Вместе сильнее. Компиляция
Шрифт:
В любом случае не забывай обо мне. Помни, что у тебя есть мама. Всегда будет. Я никогда тебя не брошу, сыночек. Помогу тебе в любой момент, когда ты будешь в этом нуждаться. Приведу к людям, которым ты сможешь довериться. Покажу девочку, которая мне понравится. Дам знак, что это твое. Дай бог, ты это поймешь и не разрушишь свое счастье собственными руками. Впрочем… Если тебе суждено пройти жизненный путь рука об руку с определенными людьми, то они не уйдут из твоей жизни просто так. Они будут возвращаться снова и снова. Даже если ты причинишь им боль. Потому что вы должны быть вместе. Они не смогут бросить тебя, когда тебе кто-то очень нужен. И ты,
Я очень-очень сильно люблю тебя, Теодор. Ты самое лучшее, что у меня есть в жизни. И я уже горжусь тобой. Горжусь всем тем, чего ты захочешь и сможешь добиться в будущем. Говорю это на случай, если я вдруг погибну и не смогу сказать слова, которые могут быть очень для тебя важны. И не перестану верить, что ты будешь помнить мое наставление и идти в правильном направлении, не поддаваясь соблазну свернуть на кривую дорожку и позволить себе зайти настолько далеко, чтобы не иметь никакой возможности вернуться назад.
Будь счастлив, мой маленький Тео. Исполни все свои мечты и проживи жизнь так, как ты того захочешь и с кем. Слушай свое сердце и поступай так, как оно тебе говорит.
С огромной любовью, твоя мама.»
Нельзя сказать, что это письмо не нашло никакого отклика в сердце Питера и не заставило его ни над чем призадуматься. Несмотря на то, что он никогда не знал свою родную мать, мужчине кажется, будто к нему обращается женщина, с которой ему довелось прожить с самого рождения. Как будто она и впрямь родная. Как будто биологическая мать всегда была рядом. Мужчина предполагает, что именно Джулия является причиной, почему он все еще живет на этом свете. Что это она снова и снова его спасает, подавая некоторые знаки тем, кто в состоянии что-то сделать.
«Что, приятель, письмецо мамы тронуло твое сердечко?» — хитро улыбается Теодор, расставив руки в бока.
— Как будто его написала женщина, которую я знал всю жизнь, — задумчиво отвечает Питер. — Прочитав все это, я уже не могу сказать, что она мне чужая.
«В отличие от Корнелии. К которой ты никогда не испытывал таких теплых чувств.»
— Верно. Корнелия всегда казалась мне чужой и холодной. Но тогда я и подумать не мог, что эта женщина мне никто. Мне казалось, что все дело лишь в алкогольной зависимости. Мол, из-за нее меня не любит та, которую я всю жизнь называл матерью.
«Хотя признаться честно, я не понимаю, почему отец не отдал тебя твоей бабке, раз уж она помирилась с дочкой и была рада новости о ее беременности.»
— Я и сам не понимаю. Почему Маркус не отдал меня ей? Почему эта женщина сама меня не забрала? Или она опять поссорилась с Джулией уже после примирения? Об этом в дневнике ничего не сказано.
«Можно предположить, что Эллен так и не узнала о смерти Джулии, но я не думаю, что Маркус и впрямь не поставил бабушку своего сына в известие.»
— А хер знает! Может, она и правда ничего не знала! Мне почему-то кажется, что Маркус и вовсе не уведомил ее о том, что у Джулии начались роды. Суда по его рассказам, я так понимаю, он ждал новостей в больнице один.
«Хм, вполне возможно… Хотя все было бы иначе, если бы ты жил у своей бабули. Если бы она все-таки узнала о том, что потеряла дочку, и забрала внука с собой. Подальше от психически нездорового папаши.»
— Вряд ли бы это избавило его от желания избавиться от меня. Маркус не забыл
бы про меня. Он бы меня убил. Рано или поздно.«Да уж, можно сказать, ты находился в глубокой заднице.»
— Ой, да что теперь гадать! — устало вздыхает Питер. — И Джулии нет в живых, и Эллен наверняка уже давно погибла, и Роланд…
«Ну… По крайней мере теперь многое встало на свои места! Ты получил ответы почти на все вопросы.»
— Жаль, что так поздно.
«Ну знаешь, лучше поздно, чем никогда, — бодро подмечает Теодор. — Да и вообще, какая теперь разница? Мамка-то ведь уже давно мертва! Ты не сможешь ее обнять, поцеловать и о чем-то расспросить.»
— Знаю… Но почему-то мне кажется, что ее дух всегда был рядом со мной.
Питер переводит взгляд на Теодора.
— Хоть мама и мертва, она никогда не оставляла меня. Как и обещала в этом письме. Как будто это из-за нее никто и ничто не может избавить этот мир от меня. Как будто ее невидимая рука удерживает меня от того, чтобы свести счеты с жизнью.
«О, то есть, теперь не мир в этом виноват, а твоя мама?»
— Но ведь реально! Каждый раз, когда со мной что-то происходит, что-то другое меня спасает. То не дает с собой покончить, то не дает кому-то меня убить, то присылает ко мне кого-то, то еще что-то…
«Окей, если хочешь верить в эти чудеса – пожалуйста! Вера в любого рода магию всегда греет душу и является причиной, благодаря которой мы продолжаем жить в ожидании чего-то особенного.»
— В любом случае ее слова заставили меня задуматься. Задуматься о том, а все ли я делаю правильно. Справедливо ли поступаю с ребятами, всеми силами их избегая. С парнями, которых виню в том, в чем они в принципе не виноваты. Может, я – дебил? Полный дебил, который сам все портит и всех от себя отталкивает? А потом жалуется, что его никто не любит и не ценит. Может, дело не в этом жестоком мире? Может, дело во мне? В моих демонах?
«М-м-м, смотрите-ка… — с гордо поднятой головой скрещивает руки на груди Теодор. — Кажется, до нас начинает кое-что доходить… Принцесса с холодным сердцем очнулась после зимней спячки! Не прошло и целой вечности!»
— Не могу не признать, что я скучаю по ним. И сейчас больше всего хочу, чтобы они были рядом. Понимаю, что не могу справиться со всем этим дерьмом без них. Не только Хелен помогала мне держаться. Ребята тоже являются тому причиной. Даниэль, Терренс, Эдвард… Анна, Ракель, Наталия… Я люблю их всех. Они все для меня как братья и сестры. Все очень многое для меня значит. Я никак не могу их потерять.
«Все в твоих руках, Питер, — одобрительно отвечает Теодор. — Твоя мама же в письме написала, что те, с кем тебе суждено идти по одной дороге, просто так из твоей жизни не исчезнут. А эти ребята, походу, не собираются тебя бросать. Даже несмотря на все демоны у тебя в голове. Вон как усердно заваливают тебя сообщениями каждый день. Даже соседки твои сказали, что они несколько раз приходили сюда и искали тебя.»
— Думаешь, еще не поздно хоть что-то исправить? Не поздно попытаться реабилитироваться в их глазах после того, как я чуть их не убил?