Игра без правил
Шрифт:
В этот момент я по-настоящему почувствовала: начинается новая глава — не только после выписки из больницы, но и в нашей жизни. И пусть впереди будут трудности, пусть придётся учиться быть парой, привыкать друг к другу — теперь мы будем проходить через всё это вместе.
Взяв Назара за руку, я оглянулась на цветочные корзины. Теперь я точно знала: они были для меня. Для нас. И это был самый прекрасный день в моей жизни.
Эпилог
Лера
Назар
— Лера, я сына хочу, — говорит Назар, не отрывая взгляда от нашей дочурки, играющей на поляне с сыном Матвея.
Прошло всего три года с того момента, как я родила Лию. Я только недавно спать нормально начала, а ему уже сына подавай.
— А если будет девочка? — растягиваю улыбку в ожидании его ответа, поворачиваюсь к нему и легонько провожу рукой по его щеке.
Лия отбирает мячик у Вадима и убегает. Мальчуган несётся за ней, но Лия выкидывает мяч и заливисто смеётся, её косички подпрыгивают на бегу. Вадим на мгновение замирает, потом хохочет и бросается за ней снова.
— Значит, третьим точно будет сын, — нисколько не сомневается в своём ответе Назар. Он улыбается, но в глазах читается та самая упрямая решимость, которую я так хорошо знаю.
Приглядываюсь к уже официальному мужу Леры, а не Ксюши:
— Ты снова хочешь, чтобы я растолстела и перекатывалась по дому, как колобок? — надуваю щёки для пущей демонстрации того ужаса, который со мной происходил.
— Ты была не толстая, — он мягко берёт меня за подбородок и заставляет посмотреть ему в глаза. — Сколько раз тебе это говорить? Ты была женственной, красивой и смешной. — Наконец вспоминает, как смеялся надо мной, когда я не могла согнуться, чтобы завязать шнурки. — И это самые лучшие моменты, особенно когда ты просила сгонять за вонючей арахисовой пастой среди ночи. — Корчит лицо, вспоминая, как я ложками её уплетала.
— О, да! — смеюсь я в голос, прикрывая рот рукой. — Как я вообще могла это есть?! — В шоке от вкусовых предпочтений того времени.
— А селёдка с яблоком? — продолжает издеваться Назар, хитро прищуриваясь.
— Замолчи, меня сейчас вырвет, — меня замутило, когда вспомнила все прелести тех вкусов. Я невольно поморщилась и прижала ладонь к животу.
— А как же брокколи со сгущёнкой? — он просто специально смеётся надо мной, и его глаза искрятся весельем.
Я прямо ощутила все эти вкусы на языке, как они смешиваются и получается гремучая смесь.
— Я предупреждала! — сорвалась с места и рванула в дом, на бегу махнув рукой в сторону детей: — Лия, будь осторожна!
Еле добежала до унитаза и выплюнула всю эту отвратительную гадость. Мне показалось, что желудок вывернет наружу. Сгорбившись, тяжело дышала, чувствуя, как по спине стекает струйка пота.
Подошла к раковине, включила ледяную воду и ополоснула мертвенно-белое лицо. Капли стекали по
шее, немного приводя в чувство. Какого чёрта со мной случилось? Я никогда так не реагировала на эти воспоминания.А если?..
Да ну нет. Не может быть.
— Лера, ты в порядке? — стучит в дверь Назар, голос звучит встревоженно.
Да ни хрена я не в порядке, но беспокоить его пока не хочу.
— Как там дети? — меняю тему, стараясь говорить ровно.
— Матвей приехал, они с ним играют. Лера, что происходит? — продолжает допытывать, и я слышу, как он прислоняется к двери снаружи.
Вытираю лицо и выхожу из туалета. Назар смотрит так, будто произошла вселенская трагедия. Его брови сведены, губы сжаты, а руки непроизвольно сжимаются в кулаки.
— Ты вся бледная. Собирайся в больницу, я пойду Матвея предупрежу, — быстро включается в проблему.
И правда, почему бы не узнать прямо сейчас. Переодеваюсь, дрожащими руками беру с собой документы и выхожу из дома. Назар уже завёл машину, о чём-то напряжённо рассказывает Матвею, жестикулируя.
Увидев меня, он тут же бросает разговор, подходит и помогает дойти до машины, поддерживая под локоть. Мы едем быстро, такое ощущение, что он даже не догадывается. Думает лишь о плохом.
На счёт здоровья у Назара пунктик. Он сам часто проходит обследование, так как был уже неприятный опыт, и меня заставляет.
В салоне такое напряжение, даже дышать тяжело. Но сейчас не могу ничего ему сказать. А вдруг я ошибаюсь?
В приёмном отделении меня быстро опрашивают и первым делом отправляют сдать анализы, потом на УЗИ и в последнюю очередь — к доктору.
Назар нервными шагами отмеряет больничный коридор, время от времени поглядывая на дверь кабинета. Он то достаёт телефон и тут же убирает его, то поправляет воротник рубашки, то сжимает и разжимает кулаки. Но моё спокойствие не сравнить с его тревожным состоянием.
Наконец из кабинета выходит медсестра и кивает мне:
— Можете зайти. Врач вас ждёт.
Назар делает шаг вперёд, но я останавливаю его, мягко кладя руку на плечо:
— Подожди здесь. Я скоро. — Он кивает, но взгляд остаётся таким же напряжённым. — Всё будет хорошо, — наконец не выдерживаю я и беру Назара за руку. — Правда. Не надо так переживать.
Он смотрит на меня потемневшими от тревоги глазами и сжимает мою ладонь в ответ.
— Лера, я не могу не переживать. Ты же знаешь…
— Назар, это было давно, — мягко напоминаю я. — И сейчас совсем другое. Просто… мне показалось, что я отравилась. Тошнота, слабость — может, что-то съела не то.
Назар хмурится, обдумывая мои слова.
— Тогда тем более нужно разобраться до конца. Нельзя пускать на самотёк даже малейшие признаки недомогания.
Я киваю — спорить с ним в таком состоянии бесполезно. Да и, признаться, где-то в глубине души я и сама рада, что мы здесь. Лучше перестраховаться.
Назар подхватывает меня под локоть: