Танцорка
Шрифт:
И я запуталась теперь окончательно. Ведь когда мы танцуем, весь мир сужается до "я и он", появляемся "мы". И в этом "мы" нет и крошечного места для зеленоглазого искусителя.
Его руки, мои руки, его дыхание, мое дыхание. Последние элементы, обхожу его в движении, танцую вокруг. Вьюсь юлой... Он резко притягивает, впечатывая меня в свою грудь, сжимает мою талию сильными руками.
Этот танец выпил нас обоих, он высосал кучу эмоций, всполошил. И вот я прижата к нему так сильно, мелодия затихает, сердце выпрыгивает из груди, а в ушах шумит, словно
– Браво! В самом деле, это было сильно, очень сильно, - хвалит нас Виталик, да и ребята улыбаются, а в глазах восторг.
– Мы старались, правда?
– толкаю в бок брюнета рядом со мной. Но, кажется, все его внимание поглощаю я своей персоной.
– Правда-правда, - поддакивает, словно выныривая из омута. Танец, в самом деле, опьянил, выбил из состояния равновесия. И если бы не ребята в зале, мы бы давно сорвали друг с друга все...
Тренировка закончена. Все рванули по домам, ибо через два часа собираемся и едем отмечать день рождения Дерека. Я, по правде говоря, даже не знаю, сколько ему.
– Ты со Стасом поедешь?
– спрашиваю Виталика, заводя машину.
– Да, а что? Я надеюсь, ты не собираешься своего блондина туда тянуть? Не вздумай, Ром...
Я так-то и не думала об этом... Видеть Сашу и Илью одновременно слишком большая перегрузка моему либидо. И отвечать ему я не собиралась, глупость он спорол, абсолютную причем.
Глава 32.
– Ну что, готовы к полному безумию?
– подвигал именинник бровями под наш общий хохот. Наша шумная компания обосновалась в просторном випе. Клуб был мне не знаком, в отличие от остальных. Но здесь было весьма неплохо. Он был весь золотисто-карамельный, как и глаза Дерека...
Тона от светлого бежевого до цвета молочного шоколада придавали определенный уют. Мебель была округлой, мягкой... Обслуживание не хуже.
Виталик сразу же со Стасом пересел на свободный диванчик, и им, похоже, на нас всех было глубоко и надолго. Хотя, возможно, я просто придираюсь.
И если в начале вечера все было на дружелюбной ноте, все трезвые и улыбчивые, то позже шампанское лилось рекой вместе с кучей коктейлей. Все были слегка выпившими и началось безумие. Танцевали до упада, кричали так, что стены рисковали потрескаться, а окна и вовсе лопнуть...
Кексик обо мне вспомнил, вы не поверите. Вытащил меня на танцпол и, не будь Стаса рядом, все бы явно подумали, что мы уж точно не друзья.
– Эй, Кукурузка моя, давай-давай, - улюлюкал гаденыш, двигаясь под музыку. И когда он в таком состоянии, это у него получается чуть резковато, но от этого не менее красиво. Стас, кстати, тоже был весьма неплох, с учетом того, что он танцами не занимается. Саша танцевал то с Вестой, то с Ириской и, казалось, вовсе забыл обо мне. Это что, обида? Но меня его поведение задело...
– Виталик, сладкий мой, я больше не могу, дай мне передохнуть, - пытаюсь утянуть его с танцпола.
– Далеко не уходи только, - отпускает тот.
– Как скажешь, папочка, - ехидно отвечаю и ретируюсь.
Кручу
телефон в руке. Позвонить? Или не нужно, пусть сам звонит... Не знаю. Ломаюсь минут десять, и все же набираю заветный номер.– Привет, - после первого гудка ответ, он словно ждал.
– Хэй, - с улыбкой говорю. Прислоняюсь к стенке у випа.
– Я тебя разбудила?
– Нет, я смотрю какой-то отвратительный фильм.
– Если он так отвратен, зачем ты его смотришь?
– Скучно мне, - мурлычет засранец на ушко. А у меня улыбка до ушей, стою, прикрыв глаза и наслаждаюсь, словно лаской.
– Как твоя рука?
– Скоро сниму этот чертов гипс, чувствую, что сам... Ибо он меня задолбал во всех смыслах.
– Эй, самому нельзя, - возмутилась сразу же.
– Почему это?
– насмешливый вопрос.
– Илья, пообещай мне, что ты поедешь в больницу и там его снимут, - с нажимом говорю. А сама и не надеюсь, что он послушает.
– Ладно, мам, как скажешь, - смеется, а мне приятно. Неужели послушал? Или это просто шутка? С ним всегда так... непонятно все.
– Хороший мальчик, - с улыбкой говорю, чувствуя, что меня обняли... Дежа-вю. У Саши привычка подходить внезапно.
– Нет, малышка, я очень плохой мальчик, - пошло произносит, от чего мурашки по коже. Или от двусмысленности ситуации?
– Ладно, я пойду, а то ребята ждут, потом созвонимся, - заканчиваю разговор и отключаюсь.
– Не мог найти тебя, - шепчет Саша, прижимая ближе.
– С кем разговаривала?
– Со знакомым, - туманно отвечаю.
– Парень твой?
– неожиданный вопрос, но я задумалась. А кто мне Илья?
– Нет... да... не знаю. Это сложно, Саш, - вздыхаю. Я думала, он уйдет, отпустит. А он как стоял, так и стоит.
– Кажется, я понимаю твою проблему, - это что, усмешка? Издевка?
– У меня нет проблем...
Он разворачивает меня к себе лицом. В полумраке я плохо вижу его глаза, да и лицо постоянно мелькает, не сосредоточишься...
– Ром, я не буду тебя заставлять. Требовать чего-то или подталкивать. Я подожду, а ты пока реши, без кого не сможешь быть, а не с кем хорошо. Понимаешь?
– Улавливаю смысл...
– прошептала.
А ведь и правда. Без кого из них двоих я совсем не смогу? Ведь с обоими хорошо... И все, казалось бы, совершенно просто, реши, кто из них ближе, с кем комфортнее. Но соль в том, что они оба по-своему прекрасны, оба.
– Ты спала с ним?
– внимательный взгляд, он прожигает меня до самых внутренностей.
– Нет...
– и зачем я отвечаю?
– А хочешь?
– Саш, мне неудобно об этом говорить, правда...
– Почему? Нет ничего зазорного в желании, порой оно совершенно не связано с любовью, - нежно проводит пальцем по моим губам. Такая мимолетная ласка, но безумно приятная. Второй рукой поглаживает меня по узкой полоске открытой кожи на пояснице... Джинсы сидят низко, давая ему раздолье, а майка не слишком длинная.
– Знаю, но я чувствую себя ужасно, - завороженно слежу за ним, за малейшей переменой в невероятных глазах. Из-за освещения они кажутся темнее, отчего еще более загадочны.
– А зря. Я не уверен, что смогу делить тебя с кем-то, но я бы попытался. Если это поможет тебе.