Танцорка
Шрифт:
– А я не уверена, что смогу быть с двумя, это неправильно...
– мой голос все тише. А его взгляд все нежнее. С ним так... спокойно, уютно.
– Мужикам разрешено в некоторых странах иметь несколько жен, чем женщины хуже?
– усмехается. Но как бы ни пытался он скрыть грусть, я заметила ее. Отчего самой стало неприятно...
Просто молчу, стоя в его объятиях. Мыслей нет, совсем... Это странно? Думаю да, в моей-то ситуации. Я все еще надеюсь, что все решится само.
Долго стоять вот так нам не дали, прилетел Кексик и, хохоча, потащил
Домой приехали мы поздно, было около семи утра. Завалились все к Дереку с Кариной, развалились на пушистом ковре, и вот в такой куче уснули без задних ног.
Глава 33.
Завтра Новый год. И в этом году эта дата меня пугает.
Виталик все уши прожужжал о том, как шикарно мы его отметим на даче. Илья мягко намекает на то, что было бы неплохо встретить его вместе. В придачу к данному пикантному клубку подключилась мать, которая зовет к себе погостить. Так как с работы меня никто не отпускал, поехать в Египет я не смогу. А вот в остальном я не знаю ничего. Оксана еще просит поработать ночью. "Хотя бы после колоколов", как она говорит. И в данный момент это меня прельщает больше всего, ибо обидеть никого не хочу...
Сразу после Нового года ко мне на пару дней переедет Саша, ремонт, блин... Мне и так сложно разорваться между ними двумя, а тут еще и постоянный соблазн под боком. Какая-то часть моей бренной душеньки счастлива такому раскладу. Но здравый смысл вопит...
Вчера мне звонил Малик. Поболтали мы очень мило, я даже поверила, что мы и впрямь друзьями можем стать. По крайней мере, я бы этого хотела. Просто, некоторых людей лучше не терять по жизни. Близких ведь крайне мало... Я бы сказала, что у меня их почти нет. А Малик, что бы ни произошло между нами, сколько бы дров мы оба не наломали, он близок мне, он знает мои самые сокровенные мечты, знает меня. И пусть я изменилась, и теперь менее наивная, а может, в чем-то мечтательная, он единственный после матери и Виталика, кого я подпускала настолько близко.
Грешным делом я подумываю, как бы собрать всех в одном месте, чтобы никому обидно не было. Правда, это будет на грани фантастики...
Проснулась я сегодня в отличном настроении. Правда, замерзла... Феликс, каким бы теплым не был, не согревает. Маловат... Эх.
Сижу, пью свое какао, глядя на заснеженную улицу. Красиво, все словно впало в дрему. Одинокие машины стоят под толстым слоем снега, как в шубах. Дети носятся с алыми от мороза щеками друг за другом с радостными воплями и писками. Все чем-то заняты... Все готовятся к Новому году, а я его не чувствую совсем.
Праздник праздником, а тренировку никто не отменял. Собираюсь по-быстрому и выхожу. Открываю себе дверь подъездную и с первого же шага лечу попой на асфальт. Детки, блин... решили
ледок закатать у самого входа. Слышу заразительный хохот, явно не детский. Обиженно поднимаю глаза, а там стоит не кто иной, как Илья, сложил руки на груди и смеется, глядя на меня.– Еще скажи, что это ты подстроил такое западло.
– возмущаюсь, вставая, а тому хоть бы хны, заливается... истеричка.
– Не я, но тому, кто это сделал, я бы пожал руку, - улыбается довольный. Осматриваю его и вижу, что гипса-то нет... Значит, таки сам снял раньше времени, невыносимый...
– Где гипс, засранец, ты же обещал, - иду к нему и смотрю, сузив глаза, в его наглое личико.
– Нету, - ухмылка шире. Я и разозлиться на него хочу, и не получается.
– Сам снял?
– вздохнув, спрашиваю.
– Мне помогли, - туманно отвечает.
– И как тебе верить?
– приподнимаю бровь. Подойдя к своей машине, начинаю сгребать снег с лобового стекла. Варежки я, естественно, забыла дома...
– Молча, Ром, молча, - смеется.
– Ты ж себе руки отморозишь, глупая, - качает головой и, сняв кожаную перчатку, берет в свою горячую руку мою, уже ледяную. А второй рукой сметает остатки снега.
Его рука мягкая, но сильная. Касание жутко приятное, да и легкий румянец от мороза, что разлился по его щекам, такой милый. Разве можно быть таким красивым? Вот вы мне скажите. Стою, улыбаюсь как дура, смотрю во все глаза на него.
– Так ты решила, где будешь отмечать?
– кажется, он заметил, что я залипла, ну в плане зависла. Решил вывести из ступора.
– Да, я работать буду ночью, - отвечаю сразу. В самом деле, я еще не решила. Но самое верное решение то, что приходит необдуманно и спонтанно, так говорят, по крайней мере.
– Я приду, - подмигивает.
– А ты где собирался отмечать?
– Теоретически я не собирался отмечать вообще, не люблю праздники.
– Почему?
– искренне удивляюсь. Кто ж праздники-то не любит? Все любят...
– Не знаю, - пожимает плечами.
– Обнимашки?
– поиграл бровями и притянул меня ближе.
Куртки мешают, чертовски сильно. Но его близость пьянит, даже когда на нас толстый слой одежды.
– Мне ехать надо, - тише, чем хотела, говорю.
– Я тебе еще кое-что рассказать хотела...
– Так говори, - становится немного серьезнее, сосредоточеннее.
– В общем, я Малика видела, - начинаю издалека, так сказать. Они ведь братья...
Не думала, что это вызовет у него такую реакцию. Он буквально как статуя застыл и смотрел напряженно в мои глаза. Яркая зелень, казалось, слегка потемнела.
– Илья...
– Продолжай, - серьезно говорит.
– Мы поговорили, очень продуктивно, я бы сказала.
– Как он нашел тебя? Я тщательно скрывал эту информацию от него, - его сосредоточенный вид немного пугал. Я привыкла к его ироничному поведению, всегда усмешка полу-издевательская, а тут серьезен, как на экзамене.
– Я не знаю, - пожала плечами.
– Я шла со смены к машине. Парковка у нас крытая, о чем ты, естественно, и так знаешь. Так вот, он там меня ждал.