Variant
Шрифт:
— Я отлично знаю систему AVL, все ее течения и группировки, а также источники финансирования. Я воспитана и обучена одним из самых древних Создателей и прошла трансформацию, позволяющую мне игнорировать ограничения вампира — солнце, дневной ступор и деревяшки с серебром. И я не прошу твоего доверия авансом! Я просто могу сделать так, что как только ты отдашь мне брата, ты тут же получишь своих женщин.
— Как ты можешь гарантировать, что Северянин больше не попытается вмешаться?
— Да. Ты больше о нем и не вспомнишь — я отдам его GSR.
— Хмм… Отдашь брата на опыты? Это что-то из области
Он кокетливо, по-птичьи склонил голову набок, продолжая сверлить Одри злыми глазами.
— Кто бы ты ни был, полный заряд моей игрушки подействует и на тебя. И тогда ты не получишь ничего, потому что либо нас прикончит твоя охрана, либо нам снова повезет, и мы смоемся. Я пришла не жизнь себе вымаливать! И в моем упорстве ты мог убедиться еще в Лиге, в мою бытность Канцлером.
– Да-да, — отмахнулся Советник, слегка скиснув физиономией. — Не надо истории. Только давай так: без скорчера, без твоего брата, но — в серебре и с моими девочками.
— Я — «в серебре»?? — возмутилась Одри.
Советник кивнул.
— Ты дурак, Спенсер? — тихо спросила она, выставляя регулятор скорчера на максимум и аккуратно сползая со стола в боевую стойку.
— Остынь. Я могу выхлебать тебя за секунду и на расстоянии — не успеешь шевельнуть и пальцем!
Хотеть значит мочь. Глава 18.
Чего не меняет время — меняет смерть.
— Я так и знала, что у тебя не получится, Одри. Принять от женщины помощь корона мешает, да, Макс? — раздавшийся сверху знакомый нежный голос, заставил Советника резко обернуться и вскинуть голову.
На самом верху невесомой ступенчатой конструкции из прозрачного пластика и светлого металла, соединяющей кабинет Советника с личными покоями, облокотившись на перила, стояла Оливия Рейвен Кук собственной персоной.
Советник сделал шаг в сторону лестницы, но передумал.
— Спускайся, Лив.
— Как только Одри заберет брата, — не меняя позы и интонации, откликнулась фея. — Я спущусь к тебе вместе с Кристин.
Спенсер молчал, переводя взгляд с Одри на распростертое тело на полу.
— И в чем подвох, дамы? — наконец, холодно рассмеялся он.
— В выборе, Макс… Как всегда. Это твое слабое место. Все сразу нельзя иметь даже богу.
Олив оторвалась от перил, подняла руки и откинула назад тяжелые золотые пряди — гстой аромат фейри волной опустился вниз. Демиург вздрогнул, поменялся в лице и, в один момент оказавшись у подножия лестницы, бросил Одри через пелчо:
— Катитесь немедленно. Предумаю!
— Я им помогу.
Только что она стояла наверху, и вот — уже у распростертого тела!
В сторону Советника она вытянула руку с открытой, отталкивающей его ладонью, отчего его тело увязло в воздухе, словно муха в густом сиропе. А другой — о боже! — она рвала пространство как бумагу, открывая Портал, и зашвыривая туда недвижимого Северянина! Задвинув за спину оружие, следом, в дыру рыбкой бросилась Одри, после чего Лив сжала кулаки и медленно свела руки накрест, прижав к груди.
Портал исчез, как и вязкие путы Спенсера. В его кабинете снова — тихо, светло, пахнет свежестью
и сладким ароматом фейри.Золотоволосая женщина стояла, обхватив себя руками за плечи, и внимательными темными глазами вглядывалась в идущего к ней…
— Это действительно ты? — Холодные чуть подрагивающие руки дотрагиваются до ее лица, волос.
— Я. И мне хочется задать тот же вопрос тебе.
— Ты очень изменилась.
— Да.
Она следила за ним глазами, не делая ни единого движения. Не отталкивала, не привлекала — просто смотрела и дышала. И этого ему было достаточно. Он стоял очень близко, касаясь лицом ее золотых волос, а пальцами — загорелой кожи плеч. Взгляд его плыл и был почти человечьим,… Но внезапно голубые глаза широко раскрылись — в них плеснулось изумление, разочарование и гнев. Спенсер резко отступил. Пальцы, секунды назад такие нежные, клещами вцепились в ее запястья.
— Этого не может быть, — прошипел он сквозь зубы.
— Может, — уверенно ответил еще один женский голос.
По лестнице к ним медленно спускалась Кристин. Роскошная, высокая, рыжая, белокожая — его Дитя, вытравившее его кровь.
— Ты спрашивал, в чем подвох… Теперь ты понял?
Две женщины перед ним стояли рядом — такие разные и такие похожие. И от них исходила невероятная сила! Женская, природная, чистая сила, которой обладает только живое.
— Не понимаю, как это возможно, — нахмурился Советник.
— Зачем понимать, — Кристин коснулась щеки Создателя теплой ладонью. — Ты хотел нас — ты получил. Что теперь?
— Вы не те, которыми были!
— Ты тоже! Все честно. Просто мы уже не боимся.
— А надо бы, — угрожающе начал Советник, — у меня все еще Тина, Эмбер и Нельсон. Ты ведь по-прежнему защищаешь своих друзей, Лив?
— Конечно. Тебе ли не знать.
— А Кристин? Ты это сделала нарочно — ты так мстишь?
— За что, Макс?
— Только не притворяйся святой — я это ненавижу! Как и то, что ты…
Он резко замолчал, исподлобья разглядывая Олив.
— … беременна? — закончила за него будущая мама.
— Да, — сказал он, словно выплюнул. — Выписывая тебе чек, я и предположить не мог, как далеко может зайти CSR в своих экспериментах.
— Пока ты играл со мной и Арном в царя горы, я решила поступить по-своему. Урвать кусочек человеческого счастья.
— Человеческого??!! — трансформируясь, заревел-захохотал Максимилиан Спенсер.
Кристин как-то странно, неловко отшагнула в сторону, и переглянувшись с замеревшей Олив, резко взмахнула рукой, вспарывая пространство. Прореха Портала полыхнула слепящим светом, и Демиург, державший за горло свою вновь обретенную фею, вдруг понял, что оказался в кольце непонятной ему силы.
Тело Олив — теплое, желанное, из которого он так легко сделал первый глоток, — внезапно отозвалось жаром и полоснуло болью его мертвое сердце.
Обернувшись, он обнаружил у себя за спиной Кристин, чья внешность распадалась, расползалась туманом, из которого высунулись мужские руки в чешуе и с драконьими когтями и вцепились ему в плечи и грудь.
Знакомый ему мертвый мальчик в слепящем луче иной реальности остановил его отчаянную попытку взлететь просто прикоснувшись к его рукам — нет, уже тоже лапам! — сжимающим горло Олив.