Верность
Шрифт:
Нокс
— Охрана? — переспросил Винсент. — Ты беспокоишься о безопасности этой женщины. — Он оглядел меня с ног до головы. — Неужели тот Леннокс Деметри, которого я помню, не может справиться с ситуацией?
— Я был бы только рад.
— Как я уже сказал, — вставил Орен, — это я звонил. Это я просил о помощи. Девушка была нанята компанией, входящей в структуру Деметри. Если эта связь станет достоянием общественности, это может отразиться на Demetri Enterprises. — Отец наклонил голову в мою сторону. —
— Эта женщина? — спросил Лука. — Она особенная?
— Просто подруга, ничего больше, — ответил я честно.
— Видишь ли, она не стоит того, чтобы ставить под угрозу наше доброе имя или имя нашей компании.
Винсент поджал губы и откинулся на спинку дивана, переводя взгляд с Орена на меня и обратно. — Какая компания?
Я не знал, к чему клонит отец, но я ненавидел эту чертову компанию. Я был более чем готов позволить ей рухнуть. К черту, я бы сам чиркнул спичкой и грел руки у пламени. Я просто не хотел, чтобы Челси, Патрик или Сай остались на пепелище.
— «Неверность» (Infidelity). Это я втянул в это дело Деметри. Я даже сыграл свою роль в том, чтобы устроить эту женщину на работу. Мне нужно было звонить за помощью вам, а не Орену. Это моих рук дело, что мы здесь оказались. Спасибо за помощь.
Хотя Винсент, казалось, обдумывал мой ответ, Лука кивнул: — «Неверность», этот веб-сайт? Она была одной из их моделей?
— Не совсем, — ответил Орен, сузив глаза и глядя в мою сторону.
— Однако, — спросил Винсент, — ее безопасность достаточно важна для того, чтобы ты привез ее сюда и просил моих людей помочь обеспечить ее защиту? Я чувствую здесь что-то большее.
Прежде чем я успел ответить, отец подался вперед: — Я дал обещание. Я держу свои обещания. Я плачу по своим долгам и вношу свою долю. Точно так же, как я делал это в прошлом.
— Мой отец, возможно, и просил, — вставил я, — но только потому, что мог. Винсент, мы слишком долго не общались. Я пренебрегал своей семьей, вами и Лукой. И все же вы здесь. Ваши люди за моими дверями. Мой отец попросил, и вы приехали. Спасибо. Пришло время мне взять на себя ответственность и признать, как много вы мне помогали.
Мой взгляд встретился со взглядом Луки. Было слишком много невысказанного признания.
— Нет, Леннокс, — запротестовал Орен, — это я звонил.
Я повернулся к Винсенту: — Можно?
— Звонил? — Винсент усмехнулся. — Конечно! Ты семья. Мальчик Анджелины. Ее гордость и радость. Мы здесь ради тебя, так и должно быть — как и вы ради нас.
— Нет…
Винсент поднял руку: — Орен, дай человеку договорить. Похоже, наконец-то он стал одним из нас.
Я не мог смотреть на Орена. Я знал, что он этого не хотел, но в то же время он сам когда-то вырвался из-под влияния Костелло. Они — моя кровь, моя семья. Я не мог допустить, чтобы семья Чарли стала причиной, по которой его снова туда затянут. Какая бы история ни связывала его с матерью Чарли, Чарли — моя ответственность.
— Ты встречаешься с кем-то? — спросил Лука.
— Да.
Он кивнул: — Я видел фотографии. Помню одну из Центрального парка.
Мой желудок внезапно скрутило. — Не то место, не то время.
— Десять миллиметров. Скорее всего, выстрел из Glock 20. Автоматический, магазин на
пятнадцать патронов, но был произведен только один выстрел.Мы с Ореном уставились на Луку. Откуда он мог это знать? — Откуда? Как ты можешь это знать? — спросил я.
— Семья, — ответил Винсент.
— О чем вы говорите? — спросил Орен.
— Когда семье, даже тем, кого мы не видели годами, угрожают на нашем заднем дворе, мы проводим расследование.
— Проводите расследование?
— У нас есть друзья. У нас есть враги. Иногда угрозы в адрес самых неожиданных целей могут вызвать нужный «эффект домино».
— Вы думаете, что стреляли в Леннокса из-за Костелло? — спросил мой отец.
Винсент покачал головой: — Больше нет. Мы должны были убедиться.
— Женщина, с которой ты встречаешься, — сказал Лука, положив локти на колени. — Она из хорошей семьи?
— Полагаю, это субъективно, — ответил я. — «Хорошей» в смысле богатой? Мне плевать на ее деньги.
Губы Луки сжались: — Не это я имел в виду. Я имел в виду «хорошую» — в смысле чертовски хитрую.
Адреналин ударил в кровь, кулаки сжались. — Что ты хочешь этим сказать?
— Ты ведь работаешь с высокопоставленными людьми над интересными сделками с лекарствами.
Я усмехнулся: — Выставляете это так, будто я толкаю кокаин на углу. Это легальные препараты.
— Как алкоголь, — вставил Винсент.
— Похоже.
— Они не везде легальны, не для рекреационного использования, — ответил Лука. — Мы беспокоились о наших врагах, но, Леннокс, у тебя тоже есть свои.
— Стрельба была направлена на меня? Вы уверены? — часть меня испытала облегчение, узнав, что это не предназначалось Чарли. Другая часть была в ярости. У кого хватило наглости стрелять в меня, особенно в присутствии Чарли?
— Мы не можем быть уверены, не найдя стрелка. Это был наемник. Не кто-то из наших. Если бы это были наши, мы бы знали. Денежный след остыл. Операция была выполнена чисто, профессионально. Вся операция. Они знали, где ты находишься. Их единственная ошибка — то, что ты еще жив.
Орен встал: — Это угроза?
Винсент махнул рукой, предлагая отцу вернуться на место: — Нет. Это облегчение. Мы все еще ищем стрелка. Эта чепуха в новостях о муже была гениальной.
— Отвлекающий маневр, — сказал я.
— Хороший ход.
— Как думаете, откуда деньги? Кто привел этот план в исполнение?
— Не уверен насчет денег, — ответил Лука. — Как я сказал, след остыл. Но такого уровня мастерства не найдешь на Craigslist. Кто бы ни нанял стрелка, он знал, с кем связаться, знал твое расписание и уязвимые места. Моя первая область беспокойства — твой ближний круг. Ты каждый день ходишь через Центральный парк?
Я покачал головой, прокручивая в уме каждого из личной охраны.
— Ты знаешь кого-то с подобными связями? — спросил он.
Я пожал плечами, перебирая список подозреваемых. Одно время я думал, что это семья Чарли пытается напугать ее и вернуть в Саванну. Это была не только моя забота, Делорис тоже об этом упоминала. Но это было до того, как мы по-настоящему узнали Чарли. Теперь, когда я знаю ее, я сомневаюсь, что у Алтона Фицджеральда есть такие связи, и я был уверен, что Спенсер недостаточно умен, чтобы провернуть такое.