Чтение онлайн

— Прав. В этом суть идеи женской единицы Смерти. Без мужского гормонального фона, как у женских боевых единиц.

— Пока она неработоспособна. Как я говорил, позитив и разговоры не сработали.

— Давай подождем с ликвидацией. Пусть перевоплощается. Набивает собственные шишки.

Внезапно мужчина со светлыми глазами смотрит в мою сторону, и меня выбрасывает в холод Бездны, прерывая визуал.

Лечу вниз. Знаю, что делать. Но не уверена, что сработает.

— Я переворачиваю глиф Смерти! — громко чеканю в пустоту.

На

секунду все замирает. Яркая вспышка. И в грудную клетку бьет резкая волна. Виски и позвоночник пронзает током и я делаю глубокий шумный вдох.

Резко открываю глаза. Комнатушка и шесть ее обитателей.

У меня получилось. Я вернулась. Отмечаю, что выход из смерти и синдром Лазаря мне дался легче.

Закашливаюсь. Вдыхаю полной грудью спертый воздух. Сердце качает кровь как бешеное. Вытираю очередной сгусток крови. Не только из носа. Но и из уха. Я нырнула очень глубоко.

И не зря. Теперь картина полная. Я получила ответы на вопросы. Теперь понятно, откуда за мной тянется смертельный шлейф. Я отказалась и осудила не только Тенета. Я отказалась от себя. От одной из своих граней и возможностей. Ипостаси Смерти.

Устало отрываюсь от липкого линолеума. Так и не вставая, опираюсь о стену. Склоняю голову набок и смотрю на три женские единицы.

Изучаю женщину, девушку, девочку. Рассматриваю их в тепловизор. Пытаюсь понять причины замутнения.

В визуале я с точностью выбрала из нескольких женщин в палате, кого забирать. Значит, во мне есть эта способность. Значит, и сейчас должна увидеть.

Ныряй глубже, Бесова. Вспоминай, как ты это делала в прошлом.

Но ничего не происходит. На секунду зависаю. Поднимаю голову.

— Я Осознала Свою Ошибку, Ктулху. Я принимаю свою способность. На этот раз я сделаю все правильно. Верни мне мое знание.

Сосредотачиваюсь. Концентрирую силы. И внезапно становится ещё темнее. Я нырнула глубже.

В холодную темноту.

Ощущения странные. Я посреди ничего. Зависаю в холодной пустоте. И начинаю видеть. Миллион скриншотов, в которых что-то происходит. Пока ничего не понимаю. Но едва глаза привыкают к хаосу движений, начинаю осознавать логику происходящего.

Все настолько ясно и понятно, что даже непроизвольно улыбаюсь. Несмотря на трагичность ситуации.

Рассматриваю линии судьбы и взаимодействия этих троих. Их поступки и решения. Принятые ими выборы. В разных плоскостях, под разным углом. С сотнями разных вводных переменных и констант.

Доводя все варианты ситуаций до логического завершения.

Веду головой и выныриваю в трехмерку.

Встаю с пола. Обуваюсь. Подхожу к женщине и девушке, лежащим на матрасах.

Поворачиваю голову к матери семейства.

— Когда придет время, ты сделаешь правильный выбор в отношении сына. Хотя этот выбор дастся тебе нелегко.

Поворачиваю голову к девушке. Она оказалась младшей сестрой главы семейства.

— С тобой проще. Твоя мутность идет из прошлого. Грех, как говорят люди. Через

пару лет ты заболеешь. Но… справишься. Отработаешь свое прошлое.

Подхожу к девочке. Смотрит на меня непонимающе. Чистые глаза ребенка. Круглое миловидное личико в обрамлении густых черных волос, заплетенных в косу. На секунду сердце сжимается от жалости, но я отбрасываю рефлексию. Становлюсь больше, чем человек. Потому что знаю больше, чем человек.

— С тобой все сложнее, малыш. — Хмурюсь. — Несмотря на родительскую любовь, ты завидуешь брату. Его успехам в школе. И эта зависть приведет к беде. Через месяц ты поссоришься с ним в школе и в порыве эмоций толкнешь. Не специально, но с последствиями. Твой брат упадет и ударится головой. Нет. Ты не станешь убийцей. Он выживет. Но травма приведет к нарушению когнитивных функций мозга. И он уже будет не в состоянии стать биологом. Полезной единицей.

Безусловно, ты потом пожалеешь о содеянном и будешь об этом жалеть всю оставшуюся жизнь. Таким образом тебя будут учить терпимости и любви к ближнему. Но ты должна была появиться не в этой семье. Я не хочу, чтобы на этом мальчике ты отрабатывала свою вину и чистила себя от зависти.

Девочка продолжает на меня смотреть взглядом зомби под воздействием транквилизатора, а я резюмирую:

— По сути, ты не виновата в происходящем. Ты — продукт сбоя системы, баг с остатком некоего Вируса, уничтожающего прогресс.

Жаль ли мне ее? Как человеку — да.

В моих силах изменить будущее так, чтобы мальчик в этот день не пошел в школу? Да. Я видела и этот вариант. Но тогда, во-первых, эта девочка вырастет неправильной, не выучит свой урок. Во-вторых, будет портить брату жизнь, не давая ему выполнить свою программу.

В моих силах, чтобы она сделала калекой кого-то другого, кто это заслужил? Да. Этот вариант я тоже изучала. К сожалению, посторонний ее не зацепит. И любовь ее не зацепит. Через пару месяцев она забудет о своей вине и не очистится от зависти. Не та интенсивность связи и воздействия.

Пожалею ли я ее?

Нет. Я должна произвести зачистку.

На секунду зависаю, обдумывая, как завершить начатое.

Одно я знаю наверняка — смерть действует по-другому. Она не режет ножом и не душит голыми руками.

Правда ликвидировать взглядом я пока не могу. Потому что не активирована. Но у меня есть инструмент. Глиф Смерти. Очень надеюсь, что он сработает.

Протягиваю порезанную ладонь к девочке, и та, несмотря на взгляд зомби, рефлекторно дергается. Вернее пытается. Осязает руку Смерти.

— Я постараюсь, малыш, чтобы все произошло быстро и ты ничего не почувствовала.

Опять погружаюсь в холодную темноту. Рисую пальцем девочке на лбу символ смерти. Замираю.

Секунда. Вторая. Третья. На четвертую вижу, как в ее мозге формируется аневризма и тут же взрывается. Сердце отключается. Девочка обмякает. Так и не закрыв глаза.

Моя рука немеет и параллельно этому наблюдаю, как мутноватый светящийся сгусток, что в социуме называют душой, покидает ее тело и уходит вниз.