Вечные Пески. Том 7
Шрифт:
Конечно, весь разговор с Дараном я не пересказывал. И даже не упомянул, откуда именно получил настолько интересные сведения. А вот основную суть приоткрыл, вызвав бурную реакцию со стороны товарищей.
— Истинные демоны — дело рук Верховной?! Вот же дрянь!..
— Чтоб меня демоны драли, охренеть!..
— Ясно-понятно… Что ничего не понятно!
Винтовая лестница уходила под землю скачков на пятьдесят. Для точности надо было считать ступени, а я был занят кратким пересказом новых сведений.
Света под землёй не имелось. Благо Алана нашептала небольшие огоньки. Лестница, по которой мы шли, закончилась в круглом маленьком зале. От него
Я не удержался и провёл по стене кончиками пальцев. По ощущениям это был камень. А по цвету — скальные массивы вблизи Святилища. Похоже, древние этот коридор прямо в горе прокладывали. Что заставляло, как минимум, уважать их знания и возможности.
В коридоре виднелись дверные проёмы в боковые помещения. Причём даже на видимом участке их наблюдалось очень много. Я успел подумать, что мы здесь до утра можем провозиться. Оказалось, всё не так страшно.
А намного страшнее.
Портал к демонам мы обнаружили по тихим стонам тех, кому выпала доля подпитывать круг. И сразу решить, что делать с жертвами Верховной, мне было сложно…
В большом квадратном помещении мы увидели настолько страшную картину, что даже мне не по себе стало. В центре помещения был выдолблен круг, внутри которого и находился портал. Белесое трепещущее марево, темнеющее ближе к середине. Высокое, как столб, оно доставало почти до потолка.
Беда была в том, что каменный круг доверху заполняла кровь. А кровь подавалась внутрь по желобам от деревянных щитов, установленных вертикально вдоль стен. И вот тут-то начиналось самое неприятное, потому что к щитам были прибиты умирающие жертвы.
И всё бы ничего, если бы они просто прибиты были… Однако кто-то с ювелирной точностью вскрыл их тела, вывернув наружу внутренние органы. А чтобы гвозди не убили жертв раньше времени, этих бедняг к щитам крепко привязали. Только вместо верёвок использовали их же, то есть жертв, собственные потроха. Видимо, во время процедуры людей чем-то обезболивали, чтобы не умерли сразу от болевого шока. Однако боль успела вернуться и теперь добивала несчастных.
Естественно, запах в помещении стоял густой и отвратительный. Пот, кровь, запах кишок и испражнений. Всё это смешивалось и, видимо, уходило в отверстие вентиляции. К несчастью, не так быстро, чтобы мы не почувствовали.
— Боги… — Тихап выскочил обратно в коридор и, судя по звукам, принялся блевать.
А ведь не первую десидолю с нами ходит, кучу трупов повидал… Правда, одно дело — видеть мёртвых мужчин и воинов, взявшихся за оружие. Всё-таки каждый из нас смиряется с мыслью, что может не только убить, но и сам умереть. И совсем другое — лицезреть женщин и мирных граждан подвешенными вот так.
Чего уж там, дурно было всем. И тут даже бледная Алана развела руками, показывая, что ничего не поделает. Несчастные просто не выдержали бы лечение. Тем паче, оно с помощью шёпота не всегда безболезненное. Я отлично помню, как оно было, когда мне новые зубы растили. Казалось, мне каждый из них дважды вырвали. И ещё трижды, раздирая дёсны, вставили обратно.
Что бы испытали эти несчастные, начни мы их лечить, представить страшно. Однако и оставить их умирать нельзя было. Не только из человеколюбия — этим тут люди обычно не страдают. И не потому, что среди подвешенных была наша знакомая, а именно Первый Купец Наана. Я к ней, конечно, зла не испытывал, но и сильно жалеть не собирался.
Она была взрослой женщиной и знала, кому служит. Как и остальные жертвы. Чиновники, прислуга,
послушницы… Все они принимали служили Верховной не за страх, а за совесть. Других прислужников эта безумная, как несложно догадаться, вряд ли держала. Ну или просто пустила под нож первыми.И все эти люди, висевшие нынче на щитах, пользовались выгодами положения. А спустя время получили именно то, за что так долго и старательно боролись. Им не стоило жалеть о своей смерти, а нам не стоило сильно жалеть их. Как пелось в песне из моей прошлой жизни, каждый выбирает себе женщину, веру и дорогу. Они тоже выбрали. И поплатились за выбор.
Вот только наполнять круг кровью и отдавать ему свою силу… Этого мы несчастным жертвам позволить не могли. Пришлось вздохнуть, взяться за нож и прервать мучения. Благо, сложно промахнуться по сердцу, напротив которого уже вскрыта грудная клетка.
Оставлять трупы в Убежище я не собирался. Равно как и хранить их наверху, в центральном святилище. Пришлось снимать мертвецов со щитов. Ну а дальше перетаскивать к выходу из Священного Храма. Как и тела убитых нами наверху жриц.
Я хотел было своих песчаных воинов подрядить, но куда там. Убивать эти болваны могли, и неплохо. А вот выполнять полезную работу ни-ни. То ли для переноски надо было поднимать песчаных грузчиков… То ли созидательная деятельность требовала особых навыков шептания.
Мы всё равно выкрутились. Хотя нас было мало, а трупов — много. По итогам совещания сделали следующим образом. Труп привязывали к песчаному воину, а дальше я отправлял его к выходу. Так, мало-помалу, все тела и перетащили, сами участвуя лишь в погрузке и разгрузке.
Удивительно, но никто нам не мешал. Только за пределами Священного Храма, в городе, нарастал шум многочисленных схваток, да виднелись оранжевые отсветы пожарищ.
Жителям и защитникам было не до происходящего внутри Священного Храма. И судя по тому, что говорил мне Даран, утром нам тоже ничего не грозило. Значит, нужно было работать. А ещё придумать план, как выбраться из ловушки, в которую мы себя загнали.
Впрочем, для начала стоило решить другую проблему. Закрыть проход, сквозь который наверняка просачивались всё новые и новые сущности. Несмотря на то, что мы вынесли тела и убили жертв, белесая дымка никуда не делась. Она висела в круге, дрожала — и не собиралась рассеиваться.
Ничего против неё, заразы такой, не помогало. Ни выжигание крови в круге, ни повреждение самого круга. Все наши усилия были тщетными. Похоже, кровь и круг были не самой значительной деталью ритуала.
— Этот ход открыт шёпотом, — предложил я третий вариант. — Если он ещё держится, то должны быть нашёптанные предметы, которые его поддерживают.
Оказалось, такими предметами были щиты, к которым жрицы прибили жертв. Точнее, не сами щиты, а каменные обелиски, на которые они опирались. Стоило поднести руку к такому обелиску, как Дикий Шёпот взрывался возмущённым бормотанием.
А стоило первый из них вынести за пределы комнаты, как дымка в круге задрожала и начала. После выноса второго, демонический проход уменьшился вдвое. Затем — ещё вдвое. А когда обелисков осталось меньше двух третей, проход, наконец, закрылся.
На этом я не остановился. И песчаные воины волоком потащили каменюки по коридорам к выходу. А потом занялись тем, для чего были созданы. Уничтожением, то есть, пусть и не живых сущностей, а нашёптанных предметов. В то время как я, со своими спутниками, вернулся в Убежище, чтобы всё-таки найти записи, о которых говорил Даран.