Вместе сильнее. Компиляция
Шрифт:
— Нынешние детишечки сейчас и в полицию могут позвонить, если мамка или папка на них просто голос повысят. Такого наговорят, что домой тут же пришлют проверку.
— Да уж, как они говорят, психическое здоровье имеет огромное значение. А чтобы оно было в порядке, дитячко ни в коем случае нельзя ругать, бить и учить. Только хвалить и все разрешать.
— Вот и вырастает всякое дерьмо из-за того, что все разрешают! Не зря ведь в мире придуманы правила и законы, которые обязаны соблюдать все без исключения.
— Боже, и кто же останется в этом мире после нас? —
— Согласна, подруга! — Хиллари снова бросает хмурый взгляд на Эдварда, Даниэля и Терренса, которые крепко обнимают Наталию, Анну и Ракель и что-то им говорят, чтобы утешить. — Что с миром станет, если в нем останутся такие невоспитанные создания, которые не знают элементарных правил приличия?
— Слушай, так это же дружки Роуза и их девки! — слегка прищурившись и присмотревшись, восклицает Марта.
— Правда? — Хиллари также получше присматривается к парням и девушкам. — И правда, они! Господи, уже даже в очках почти ничего не вижу! Совсем уже слепая курица стала!
— Да, зрение совсем плохое стало… Возраст не щадит.
— Батюшки, а как же это мы не успели заметить, как они приехали и зашли? Они же выходили из здания!
— Вот что значит отойти на пару минут. Сразу все интересное пропустишь!
— И не говори… А они все пищат, какого черта мы сидим тут целый день. Да вот почему!
— Слушай, а ты посмотри на морды этих красавчиков! Все в синяках и ссадинах! А на руках какие-то ожоги!
— И правда… Это кто же их троих так отмутузил?
— Не уж-то Роуз учудил?
— А может, и он! Я бы нисколько не удивилась!
— Похоже, у них был очень уж серьезный конфликт, раз эти ребята стали ранеными бойцами.
— Ага, а тот двухметровый вон вообще едва ползает и за спину держится.
— Вижу-вижу! И правда как инвалид ходит!
Тем временем стоящие неподалеку Терренс, Даниэль, Эдвард, Ракель, Наталия и Анна начинают чувствовать чей-то взгляд на своих спинах и отстраняются от своих возлюбленных, чтобы осмотреться вокруг.
— О, ребята, смотрите! — восклицает Эдвард. — А вон и наши старушки объявились!
— Да уж, легки на помине… — задумчиво произносит Даниэль. — Вернулись на пост и продолжают патрулировать территорию.
— Зуб даю на то, что они сейчас сидят и обсуждают нас, — уверенно говорит Терренс.
— Наверное, недовольны тем, что мы тут стоим и обнимаемся, — предполагает Ракель, держа руки обвитыми вокруг талии Терренса и прижимаясь к нему поближе.
— Да я отсюда слышу их возмущения о том, какие мы бесстыжие и невоспитанные, раз позволяем себе такое, — отвечает Наталия, пока Эдвард крепко обнимает ее со спины за талию.
— Такое впечатление, будто мы бегаем здесь голые и на виду у всех собираемся заняться сексом, — добавляет Анна, держа Даниэля за руку, пока он аккуратно убирает тонкую прядь волос с ее глаз.
— Если они увидят голую женскую грудь или мужской член, то их тут же увезут в больницу с инфарктом, — уверенно заявляет Эдвард. — А то и вовсе закопают в землю.
—
Да уж, в таком возрасте подобное естество этим монашкам категорически противопоказано, — пытается разрядить обстановку Даниэль.— Что, бездельники, вспомнили про своего дружка Роуза? — громко спрашивает Марта. — То не появлялись здесь бог знает сколько, а теперь снова мотайтесь сюда!
— Ага, пока этот придурок опять практически не выходит из квартиры и ведет себя омерзительно, — добавляет Хиллари.
— Или вы, парни, пришли выяснить с ним отношения!
— Ага! Это же, наверное, ваш дружок так разукрасил ваши личики? Или вам всем навалял кто-то другой?
Переглянувшись между собой и проигнорировав слова этих женщин, парни и девушки спокойно подходят поближе к Хиллари и Марте.
— Э-э-э, простите, а вы не знайте, дома ли сейчас Питер? — вежливо спрашивает Ракель.
— А куда ж ему деваться! — пожимает плечами Хиллари. — Конечно, дома!
— Просто мы только что приходили к нему, но он не открыл нам дверь, — признается Наталия. — Простояли под дверью несколько минут, но без результата.
— Что, опять с ним поссорились? — ехидно усмехается Марта. — Сказали этому слабаку что-то неприятное, а он на вас как девчонка обиделся?
— Мы просто хотим поддержать его, — спокойно отвечает Анна. — Но он от нас бегает и не хочет с нами разговаривать.
— Ха, как будто с нами хочет! — закатывает глаза Хиллари.
— Ага, мы, конечно, уже привыкли к тому, что он никогда с нами не здоровается и игнорирует все наши замечания, — добавляет Марта. — Но то, что сделал Питер несколько дней назад, не лезет ни в какие ворота.
— А что он сделал, позвольте узнать? — спокойно спрашивает Даниэль.
— Наорал на нас! Нагрубил! Матом крыл! Послал нас куда подальше! Оскорблял! Угрожал! И толкнул нас!
— Ага, совсем этот мальчишка стыд потерял! — возмущается Хиллари. — Никакого уважения к старшим! Думает, что раз стал звездой, то ему теперь все можно.
— Простите, а вы не замечали за Питером ничего странного в последнее время? — спрашивает Эдвард. — Может, есть что-то, что вас смущает?
— Странного? — громко удивляется Хиллари. — Да Роуз всегда странный! Как не от мира сего! Ошибка природы какая-то!
— Ага, какой настоящий мужик будет вести себя так, как он? — недоумевает Марта. — Разве он позволит себе опустить руки? Позволит себе решить проблемы попыткой уйти из жизни? Позволит себе рыдать как девчонка?
— Да уж, сейчас чуть дитятко чье-то обидят, так сразу в слезы! Депрессии себе придумывают! Еще всякие глупости! Хотя настоящие мужики никогда не плачут! Никогда! Ни при каких обстоятельствах! Как бы плохо им ни было!
— Это все от безделья! Если бы ваш дружок был занят полезным делом, то никаких так называемых депрессий не было бы. Вот дать бы ему лопату в руки и отправить на стройку, так сразу бы хорошо стало! Не было бы времени рыдать и думать о самоубийстве!