Variant
Шрифт:
— Min vampyr fairy… — криво усмехаясь, пробормотал викинг.
— Что? — не поняла доктор Аддлер.
— Непривычно мне в роли пророка, док, вот что.
Пятая Руна. Глава 7.
Мы не рискуем не потому, что всё так трудно.
Всё так трудно, потому что мы не рискуем.
Кристин лежала, обнимая Лив и нежась в ее тепле. Она прислушивалась к дыханию сестры-по-крови, теперь уже размеренному, ровному и поверхностному, как у крепко спящего человека. Вампирша уткнулась девушке
Странно, но с момента появления Лив в ее не-жизни, Кристин никогда не ощущала на ней манящего запаха фейри* — только этот тонкий цветочный, слегка горьковатый аромат. Сначала ей казалось, что так происходит из-за крови Создателя, который поил ею Олив. Но позже Крис убедилась, что это не так. Даже в ночь нападения Быкоголового, когда вся машина пропахла кровью Лив, у вампирши не появилась жажда и даже не выскочили клыки! Позже она размышляла над этим, но объяснения так и не нашла. А задать вопрос Спенсеру не решилась — что-то ее останавливало.
И вот сейчас, лежа с Олив под вязаным теплым покрывалом, и крепко прижимаясь животом и грудью к ее вздрагивающей спине, Кристин представляла их обеих двумя чайными ложечками. Согревая Олив их общей кровью, вампир Кристин Паттерсон чувствовала себя старшей, взрослой и очень сильной. И знала, что так будет, пока она слышит биение сердца Лив, как свое.
Когда она услышала, как заходится воплем ее названная сестра, а эта старая карга просто сидит и смотрит, она вспомнила, что вампир, и что может. Поэтому, вихрем вылетела из воды и утащила Олив на дно бассейна, почему-то уверенная, что так ей не навредит, а лишь погасит этот внезапный срыв.
«Полным дублем ты не никогда станешь, не волнуйся. Но многое, очень многое станет общим. Возможно, однажды это сыграет решающую роль. Древнее могущество Северянина велико, но он — бессмертный, а не всесильный. И может случиться так, что Олив понадобится именно твоя помощь».
— Например, как сегодня, — прошептала Кристин. — Днем от Арна мало прока, и рядом с ним эта сучка Одри. Зато у тебя теперь есть я, а у меня вместо Спенсера есть ты. И мне все равно, какой я вампир — главное, что пропасть я тебе не дам. Все, что захочешь — ты сможешь.
Рыжая закрыла глаза и провалилась в сон, такой же особенный и чуткий, как и все ее теперешнее бытие вампира, освобожденного от связи с Создателем и восполненного клетками удивительного существа, считающего себя человеческой женщиной.
*
Двое суток назад
Кристин попросила об этом сама. Сама.
Сначала ей было просто страшно, и очень, очень горько. Из памяти не уходило искаженное лицо Создателя. Не лицо даже, а полная боевая модификация вампира, когда не просто удлиняются клыки, а меняется весь облик: череп обтягивается кожей, глаза пропадают в тени надбровий, светясь оттуда свинцом и яростью, отчего лицо действительно становится мертвым… Создатель, Отец, Наставник — все исчезли под этой маской после ее простого вопроса об отношении Олив: «Теперь для тебя она тоже — только еда?»
Крис и подумать не могла, что может произойти что-то еще более ужасное. Но дальше были и серебряная клетка, и побои, и ультрафиолет… И все это с его ведома, и под его руководством! Ведь Лиге, в принципе, не было никакого дела до какого-то заурядного вампира, обращенного в наказание. И лишь уязвленное самолюбие Спенсера, отвергнутого Олив, не позволило ей тихо раствориться на просторах
штата.А потом случились бойня в бункере, ладони Олив на ее темени, и жуткое превращение ее Создателя в кровавого зверя. И с тех пор — постоянный зов, как зуммер в не отключенном мобильнике. Зуммер, который мутил ее сознание и будил непомерную жажду крови. Позволив запеленать себя в серебро и целиком доверившись Олив, Кристин, старалась ни о чем не думать и просто поддаться воздействию, которое этот зуммер прерывало, делая ее одновременно и более слабой, и более счастливой. Так, в Шривпорте в самолете она уснула, а проснулась уже в палате Центра.
Вот это тоже вспоминать не хотелось. Никакого серебра и в помине не было, но ощущение было такое, что Крис находится на неизмеримой глубине, в склепе. Хотя комфорт, с каким ее устроили, скорее напоминал номер в шикарном отеле, чем медицинскую палату. Череда подписания бумаг, заполнение тестов, исследовательские процедуры — все это занимало почти весь период бодрствования. Кристин даже не смогла позвонить Олив, хотя девушка оставила ей мобильник. Наконец, белые халаты оставили ее в покое, и бэби-вамп отключилась.
Когда она открыла глаза, в номер вошла приятная молодая женщина, смутно показавшаяся знакомой. Так же, как и остальной персонал, она была одета в светло-голубую хлопчатобумажную униформу и белые теннисные туфли. Но ее фигура, походка, осанка и общий облик говорили, что основная ее жизнь — не здесь.
— Здравствуй, Кристин, — женщина подошла к кровати, но не делала попытки присесть, как предыдущие медики. И после некоторой паузы, словно ожидала какого-то ответа, представилась: — Я — доктор Флемберс. Мелинда Флемберс. Как ты себя чувствуешь?
Крис закатила глаза и слегка подвыла — этот вопрос ей сегодня задавали уже раз тысячу. И, к своему удивлению, увидела на лице симпатичной докторши искреннюю теплую улыбку.
— Ты голодна? — в ее руках появилась набольшая реторта с жидкостью гранатового цвета.
Крис очень хотелось есть, но при мысли о синтетике ее начинало мутить.
Она скривилась.
— Заставлять не буду. Но хотя бы понюхай для начала.
Мелинда поднесла сосуд к ее лицу — вампирша немного брезгливо принюхалась. Выражение ее лица изменилось на изумленно-радостное, после чего она приняла реторту из рук доктора. Сделав большой глоток, Кристин издала нечто среднее между «ооо» и ахх» и одним махом допила остальное.
— Это было что-то!! Но, что это было? Я никогда…
Она замолчала, потому что к ее губам прижался наманикюренный пальчик доктора Флэмберс.
— Это была кровь. Если сейчас тебе лучше, я предлагаю встать и побеседовать с комфортом на свежем воздухе.
Крис напряглась:
— Все переговоры я буду вести в присутствии мисс Кук и мистера Арнбьорна.
— Я не веду переговоры, — снова улыбнулась доктор Мелинда, хотя от Крис не укрылось небольшое изумление, отразившееся в ее взгляде при упоминании имени викинга.
— Предлагаю тебе подняться, облачиться в этот роскошный халат и отправиться в наш сад, где мы с тобой и поговорим. О приятном и полезном.
— Для кого? — уточнила Кристин, просовывая белые руки в рукава шелкового кимоно, удовлетворением отмечая, что снова чувствует себя сильной и уверенной, а от депрессии и назойливого «зуммера» Создателя не осталось и следа.
— Для тебя. Для Олив Кук. Возможно, для Северянина. Тебе мало? Следуй за мной, и можешь называть меня просто Мэл.
Они дошли до двери лифта и вошли в кабину. «Хорошо, что тут нет зеркал», — подумала рыжая, приглаживая свои растрепанные волосы.