых провизией и ящиками, а ещё с целым стадом переханов и гнуров.

Жаль, не все, кто уехал, вернулись. Отсутствие Элии, должно быть, заметили сразу. Кто-то из женщин испуганно заахал, прикрывая рот ладонью. Я стиснул челюсти, вновь переживая острый приступ боли. Не хватило мне крови в Священном Храме, ой, не хватило…

Истор подошёл, стоило мне занести ногу, чтобы спешиться. И, едва дождавшись, когда я передам поводья подоспевшему бойцу, доложил:

— У нас спокойно было. Демоны орды прошли совсем рядом. Буквально в шаге от границы купола. Ферт к рассвету вымотался до предела. Поэтому ещё крепко спит.

— Заметили что-то странное? — спросил я.

— Дозорные поднимались на крышу гостиницы, откуда город видно. И вот им показалось, что нападение шло с двух сторон… — признался Истор.

— Спасибо. Надо будет проверить следующей ночью, — кивнул я.

После чего обвёл взглядом собравшихся. Нужно было сказать то, что они ждали. Легенду мы с Ситранисом, Аланой, Ашкуром, Тавром, Тихапом и Деносом выдумали ещё по пути, пока гнали стадо и телеги через опустевшие предместья. Легенду, которая объясняла бы всё произошедшее. И нашу «добычу», и, главное, смерть Элии.

Не люблю врать. Однако это был не тот случай, когда стоит делиться правдой. Такая правда посеяла бы в лагере страх, смущение и, возможно, даже смятение.

Если мои люди узнают, что Верховная Жрица Священного Храма оказалась одержимой… Что это она призывала сюда истинных демонов… Что мы собственными руками убили её и всех её последовательниц… Это могло обернуться непредсказуемыми последствиями.

Наверняка были бы и те, кто осудил меня. Нашлись бы и те, кто засомневался в наших нынешних целях. А сомнения в нашем положении — роскошь непозволительная.

Поэтому я рассказал то, что мы по пути договорились считать правдой. Мы прибыли в Священный Храм, были приняты Верховной Жрицей и обсудили с ней условия доступа к архивам. Переговоры шли непросто, но в итоге удалось достичь предварительных договорённостей. Мы остались на ночь в гостевых покоях, чтобы утром продолжить переговоры.