Variant
Шрифт:
— Тогда выходит, их охраняли вампиры?
— Нет, смертные с иммунитетом, накачанные Vi. Конечно, никакого CSR тогда и в помине не было, но разработками и изучением занимались всегда. И вакцина уже была. Но лишь для избранных.
Он помолчал, разглядывая Арна.
— Ладно, давай уже расходиться. Мне нужно пообщаться с Одри и твоим скальдом, а тебе — отдохнуть. Чем вы здесь питаетесь-то? Чувствую себя как-то… по-идиотски!
— Вампир, который не хочет крови? — засмеялся Северянин. — Знаем, проходили. Есть бутылки синтетики — специальная разработка. Или можно попросить…
— …дочь Максимилиана
— Да — Кристин.
— И, думаешь, она не откажет?
— Надо просто попросить, Цинна…
— Потом. Сейчас обойдусь синтетикой.
Северянин почувствовал, как Цинна зовет Одри. Поймав знакомое раздраженное «Достали!», он тем же способом велел ей принести пару бутылок «эксклюзивной синтетики от CSR».
Цинна поднял удивленный взгляд.
— Вы теперь так все умеете?
— Пока нет. Но — вскоре. И я хотел бы проводить тебя в твои покои…
— О. Не стоит. Мне очень понравилось в беседке. Иди уже к своей фее крови!
— «Фея крови»?
— Конечно. Руны рунами, а ее магия — на кровИ. Уж тебе ли не знать! Все. Расходимся! Ты мне надоел.
*
— Ну не прячь, не прячь! Покажи. Все равно же увижу!
Олив вздохнула, села в кровати и, морщась, начала поднимать рубашку.
— Стоп!
Моментом Арн оказался возле нее и, отводя руки, разорвал тонкую ткань. Глазам его предстала странная картина: по телу девушки чуть выше талии по кругу располагались неровные заживающие рубцы, словно кто-то мелко и рвано посек ее кожу.
— Что это? — нахмурился вампир.
— Ваш с Эгилем подарочек.
— Не понял…
— Артефакт, вернувший твоего Создателя, а потом и твою сестру, — девушка оглядела ущерб. — Рубашку то зачем порвал?
— За тем, что тебе было больно шевелиться, — Арн осторожно дотронулся пальцем до розовых «насечек» и тут же снова почувствовал ее боль.
То, что на коже выглядело царапинами, имело продолжение внутри. Внутри ее тела. Вампир вспомнил, как она дернулась, когда он случайно задел пальцами порезы. Вспомнил и разозлился.
— Какого черта, Олив?!! И молчит, партизанка…
— Все уже заживает, Арн. Ведь никто не знал, что венок именно так работает! Пока он удерживал мои волосы, в голову же он не впивался! Все нормально.
— Нормально??! — Сверкнул глазами викинг и приложил к царапинам ладонь.
Олив охнула и закусила губы; из глаз покатились слезы.
— Понятно, — буркнул Северянин.
Затем дорвал до конца рубашку и, отшвырнув в сторону, взял на руки свою фею и поднялся сам.
— Что ты собираешься делать? — растерялась девушка.
— Да выброшу тебя сейчас в окно — и дело с концом! — огрызнулся Арн, открывая дверь ванной.
Усадив Олив, он открыл горячую воду.
— Я же сварюсь!
– Сиди уже. Я же не убийца.
Олив хмыкнула.
— Ну, не твой, во всяком случае. И вот что, — он подсунул ей под голову полотенце и заставил лечь, — устраивайся удобнее, вытягивай ноги, чтобы вода покрыла твое тело.
— Что ты задумал?
— Не одна ты соображаешь в магии крови, — откликнулся Арн. — Наша кровь лечит, даже если ее не пить.
С
этими словами он вспорол запястье и опустил руку в воду, тут же заклубившуюся алым. Через минуту за дверью послышалась какая-то возня, потом негромкий стук и, не дожидаясь ответа, в ванную зашли Эмбер и Тина.Олив дернулась было, но Северянин удержал ее свободной рукой за шею, не позволяя подняться.
— Присоединяйтесь, дамы, — не отрывая сосредоточенного взгляда от испуганных глаз девушки, требовательно произнес вампир.
Без единого слова обе закатали рукава, встали на колени по другую сторону ванны и опустили в воду кисти рук с разорванными запястьями.
Когда над водой осталась только голова девушки, Арн закрыл кран. Воцарилась тишина, нарушаемая негромким плеском из-за сжимаемых и разжимаемых пальцев трех вампиров, качающих в воду свою кровь.
Олив жутко хотелось спать. Все отключилось: ни удивления, ни смущения, ни тревоги, ни благодарности — ничего. Она была пуста и скована сильнейшей дремотой, но тело ее восстанавливалось, она это чувствовала.
Словно сквозь вату донесся голос Северянина:
— Достаточно, — рука вампира коснулась ее лба, погладила по щеке, затем его пальцы скользнули по коже живота там, где были рубцы. — Ну, вот и замечательно. Тина побудь с ней, мы с Эмбер на секунду выйдем.
Олив почувствовала губы Тины на своей щеке, захотела засмеяться тому, что они снова теплые, но бархатная темнота поглотила ее целиком…
Хотеть — значит мочь. Глава 6.
Время — плохой доктор. Заставляет забыть о боли
старых ран, нанося все новые и новые…
Казалось, прошла лишь секунда, как она отключилась. Но нет — очнувшись, Олив не увидела никакой кровавой ванны, ни просто воды. Укутанная в одеяло, она лежала в своей кровати, а рядом, почти по-человечески дремала Тина, обнимая ее одной рукой. Забытое чувство поднялось из глубин памяти, заставив Олив то ли сожалеть, то ли умилиться, глядя на эти надутые губы и пухлые шоколадные щеки.
— Ээй, — позвала девушка, — здешние вампиры не спят.
— Ты как плантатор, — не открывая глаз, проворчала Тина. — Сначала крови насосалась, а теперь еще и отдохнуть не даешь!
Но тут же открыла блестящие глаза и улыбнулась:
— Ты хорошо выглядишь, Лив. А была как покойница.
— Спасибо, Тина. Где остальные спасители?
— Они там что-то замутили — сидят с Цинной в беседке. А к тебе этот звероящер все рвется, но Арн велел не пускать.
— Ах, «велел»… — Олив села, прислонившись к кованым прутьям спинки кровати. — Ну, тогда пригласи.
— Кого?
— Звероящера, конечно.
Но приглашения тому не требовалось: дверь в комнату бесшумно приоткрылась, и Эгиль проскользнул внутрь с охапкой странных одеяний в руках.
Сбросив одежду в угол кровати, а на пол — сапоги, он подошел к Тине, взял за руку и глянул в глаза. Та тотчас извинилась и молча вышла.
— Ты завораживаешь вампиров? — удивилась Олив.
— Не болтай! Совсем не осталось времени… Если сейчас не пройдем портал — тебя не отпустят. Где венец?
— Вон — на кресле. Я его в шарф завернула, аккуратнее.