Мышь!
Шрифт:
В этот раз физру вёл мужчина. Не Маргарита Львовна с её вымученной улыбкой, а кто-то другой — суровый, крепкий, с квадратной челюстью и коротким ёжиком седых волос. Глаза у него были маленькие, глубоко посаженные, взгляд — страшный, буравящий. Разговаривал он грубыми, рубленными фразами, почти что заикаясь и проглатывая окончания, словно каждое слово давалось ему с трудом, а тратить их на учеников было жалко. Движения его тела были резкими — он не шёл, а перемещался рывками, будто в любую секунду готовый ударить. Давил он так, что даже самые отпетые хулиганки и болтушки не рисковали открывать рот.
Бег казался вечным,
Пол в центре зала заложили матами, выставили «козлы» — странные конструкции, через которые надлежало прыгать по очереди. Вместо смеха и разговоров, новый физрук снова задал быстрый темп и постоянно, с каким-то садистским удовольствием, ругал тех, у кого не получалось. Его голос эхом отлетал от стен, и Лера чувствовала, как с каждым окриком внутри неё что-то сжимается. Лапина и ещё несколько девочек, пользуясь суматохой, просто свалили с урока, и Лера им в этот момент почти завидовала. С неё сошло семь потов, футболка прилипла к спине, ноги дрожали от напряжения, но она держалась. Урок кончился быстро, слишком быстро, чтобы перевести дух.
В душевых была очередь. Никто не хотел вонять оставшиеся пять уроков. Лера стояла в очереди, прижимаясь к стене, и пыталась отдышаться, когда услышала обрывок разговора.
— …Сто по сто, маньяк её зарезал, — уверенно сказала одна девица с мокрыми, зачёсанными назад волосами.
— Да никуда она не пропадала, — лениво возразила другая, разглядывая прыщ на подбородке в маленькое зеркальце. — Просто дрочат её дома, вот и она гаситься у кого, у парня, наверное, нового. Слыхала там её на Мерсе подирают, кто-то с Бауманских, старый уже и седой.
— Ну вот. Тем более не первый раз уходит, — подхватила третья. — Ну она, конечно, шлюшка. С дедом-то.
— Какая разница, если богатый?..
Из разговора Лера поняла, что пропала ещё одна девочка. На этот раз — из соседней школы. Старшеклассница. Имя было незнакомым, но от этого не становилось легче. Если все тут живут так же, как Лера, то немудрено, что кто-то пропадает или убегает.
Она тряхнула головой, отгоняя мысли. Какая-нибудь Лапина докопается, и захочется поехать на вокзал и сесть на первый попавшийся поезд. Или не на первый — на тот, который едет на Юга, куда папа всегда рвался. Туда, где тепло и море.
Лапина, Лапина, Лапина. Сколько можно повторять эти звуки? Отец учил давать отпор, но что если это не помогает? Словно о доску горох… Как можно идти до конца, если этого самого конца нету? Это лишь вопрос времени, когда она снова докопается. Даже драться она не хочет… Может быть, отдать ей деньги? Сказать, что их было сложно достать, что больше достать не получится, и тогда она отстанет? Лера задумалась об этом, стоя под струями тёплой воды, и вдруг почувствовала странное, горькое облегчение. Да, она так и сделает. Откупится. Это унизительно, это мерзко, но это лучше, чем снова потерять что-то ценное или быть униженной. Лучше, чем снова стоять на коленях в снегу. Лучше, чем бояться каждого угла.
Она вытерлась, оделась и, уже застёгивая сумку, сунула руку внутрь, чтобы проверить кошелёк.
Холодок пробежал по
спине. Лера замерла, потом рывком раскрыла сумку, вытряхнула всё содержимое на скамейку. Учебники, тетради, ручка огрызок карандаша, линейка, фонарик, расчёска, крем… Кошелька не было. Она совала руку снова и снова, обшаривала каждый кармашек, каждую складку, перерывала вещи с какой-то истеричной, судорожной надеждой.Пусто. Денег и кошелька не было.
Украли.
Лапина…
Когда сбегала с физры, видимо. Пока Лера, как последняя дура, бегала и потела, эта тварь шарилась по раздевалке, рылась в её вещах, словно свинья в поисках жёлудя.
Ярость, горячая, слепая, захлестнула Леру с головой, смывая остатки страха и благоразумия. Она быстро закончила переодеваться, закинула сумку на плечо и пошла к выходу, искать воришку. Лапина и её компания нашлись у кабинета классной, где должен был состояться урок геометрии, стояли у окна и лениво о чём-то болтали.
— Э, Мышь! — окликнула её Лапина, едва Лера показалась в дверях.
Она и её дружки — лысый громила и усатый — повернулись к ней. Лера даже не замедлила шаг. Она шла прямо на Лапину, и в её глазах, наверное, было что-то такое, отчего ухмылка на лице её мучительницы слегка дрогнула.
— Вот тебе загадка, Мышь. Пятнашка скоро превратится в двадцать. Где моя пятнашка? — улыбаясь, нараспев протянула Лапина, явно довольная своей шуткой. Она, видимо, репетировала её всё утро.
— Ты уже всё сама забрала, воровка! — рявкнула Лера, остановившись прямо перед ней.
— Чё ты мелешь? — опешила Лапина, и её улыбка сползла с лица, уступив место искреннему, непритворному изумлению. Она явно ожидала увидеть испуганную, затравленную жертву, а не это. — Это с хера ли ты меня под крысу подписываешь, Мышь?!
— Эта тварь рылась у меня в сумке и забрала деньги! — сказала Лера так громко, чтобы услышали все, кто ещё был в коридоре. Зеваки начали оборачиваться на них и стягиваться вокруг. Кто-то хихикал, кто-то перешёптывался.
— Чё?! — глаза Лапиной округлились, и в них на мгновение мелькнуло что-то похожее на растерянность. Но только на мгновение. — Ты чё несёшь, какие у тебя деньги? Ты ж нищебродка деревенская!
Лера открыла рот, но слова застряли в горле. Она ничего не смогла придумать в ответ, и это мгновение слабости решило всё. Лицо Лапиной снова стало холодным и уверенным.
— Ты чё, поехала, что ли? — спросила она тихо, почти ласково. — Думала, под крысу меня подпишешь, и всё — решена проблема?
— Ты забрала! — сквозь зубы прошипела Лера.
— Нахуй шла!
Лера не стала больше спорить. Она шагнула вперёд и толкнула Лапину в грудь — сильно, с оттяжкой. Лапина пошатнулась с глупой улыбочкой, но устояла, и кажется не собиралась ничего больше делать. Усатый протянул к Лере, и так они и замерли от крика.
— Так, разошлись быстро по углам! — к ним, расталкивая толпу, вклинилась классная руководительница. Она больно схватила Леру за руку повыше локтя и с неожиданной силой оттащила в сторону. — Жукова! Ты что себе позволяешь?! Второй раз за неделю! Ты совсем страх потеряла?
— Она у меня деньги украла! — выкрикнула Лера, пытаясь вырвать руку. — Кошелёк! Из сумки!
— Лапина, марш в класс! — классная прищурилась. — Жукова — в кабинет директора. Будем разбираться.
***