Вместе сильнее. Компиляция
Шрифт:
— Будем верить, что мы успеем ее найти. Кто знает… Может, эта девушка еще не погибла и имеет шансы на выживание. Сможет жить нормальной жизнью после получения медицинской помощи.
— Было бы здорово… — задумчиво отвечает Терренс. — Мы бы хоть перестали чувствовать себя виноватыми в ее смерти.
— Пожалуйста, ребята, не надо себя винить, — мягко просит Скарлетт. — Вы ни в чем не виноваты.
— Да, парни, не принимайте близко к сердцу то, что вам наговорил Питер, — настаивает Виктор. — Поверьте, у него сейчас все виноваты, не только вы. Все, включая его самого.
— Однако в его словах
— Уверен, что он будет думать иначе, когда успокоится и немного придет в себя.
— Вы ведь прекрасно знайте, что мы теперь для него враги, — с грустью во взгляде отвечает Эдвард. — Питер не желает с нами разговаривать и иметь что-то общее.
— Что, он за все это время ни разу с вами не разговаривал? — неуверенно спрашивает Скарлетт.
— Увы, миссис Маршалл, — пожимает плечами Анна. — Он не отвечает на наши сообщения и сбрасывает все звонки.
— Боже, бедный мальчик… Понимаю, как ему сейчас тяжело…
— Уже начинаем потихоньку заставлять себя жить с мыслью, что мы потеряли друга, — признается Даниэль. — Во всех смыслах. И он не намерен с нами общаться, и мы начинаем сомневаться, что хотим быть ему друзьями.
— А вы ходили к нему домой? — спрашивает Виктор.
— Ходили, — отвечает Ракель. — Но он никогда не открывал нам дверь. Сначала его не было дома, а вчера Питер точно был там, но так и не открыл нам.
— А соседки опять пожаловались на то, что он на кого-то кричал, с кем-то говорил и даже что-то разломал, — добавляет Наталия.
— Когда человек остается один со своим горем, то он поневоле начинает сходить с ума, — подмечает Виктор. — Депрессия – это еще цветочки. Хуже когда у него едет крыша, и он слышит всякие голоса или видит галлюцинации.
— Питер и до этого был не в порядке, — признается Терренс. — У нас есть все основания так думать после того, что в последнее время про него узнали.
— Может, меня он все-таки послушает? — предполагает Скарлетт. — Что если я сама как-нибудь съезжу к нему домой и попробую поговорить? Я-то никогда не делала ему ничего плохого и всегда относилась к Питеру как к родному сыну.
— Вряд ли, миссис Маршалл, — качает головой Анна.
— Возможно, у Питера были причины срывать злость на парней, ибо, как мы знаем, они не всегда были святыми. Но я… Вы, девочки… Мы-то всегда хорошо относились к Питеру и любили его. Почему он должен обращаться с нами также?
— Да, но на соседку, с которой он обычно хорошо ладит, Роуз смотрит исподлобья, — подмечает Даниэль. — Хотя она тоже относилась к нему с уважением. А сейчас Питер не просто не здоровается с ней, так еще и сказал ей что-то грубое. Мы встретили эту женщину вчера, когда попытались еще раз навестить его дома, и она все нам рассказала.
— Тем не менее я как-нибудь попробую приехать к нему. Может, общее горе сможет нас объединить.
— Нет, миссис Маршалл, вам лучше поберечь себя, — возражает Виктор. — У вас из-за переживаний и так сильно ухудшилось здоровье. А Питер сейчас в таком состоянии, что он может сделать вам только хуже.
— Не волнуйтесь, мистер Джонсон, я более-менее в
порядке. Держусь потихонечку. Как видите, я сегодня даже не лежу в кровати и пытаюсь что-то делать. Чтобы меньше думать о потере внучки.— Что касается Питера, мы будем сами решать эту проблему, — обещает Ракель. — Не знаю как, но это уже наша забота.
— Ох, да что вы можете сделать, если мальчик так сходит с ума от горя? — тяжело вздыхает Скарлетт.
35.3
— Время так или иначе лечит раны, — подмечает Терренс. — Ни мы не будем горевать вечно, ни Питер не останется в глубокой депрессии навечно.
— Вы-то может и справитесь, а вот Питер вряд ли. Он ведь сам неоднократно говорил, что Хелен – главная причина, по которой ему хочется жить. Говорил, что если с ней что-то случится, то жизнь для него будет кончена. Даже грозился вновь попытаться покончить с собой.
— Мы сделаем все, чтобы этого не допустить, — обещает Эдвард. — Не дать ему додуматься до подобного. Хотя нас и правда все больше посещает мысль о том, чтобы сдаться и оставить его в покое раз и навсегда.
— Вряд ли вы сможете что-то сделать, когда у человек пропал смысл жизни, а он понятия не имеет, что ему делать и как жить дальше, — задумчиво отвечает Виктор. — Если такие, как Питер, твердо решили уйти из жизни, то они сделают это. Звучит прискорбно, но это правда.
— Мы знаем, мистер Джонсон, — кивает Даниэль.
— Господи, ну пусть и правда случится какое-то чудо, которое позволило бы нам узнать, что Хелен жива, — тихо взмаливается Анна. — Только она может вернуть нам Питера. Может справиться с демонами у него в голове.
— Такие чудеса возможны только в кино, — тяжело вздыхает Скарлетт.
— Ну знайте, жизнь – штука непредсказуемая, — пожимает плечами Терренс. — Вот не думали мы, что нам за все это время придется столкнуться со всем, что произошло в последние года три-четыре. Но столкнулись же.
— Как будто я думала, что однажды потеряю и дочь, и мужа, и внучку. Была уверена, что встречу старость с родными. Что дочка будет счастлива в браке с порядочным мужчиной и воспитывать Хелен. Что моя внучка вырастет, выучится, выйдет замуж и сама родит малыша. Я всегда мечтала о том, как мы будем собираться все вместе по выходным и праздникам. Но вот я осталась одна. Совсем одна…
— Вы не одни, дорогая миссис Маршалл, — слегка улыбается Виктор. — У вас есть мы все. Если вам что-то будет нужно, то мы с радостью вам поможем.
— И ваша поддержка многое для меня значит. — Скарлетт тихо шмыгает носом. — Правда, я не знаю, что делала бы без вас. Наверное, рехнулась бы от горя так же, как и Питер.
— Хоть немного поможем молодежи. А то у них и самих крыша поедет от переживаний.
— Знайте… — Скарлетт начинает рассматривать свои руки. — В последнее время я начинаю все больше задумываться о том, как мы с Роджером растили дочку и внучку. И понимаю, что… Мы порой и правда были слишком строги с Хелен. Возможно, если бы мы дали ей чуть больше свободы, то можно было избежать многого из того, что произошло. А мы ж с нее глаз не спускали. Везде за ручку как маленькую водили.