Взаперти
Шрифт:
— Роза, неужели одна минута туда-сюда играет такую большую роль? — осторожно попытался урезонить её он.
— Замолчи, Асад! Это была моя ошибка, так что мы просто обязаны быть там, и прямо СЕЙЧАС!
Асад упёрся ногами в приборную панель и сильно надавил. «Поможет ли это хоть немного при лобовом столкновении?» — подумал он. Точно так же люди, стоя в лифте, лихорадочно соображают: можно ли выжить, если оборвётся трос, подпрыгнув вверх за секунду до того, как кабина рухнет на пол подвала?
С потом, градом катящимся с затылка и из подмышек Асада, они затормозили прямо у решетчатых ворот компании «DKNL Transport».
Асад
— Что? Ворота открыты, и на площадке горит свет. Там кто-то есть, Роза!
— За мной! — решительно скомандовала она, пока Асад судорожно выпутывался из ремня безопасности.
Здесь не было места колебаниям, ведь Роза чётко знала, что делает. Она пулей промчалась по территории, а когда достигла открытых подъёмных ворот гаража, резко затормозила и сделала знак Асаду отойти в сторону и приготовиться к самому худшему.
Асад мысленно выругался: прошло уже слишком много времени с тех пор, как он в последний раз держал в руках оружие.
— ПОЛИЦИЯ! — крикнула Роза в темноту. — Выходите с поднятыми руками!
— Что ты будешь делать, если они реально выйдут, Роза? — прошептал он, но она лишь шикнула на него. С оружием или без, Роза была непреклонна.
Изнутри гаража доносилась оглушительная тишина. Где же были те, кто подготовил всё к отправке? Асад огляделся. Могут ли на них в следующую секунду напасть с фланга или со стороны офисного здания?
— Живее, или мы входим! — крикнула Роза ещё громче.
Асад аккуратно достал мобильный телефон и уже собирался набрать номер.
— Ты что, чёрт возьми, делаешь? — прошептала она.
— Лезть сюда вдвоём — это чистой воды глупость, Роза. Нам нужна поддержка коллег. Если там внутри люди, они там не шутки шутят. Вспомни, что случилось с Харди и Анкером, а ведь они вообще-то были вооружены.
Но у Розы были свои планы. Она шагнула прямо в проём ворот, вытянув руки вперёд и сцепив ладони вместе, будто целилась из боевого пистолета. Асад просто потерял дар речи, и у него появилось непреодолимое желание схватить её и утащить отсюда подальше.
Вдруг в дальней части гаража что-то загрохотало, и от внезапного сквозняка растрёпанные волосы Розы всколыхнулись.
— Чёрт, Асад, это от боковой двери. Давай, заходи в гараж, а я обойду здание снаружи.
В глубине души Асад крыл всё на свете, щурясь в полумраке. Большой белый фургон полностью перекрывал обзор на заднюю стену, и именно оттуда, как он предполагал, следовало ждать нападения. Поэтому он сместился вправо и крайне осторожно двинулся вдоль длинного стеллажа с архивными папками и коробками — настолько бесшумно, насколько ему это позволяли его жёсткие подошвы и без малого сто килограммов веса.
Не доносилось ни звука, если не считать долетавших снаружи властных команд Розы у боковой двери гаража.
— Выходи, я ничего тебе не сделаю, только держи руки вверху, — попытался крикнуть Асад, пока сердце бешено колотилось в груди. Он выжил в стольких жестоких переделках за свою жизнь — неужели судьба действительно решила, что он должен закончить свои дни на грязном полу автобазы в городе, чьё название он до сих пор не может нормально выговорить?
— Этот шустрик сбежал! — крикнула Роза со стороны двери. — Удрал через дыру в заборе, которую я сама же и прорезала. Но это был просто пацан.
Я слышала, как он там на улице хихикал со своим приятелем!«Да замолчи ты хоть на секунду, Роза», — подумал Асад, готовясь плавно обойти фургон сзади.
И именно в этот момент в нос ему ударила приторно-сладкая вонь, которую он мгновенно идентифицировал. Слишком часто за долгие годы службы ему приходилось сталкиваться с этим окончательным, неопровержимым доказательством того, что плоть начала разлагаться.
Он шагнул за заднюю часть машины и оказался перед горой старых автомобильных покрышек и потёртым, залитым маслом верстаком, притиснутым к дальней стене.
По-прежнему ни звука, кроме его собственного дыхания. Судя по всему, они действительно были одни.
Он повёл рукой по верстаку, нащупал несколько инструментов и остановился только тогда, когда пальцы крепко обхватили баллонный ключ для снятия колесных колпаков и гаек.
Затем он позвал Розу, которая как раз в эту секунду умудрилась включить линию мигающих неоновых ламп на потолке.
При этом резком свете они оба замерли перед боковой дверью фургона, помедлив лишь мгновение, прежде чем Асад с силой вогнал плоский конец железного ключа в зазор двери и нажал на него как на рычаг.
Невыносимый трупный смрад едва не сбил Асада с ног, когда дверь с треском распахнулась.
— Я бы очень не советовал тебе сейчас высмаркиваться, Роза, — предупредил он, но она уже и сама инстинктивно закрыла лицо предплечьем.
— Что ты там видишь, Асад? — спросила она.
— Я вижу, что нам прямо сейчас придётся звонить коллегам.
Роза протиснулась поближе. Там, в полумраке кузова, на боку лежало человеческое тело. И этот человек находился здесь уже довольно давно.
— Мне придётся доложить, что труп обнаружили именно вы! — Терье Плоуг выглядел далеко не радостным. — Какого чёрта вы здесь делали и зачем взломали дверь фургона? Вам лучше сообразить очень убедительное объяснение для начальника убойного отдела, иначе у вас будут огромные проблемы. Он приедет буквально через пару минут, так что думайте быстрее!
Криминалисты успели прибыть ровно за минуту до того, как служебный автомобиль Маркуса Якобсена с брызгами пронёсся по дождевым лужам.
— Мы оказались в Ванлёсе совсем по другому делу и просто случайно проезжали мимо, — не моргнув глазом заявила Роза.
Начальник убойного отдела никак это не прокомментировал, но суть претензий была ясна без слов — он шёл по двору широким шагом, и по его лицу было видно, что он в бешенстве.
На тело направили прожекторы, и зрелище оказалось весьма жутким.
Широко распахнутые, полные ужаса глаза покойника застыли так, словно его убийца всё ещё стоял, наклонившись над ним. Руки мертвеца были скрещены у самого горла — возможно, он ожидал, что удар придётся туда. Однако молоток, до сих пор глубоко торчавший в его виске, красноречиво свидетельствовал о совсем другом развитии событий.
— Это Ханнес Тейс? — спросил начальник отдела, повернувшись к Терье Плоугу.
Тот синхронно кивнул вместе с Розой и Асадом.
— Думаю, обычно именно он отвечал за включение сигнализации на этом объекте. Но в таком состоянии он, очевидно, сделать этого не мог, — добавил Плоуг и слегка усмехнулся. Подобный цинизм появляется только после того, как проведёшь в этой профессии целую вечность.