За маской
Шрифт:
— Нравится тебе сидеть дома, сиди, — говорит Артем. — Можешь с девчонками своими гулять. Но в школе ты со мной.
Я медленно киваю. Будь проклят тот день, когда я влезла в эти отношения…
Уже дома меня накрывает паника. Я хочу пойти в парк, я уже написала ребятам, что приду, но я боюсь. Наверняка Артем будет следить за мной и дальше. Надо бы отсидеться пару дней дома, но я уже не могу остановиться.
Быстро собираюсь на встречу, оставляю в комнате включенным свет, чтобы создать видимость того, что я дома, и убегаю. Снова задний двор, соседний дом, такси
И зачем я все усложняю? Есть же два простых решения: отказаться от этих встреч или расстаться с Артемом и ходить на них спокойно. Да, до конца года я стану именно той, кого играю в парке. Прочувствую на себе всю силу буллинга, возможно, и хорошей успеваемости у меня больше не будет. Но это лучше, чем постоянно нервничать, бегать и скрываться.
Но я понимаю и другое — совсем не лучше. Я не готова к травле, и вряд ли буду готова к ней. Остается одно из двух — продолжать скрываться или отказаться от образа Леди. И пока я выбираю первое.
Я приезжаю в парк и на тропинке снова сталкиваюсь с Джони. Только на этот раз он меня догоняет.
— Привет, боец, — говорит он и смотрит на мою ногу. — Я смотрю, обувь посерьезней надела.
Я кидаю взгляд на свои плотные, жесткие кроссовки.
— Пришлось, — улыбаюсь я.
Джони молчит, смотрит перед собой и держится от меня на расстоянии. Все, как я хотела. Только тело ещё помнит прикосновения его рук, его тепло и нежный взгляд. И, оказывается, вспоминать это дома и вспоминать, когда он рядом — совершенно разные вещи. Приятно и обжигающе приятно. Так горячо, что внутри все тает, превращаясь в мягкое мороженое. Кажется, у меня уже дрожат колени и подкашиваются ноги, и я вот-вот рухну на землю прямо здесь.
Ещё этот запах его туалетной воды. Боже, как он ему подходит! Никогда не думала, что буду ассоциировать аромат с человеком.
Нет, я точно сойду с ума. Я уже схожу с ума, и лучше бы я осталась дома. Лучше бы не испытывала то, что происходит сейчас во мне.
Я не могу позволить себе влюбиться в человека, которого не знаю. Я вообще не должна ни в кого влюбляться, пока Артем держит меня. Надо взять себя в руки и настроиться на обычную дружескую прогулку. Держаться от Джони в стороне и все. Все очень просто.
Действительно, все оказывается просто. До ребят мы доходим молча, здороваемся с ними и решаем прогуляться по парку. К аттракционам идти не решаемся, и уходим вглубь.
Мы с Беллой идем впереди, парни позади нас, что-то обсуждая. Я почти не разбираю слов, но слышу тихий голос Джони, и даже от этого щемит внутри.
— Как у тебя дела? — спрашиваю у Беллы, чтобы не слышать его голос.
— Лучше, — говорит она. — Вчера вечер провела не в слезах, а с фильмом. Даже ни разу не вспомнила одного козла.
— И сейчас не вспоминай. Оставь его вообще за пределами своей жизни.
— Это сложно, — тихо говорит Белла. — Влюбилась, как дура, думала все серьезно, а он сказал, что устал от отношений и не хочет их. Вот так легко выбросил почти год в мусорку.
— Хорошо, что это случилось сейчас, а не когда все зашло слишком далеко, — вздыхаю я. — Ты поняла,
какой он человек, и можешь жить дальше. Не тратить время на недостойного.— Да, только любовь не так просто вырвать из сердца.
— Замени пустоту чем-то другим. Или кем-то, — предлагаю я.
Белла оборачивается назад, кидает быстрый взгляд на парней и возвращается назад.
— Мне наши ребята нравятся, — тихо говорит она. — Только это же не по-настоящему. Хотя вот я не играю, я такая и в жизни. Разве что так ярко не крашусь. А они. Как думаешь, парни в жизни такие же?
— Я не знаю, — честно отвечаю я.
— А можно я сегодня опять Льва утащу меня провожать? — с хитрой улыбкой говорит она. — Мне Джони тоже нравится, но между вами такие искры летают, что и без слов все понятно.
Мои глаза распахиваются от удивления.
— Что? Какие искры?
— Да ладно тебе, подруга, все же видно, — хихикает она.
Я нервно сглатываю и машинально оборачиваюсь, сталкиваюсь с Джони взглядом и быстро отворачиваюсь назад.
— Вот, даже светлее стало, — смеется Белла.
— Прекрати, — ворчу я.
Мы выходим на тропинку возле парка и медленно идем по ней. Нас окружают пожелтевшие деревья с одной стороны, и забор парка с другой. Под ногами не чавкающая мокрая земля, а асфальт. Там, за забором, конечно, спокойнее, но и здесь мы не должны столкнуться со знакомыми. Кому в здравом уме придет мысль гулять рядом с заброшенным парком?
О том, что я ошибаюсь, мне сначала сказало сердце, начав отчаянно вырываться из груди. Глаза уловили идущую вдалеке на меня знакомую фигуру, и пришлось несколько раз поморгать, чтобы убедиться, что мне не показалось.
Прямо на нас, уткнувшись в телефон, идет Игорь. Осознав это, я резко останавливаюсь и оборачиваюсь. Глаза распахиваются настолько, что чувствуется натяжение глазных яблок. Сердце громыхает в ушах, висках, пятках и везде.
— Ты чего? — спрашивает Джони, останавливаясь возле меня.
А я не могу ничего сказать. Горло свело от страха, и тело впало в ступор. Сейчас он меня заметит, узнает и все. Конец всему.
Джони смотрит поверх моей головы, потом снова на мои испуганные глаза.
— Ребят, прикройте Леди, — тихо говорит он.
Я слышу, как Лев останавливается позади меня, а Белла прикрывает меня сбоку. Но этого не достаточно. Игорь своим пытливым умом может понять. Может узнать меня даже по лохматым волосам. Я вся сжимаюсь, пытаясь стать незаметной, пытаясь раствориться в воздухе. Уже слышу, как приближается Игорь, разговаривая с кем-то по телефону.
И тут Джони резко притягивает меня к себе, закидывает мой хвостик на плечо и кладет ладонь на затылок. Я утыкаюсь лицом в прохладную куртку на его плече и жду.
Шаги и голос все ближе и ближе… Я замираю, но дрожу всем телом. Джони ещё крепче обхватывает меня и слегка отворачивает от дорожки. Игорь проходит мимо быстрым шагом. Я аккуратно поднимаю голову и выглядываю из-за плеча Джони на удаляющуюся спину друга.
— Ушел, даже не посмотрел в твою сторону, — тихо говорит он.
Я могу только кивнуть.