Variant
Шрифт:
— Все в порядке, — шепотом остановила его девушка, слегка прижимаясь виском к бронзовой чешуе. — Спасибо, что отозвался, Древний! Я могу уйти?
Зверь поднял голову, кивнул и перевел немигающий взгляд на застывшего викинга.
— Отпустим твою женщину, Эйрикерр. Я пришел к тебе.
_______________
*Моя жизнь, мой свет (шведск)
Пятая Руна. Глава 16.
Не обязательно соглашаться с собеседником,
чтобы найти с ним общий
— Мы оба — звери. Только я — снаружи, а ты — изнутри. Но тебе, похоже, повезло — она приняла тебя целиком, и стала подругой не только тебе, но и твоему монстру. Тебе это ни о чем не говорит?
— Меня эти разговоры уже задолбали, — огрызнулся Арн. — Зачем ты здесь?
— Я пришел по просьбе Пятой, чтобы помочь ей снять с тебя заклятье, вампир. По крайней мере, постараться.
— «Пятой»? Ты так называешь Олив?
— Ну, ты ее называешь не лучше. Ненавижу эти ваши перековерканные имена, больше похожие на собачьи клички, или это повсеместное "детка"… Оливия или Ливия — прекрасное женское имя! С историей… Возможно, даже постарше твоей.
— Может, оставим лирику, и сразу к делу? Ты — наставник Олив?
— Не совсем. Я прошел тот же путь, что и она, и тоже оказался Посредником, помимо своей воли. Да не смотри на меня так, викинг! Чтобы быть кем-то не обязательно выглядеть также. А с тобой нас связывает более древняя история, чем та, в которой придется посредничать Ливии.
— А тебя самого-то как зовут, эстет ты хренов? — непочтительно осклабился Арн, проигнорировав последнюю фразу.
— Пока зови меня просто — Дракон или Драккар. А там разберемся.
— Это по-шведски? — отчего-то напрягся Северянин.
— Нет. Это свейский диалект. Ты же ведь, свей, Северянин? Швеция появилась после твоего обращения.
— Еще раз: зачем ты здесь? — Северянин с трудом сдерживал начавшуюся трансформацию, что сразу заметил Дракон.
— Не стоит, Эйрикерр. Отлупить друг друга всегда успеем.
Зверь потоптался с лапы на лапу и мягко обрушился пузом на землю; лег меж грядок с лавандой, сунув морду в цветущий куст.
Вампиру ничего не осталось, как расслабиться и слегка отступив, присесть на корточки.
— Бред какой-то… — проворчал Арн, втягивая клыки.
— Бред в том, что ты не хочешь замечать очевидное: вы все здесь и, прежде всего ты и Оливия, связаны более прочно и глубоко, чем это предполагает вампирская связь Создатель-Дитя. Энергии, бушующие в вас, меняют вас. А вы меняете мир вокруг, включая друг друга. Здесь нужно быть очень внимательным, викинг! Для CSR вы — научная база, глобальный эксперимент, но надеяться вы можете только на себя.
— Я сыт историями, Дракон. Мы будем говорить по делу, или я пошел? — Арн поднялся.
— Хорошо. С кого начнем?
— С нее.
— Тебя беспокоит, ее возможное обращение и его последствия?
— Да, черт возьми.
— А если я тебе скажу, что она — уже вампир, и обращения в привычном для тебя смысле не нужно?
— Но Аддлер сказала…
— Бла-бла-бла… Она тебя просто испугалась.
— Меня? Она мне здесь такое несла, и я ее пальцем не тронул! Даже клыков не выпустил!
— Тебя, CSR, вашу новообращенную — какая разница! —
раздраженно фыркнул Дракон. — Вы что же — белые и пушистые тут все??— Так что же, Олив… — ошарашено протянул викинг
— Да, она вампир. Но не такой, как ты или твой клан. Хотя разница уже начала нивелироваться. Но теперь это уже связано не с ее трансформацией, а вашей — твоей, викинг, и кровных с тобой вампиров.
— Продолжай.
— Она — не обращенный вампир.
— Неправда, — выдохнул Северянин. — Не обращенные, то есть перепившие ви без обряда и опеки Создателя, сходят с ума, я видел такое не раз. Их уничтожают. Всех без исключения! Их кровь — яд.
— Хэээххх, викииинг, — дракон по-лебединому закинул шею и хлопнул крыльями, устраиваясь удобнее и прикрывая глаза, — сколько из них были фейри и с рождения опекались одной из могущественных Пра? У тебя не бьется сердце — но ты живешь, мало того — разговариваешь с драконом! Тебе еще Создатель говорил — все может быть! Или думаешь, я — плод твоего воображения, а сам ты в психушке?
— Я оставил этот вариант на крайний случай, — без выражения ответил Северянин.
Ситуация его злила безмерно, но любопытство и ощущение могущества и древности этого существа — завораживали.
— Я прошел тот же путь, что и твоя фея, викинг, поэтому и откликнулся. Я тоже не обращенный. И тоже — Посредник. Но в прошлом. Далеком прошлом.
— Прости, как тебя..? — Арн вопросительно взглянул на зверя. — Ты не мог бы принять другую форму? Мне кажется, ты это умеешь, а меня эта как-то… напрягает.
Дракон приоткрыл один глаз:
— Умею. Но тогда тебе придется пригласить меня в дом и накормить. Хээххх! Но чуть позже, викинг. Я давно здесь не был — мне не к кому было прилетать. А здесь красиво…Знаешь, как это — остаться одному, викинг?
Арн напрягся.
Он не хотел вспоминать.
И этот змей… он вызывал ощущение дежа-вю.
— Дракон, ты здесь ради меня или ради нее?
— А вас можно разделить, Северянин? С той ночи, когда она нашла тебя на дороге — потерянного и пустого, в мире, который ты забыл? Ты себе это можешь представить? — немигающие глаза зверя уставились ему в лицо. — Расскажи мне… и себе, как бы ты выжил тогда? И как будешь жить сейчас без этой женщины, в которой увяз не только своими клыками и плотью, но всем своим существом и мертвым сердцем?! Что в твоем чувстве к ней изменят подробности ее обращения и дальнейшего существования? Разве не лучше просто быть вместе, любить друг друга и жить друг для друга? — он осекся, увидев глаза викинга.
— Я думал, что мне нужно только, чтобы она стала моей — и я буду счастлив. Но эта постоянная угроза ее потерять, сводит меня с ума! И я не знаю, как ее защитить… Все постоянно меняется.
Дракон шумно вздохнул, отчего из его пасти вылетело маленькое пламя.
Арн слегка удивился, и тут же поймал себя на мысли, что зверь отвлекает его как ребенка. Викинг криво усмехнулся.
— Ладно, вампир, слушай. Я кое-что тебе расскажу.
Пятая Руна. Глава 17.
Не бойся сказки — бойся лжи!