Чтение онлайн

Мы остаемся за горкой, и я выглядываю в маленькую щель в пластиковом каркасе. Отсюда хорошо видно тропинку, и можно спокойно наблюдать, как Лев и Белла идут в нашу сторону. За руку! Но думать об этом некогда, нужно продумать план побега. Я заглядываю за аттракционы, ищу скрытые места.

Лев и Белла приближаются, и сначала уходят на противоположную от нас сторону. Там много киосков, есть заброшенная детская комната. Зная Беллу, она не пойдет одна и не останется на улице одна. Я жду, когда они зайдут, быстро хватаю Леди за руку и мы, пригнувшись убегаем вперед. Туда,

где они уже искали.

Останавливаемся позади разрушенного киоска и садимся на землю. Я аккуратно выглядываю через проржавевшую стенку. Лев и Белла выходят из заброшенной комнаты и двигаются дальше, удаляясь от нас. Я снова беру Леди за руку и мы перебежками, на полусогнутых ногах, добегаем до колеса обозрения — начальной точки игры. Прячемся за кабинкой, и я перевожу дыхание.

Отсюда хорошо видно, как Лев и Белла ищут нас, но идут в совершенно другую сторону. Леди, вцепившись руками в кабинку, тоже смотрит.

— Ты гений, — шепчет она.

— Я знаю, — улыбаюсь я.

Мы сидим рядом, прижавшись друг к другу плечами, и сдерживать себя становится все сложнее. Она так близко, что я боковым зрением вижу её темные реснички, и как она морщит нос, поправляя очки. Хочу поцеловать её, безумно хочу этого, но не решаюсь. Вот бы она снова сама это сделала, чтобы я знал, что она хочет поцелуй. И я уже представляю этот клубничный вкус её помады, мягкие губы на своих губах. Господи, как же не сходить с ума!

— Сколько прошло? — тихо спрашивает Леди.

— Десять минут. Ещё три минуты, и они проиграли.

— Да они уже проиграли, даже если сейчас резко побегут назад, — улыбается она.

— Мне кажется, не побегут. Ты видела, она за ручку ходят?

— Видела, — без удивления говорит она.

— Кажется, они просто захотели избавиться от нас, — фыркаю я. — И будут делать вид, что ищут нас еще часа два.

— А потом такие: ой, как жаль, что мы проиграли! Ну мы пойдем за водой. И уйдут еще на два часа, — смеется она.

— Из них хорошая пара, — со вздохом говорю я. — Только…

Хочу сказать, какой смысл, если все это просто игра, но замолкаю.

— Что только? — спрашивает Леди.

Я не могу этого сказать. Не могу произнести вслух то, что так мучает меня. Признаться, что я не верю в продолжение того, что зарождается здесь.

— Только он спокойный, а она зажигалка, — выкручиваюсь я.

Она делает вид, что поверила мне, но уверен, что думает о том, о чем и я. Без масок мы не встретимся. Без масок у нас не будет ничего. Может, она и готова показать себя настоящую, но я точно нет.

— Все, двенадцать минут прошло, — говорю я и усаживаюсь рядом с кабинкой, откидывая на нее спину. — Они проиграли.

Леди садится рядом, и мы смотрим перед собой на старый забор, покрытый ржавчиной. За ним сухими прутьями торчит желтая трава. Мы молчим, оба понимая, что наши отношения мертвы, как эта трава, как этот парк. Но с каждой минутой я втягиваюсь все больше и больше, и знаю, что потом будет очень больно. Только чувства не поддаются никакому контролю, я не могу их остановить, не могу заставить их исчезнуть.

С полным разочарованием в собственной

жизни, я сильнее облокачиваюсь на кабинку. От напора она со скрипом резко уходит в сторону, и мы с Леди валимся на деревянный настил. Она смеется, глядя в темнеющее небо.

— Это парк точно убьет меня, — хохочет она. — Я ещё ни разу не ушла отсюда целой.

— Я не хотел, — оправдываюсь я.

Сбоку раздаются быстрые шаги, и мы поворачиваем головы.

— Вы что, колесо запустили? — удивляется Лев.

— Ну почти, — фыркаю я. — А как иначе помочь вам найти нас?

— Пока мы там ищем вас, вы в самом начале пути, — удивляется Белла. — Ну вы даете.

— Восемнадцать минут, — констатирую я. — Мне колу, пожалуйста.

— А мне воду с лимоном, — поднимает руку Леди.

— Ладно, — выдыхает Лев. — Лежите тут, мы сходим.

Я киваю и слушаю, как удаляются их шаги. Мы снова одни, в сгущающихся сумерках и почти полной тишине. Идеальный момент для того, чтобы перестать быть трусом и сделать то, что хочется.

Я решительно переворачиваюсь на бок, приподнимаюсь на локте и смотрю в глаза, красивее которых я никогда не видел. Медленно подношу ладонь к её лицу и провожу большим пальцем по скуле. Рука ощущает мягкость и тепло её кожи, и больше сдерживать себя нет сил.

Касаюсь её губ, легко и невесомо, но это уже пробивает током. И я целую её. Сам. Первый. Потому что сейчас хочу этого больше всего на свете. Леди притягивается и отвечает на поцелуй, запуская пальцы в мои волосы на затылке. Все прекрасно, только я постоянно сталкиваюсь с этими дурацкими очками, и холод стекол возвращает меня в реальность. А я не хочу в реальность, я хочу утонуть в этих губах и чувствах.

— Можно? — тихо спрашиваю я, взявших за дужку очков.

Она кивает, я аккуратно стаскиваю с неё очки и кладу их рядом. Снова целую эти вкусные губы, снова погружаюсь в ощущения. Больше мне ничего не нужно, только это мгновение, это счастье, разрывающее изнутри.

Но момент прекращается, вдалеке слышатся голоса Льва и Беллы. С нечеловеческим усилием я отрываюсь от Леди, пару секунд тону в её глазах, надеваю обратно очки и поднимаюсь. Протягиваю ей руку, она хватает мою ладонь и встает с деревянного настила. А мне нужно время, чтобы привести себя в норму, восстановить дыхание и замедлить сердцебиение.

— Держите, — говорит Лев и протягивает нам бутылки.

Я быстро открываю колу и делаю несколько глотков, смачивая пересохшее горло.

— Давайте нашу традицию, — говорит он. — Мой факт: я готов сбросить маску и рассказать о себе.

Я с удивлением смотрю на него.

— Я тоже, — говорит Белла. — И вот мой факт: меня зовут Яна.

Это же не просто против правил, это фактически конец игры.

— Мой факт, — уверенно говорю я. — Я познакомился со сводной сестрой. И она оказалась очень милой.

Лев и Белла понимающе смотрят на меня и почти дружно кивают.

— А я… — неуверенно говорит Леди. — Я.. не умею плавать.

Что же, значит, игра продолжается. Она, как и я, не готова сбросить маску. И ее тайна наверняка такая же сильная.