Чтение онлайн

Он поморщился.

О, надо же, задела.

— Я виноват перед тобой, — сказал Олег. — Я это понимаю.

— Поздновато.

— Лучше поздно, чем никогда.

— Нет. Не лучше. Иногда поздно — это просто бесполезно.

Он смотрел на меня долго.

И вот это было хуже всего — потому что когда-то именно такой взгляд действовал на меня безотказно. Спокойный. Вдумчивый. Как будто передо мной мужчина, который наконец что-то осознал.

Я уже знала цену этим взглядам.

Никакую.

— У тебя кто-то есть? — спросил он вдруг.

Я

медленно положила документы на стол.

— Даже если да, тебя это не касается.

— Значит, есть.

— Значит, тебе пора научиться слышать слово “не касается”.

— Это у него такой дорогой парфюм? — Олег кивнул на мой шарф, и я резко вспомнила, что утром Матвей, обнимая меня в коридоре, касался лицом моей шеи. Запах и правда мог остаться.

Меня передернуло.

— Не смей.

— Что именно?

— Переходить на этот тон. Ревновать. Считать, что имеешь хоть какое-то право задавать подобные вопросы.

Олег встал.

— А почему меня вообще должно устраивать, что после меня ты так быстро…

— После тебя прошло больше года, — перебила я ледяным голосом. — И, что характерно, все это время ты не торопился интересоваться моей жизнью.

— Потому что думал, что тебе нужно время.

— Мне нужно было не время. А чтобы ты исчез.

Повисла тишина.

Тяжелая.

Злая.

Снаружи кто-то сигналил во дворе. Где-то наверху гремела музыка. Обычный дом, обычный вечер. А у меня внутри снова поднималась та старая, липкая смесь боли и унижения, которую я так старательно выметала из себя по кускам.

Олег подошел ближе.

— Арина. Я ошибся.

— Да.

— И я это признаю.

— Да.

— И, может быть…

Я вскинула на него глаза.

— Даже не заканчивай.

— Почему?

— Потому что если ты сейчас попробуешь сказать, что хочешь все вернуть, я тебя возненавижу уже по-настоящему.

Он замолчал.

И этого молчания мне хватило, чтобы понять:

именно это он и собирался сказать.

О, господи.

Конечно.

Ну конечно.

Почему мужчины вспоминают о бывших ровно в тот момент, когда у тех впервые начинает налаживаться жизнь?

— Ты не любишь меня, — произнесла я очень спокойно. — Тебе просто не нравится мысль, что я могу быть счастливой не благодаря тебе.

— Это неправда.

— Это самая чистая правда, которую ты вообще способен услышать о себе.

— Арина…

— Нет, послушай теперь ты. — Я сама шагнула к нему, чувствуя, как дрожат руки. — Ты однажды выбрал жить легче. Без меня. Без “нас”. И имел на это полное право. Но у этого выбора есть цена — ты больше не можешь приходить обратно тогда, когда тебе стало одиноко, скучно или уязвлено самолюбие.

На его лице впервые появилась настоящая злость.

Не ледяная. Не светская. Живая.

И вот ее я помнила хорошо.

— Значит, у тебя кто-то есть, — сказал он жестче. — Иначе ты бы так не смотрела.

Я стиснула челюсть.

— Ты вообще себя слышишь?

— А что? Я должен радоваться,

что моя жена…

— Бывшая, — отрезала я.

— …так быстро утешилась?

И вот тут что-то во мне лопнуло.

Не громко.

Не театрально.

Просто окончательно.

Я подошла к двери, распахнула ее и сказала:

— Пошел вон из моего прошлого.

Он замер.

— Что?

— Документы оставь. Юрист все закончит. А теперь — вон.

— Арина, не устраивай драму.

— Я не устраиваю драму, Олег. Я наконец-то ставлю точку.

Он сделал шаг ко мне.

Именно в этот момент в открытую дверь из подъезда вошел Матвей.

Высокий.

Темный.

С такой спокойной яростью в лице, что даже у меня внутри все похолодело.

— Она сказала “вон”, — произнес он негромко. — Обычно после этого умные мужчины выходят.

Несколько секунд мы стояли втроем в этой проклятой квартире, как герои слишком плохого фильма, где сценаристу явно нравятся острые углы.

Я первая пришла в себя.

— Матвей, — сказала я сквозь зубы. — Что ты здесь делаешь?

Он не посмотрел на меня.

Вообще.

Только на Олега.

— Поднимаю средний уровень мужского поведения в этом помещении.

Олег прищурился.

— А вы кто?

— Человек, которому сейчас очень не нравится ваш тон.

— Это между мной и моей женой.

— Бывшей, — одновременно поправили мы с Матвеем.

Я едва не застонала.

Господи, почему из всех возможных мужчин мир послал мне именно этого — того, кто даже в самый неподходящий момент умудряется быть прав?

Олег перевел взгляд на меня.

— Серьезно?

— Очень, — ответила я. — А теперь, будь добр, выйди.

— Ты притащила его сюда?

— Нет, — сказал Матвей раньше меня. — Я сам пришел.

— Зачем? — рявкнул Олег.

— Потому что не поверил, что вы ограничитесь только документами.

У меня внутри что-то болезненно кольнуло.

Он, значит, все-таки поехал за мной.

Не удержался.

Понял.

И это должно было меня разозлить. Правда должно было.

Но вместо этого я почувствовала почти постыдное облегчение.

Будто кто-то пришел туда, где я уже начинала снова тонуть в старых ощущениях.

Олег усмехнулся.

Плохо усмехнулся.

— Ясно. Новый герой. Красиво.

— Не льстите себе, — холодно ответил Матвей. — Для героизма вы слишком жалки.

— Хватит, — резко сказала я.

Оба посмотрели на меня.

— Никто никому здесь больше ничего не доказывает. Олег, документы ты оставил. Спасибо. Дальше общение через юристов. Все.

— Арина…

— Нет.

Я давно не чувствовала себя настолько твердой.

Именно потому, наверное, что рядом стоял человек, с которым не надо было экономить последние силы на оборону.

— Все закончилось тогда, когда ты решил, что без меня тебе будет проще. Сегодня ты просто убедился, что мне без тебя — тоже.