Чтение онлайн

— Хочешь просто поболтаем?

— Просто поболтаем? — удивилась я.

— Да. Ты сказала конец игры, я принял.

Я хотела не этого. Я хотела совсем другого, вызывающего мурашки только от одной мысли.

— Ладно, — сказала я и завалилась рядом с ним, подтягивая вниз футболку.

Макс накинул на меня простынь, и тело с благодарностью приняло тепло. Его тепло.

— Как вы познакомились с Кириллом?

— Я прохожу курсы в его институте, — сказал Макс и закинул руку за голову. — Так и познакомились.

— Ты еще учишься?

— Нет, я прохожу курсы, по работе нужны. А так я давно отучился.

— Сколько тебе лет?

—

Двадцать шесть.

— О, — протянула я. — Да ты старик совсем.

Макс повернул ко мне голову и прищурился.

— Да ладно, не расстраивайся. Кирилл самый старший в группе и не парится. У меня вообще на прошлом курсе была женщина сорока с лишним лет. Так вот она часто таскала пирожки и стала самой популярной девочкой на курсе.

Макс засмеялся, и я улыбнулась.

— Я в армию пошел после института, и звание дед ко мне прицепилось еще до того, как я отслужил полгода. Пацаны перед дембелем так и подписали мои фотки «Дед Максим».

— В смысле Максим? — удивилась я. — Ты же Макс.

Он резко повернул голову ко мне.

— Шутишь?

— Нет, издеваюсь, — засмеялась я. — Это как Кирилла в детстве родители называли Кирюша. Так вот он в садике всегда представлялся: Кирюша Николаев.

— А ты? Ты о себе ничего не рассказываешь.

— Мне нечего рассказывать, у меня скучная жизнь. Тень старшего брата и матери-педагога, выросшая в строгих рамках. Учусь в литературном, стану редактором, филологом или, как мама, учителем. Вот и вся моя жизнь.

— Почему тень? — Макс повернулся ко мне.

— У тебя есть старшие братья или сестры? — спросила я, и он покачал головой. — Значит, не поймешь. Это когда старший занимает первое место в олимпиаде, и от тебя требуют того же. Когда он лучший игрок в футбол, и, если ты занимаешь второе место в своем спорте, это воспринимается как проказа. Несмотря на свой характер, Кирилл всегда был хорошим сыном, родительской гордостью. А я была склонна к бунту. Даже сейчас он работает, тянет нас, а я думаю только о том, как бы позлить его.

— Еще все впереди. Отучишься, найдешь хорошую работу и утрешь нос брату.

— А он найдет еще лучше, — фыркнула я. — Женится, нарожает кучу внуков родителям, и все равно победит в нашем дурацком соревновании. Он, хоть и дурак, вон какой серьезный, а я…

— Но разве в этом смысл жизни? В том, чтобы быть лучше кого-то? Нужно быть лучше, чем ты был вчера — это успех. А если постоянно оглядываться на других, можно так и не успеть побыть счастливым.

— Ты не понимаешь, Макс. Я не умею по-другому. С самого детства у нас была установка: кто быстрее и лучше, тот молодец. И место на пьедестале всего одно.

Я вздохнула и посмотрела на него.

— Я не знаю, почему тебе все это говорю. Надеюсь, ты Кириллу не расскажешь. Но все же мне стоит заткнуться.

— Боишься раскрывать душу?

— Кому нужна чужая душа? — хмыкнула я. — Со своей бы разобраться.

Макс молчал и пытался рассмотреть что-то на моем лице. Его голова упиралась в руку, вторая лежала между нами. И я не понимала, где он берет силы, чтобы сдерживаться. Либо это и правда была всего лишь игра, и отдав ему победу, перестала быть интересной, либо он все ждет, когда я попрошу. Но его взгляд выдержать было невозможно, и я закрыла глаза. И почти мгновенно уснула до самого утра.

Глава № 7 Кирилл

Я проснулся под шум дождя за окном. Ветер швырял крупные капли в стекло,

крича, что вот и пришла холодная, сырая осень. Вылезать из-под теплого одеяла совсем не хотелось, а после сна, где я был с Евой, ломило тело. Я так долго боролся с обидой к ней, так долго забывал ее жаркие, страстные поцелуи, и вот снова, после касания ее руки все вспомнил.

До начала отношений я знал Еву два года как подругу сестры. Они редко тусили у нас, и мне удалось полноценно разглядеть и узнать Еву только на дне рождения Аньки. Я думал, что такая красивая девчонка наверняка только о нарядах и парнях думает, ожидал, что будет глупо хихикать над шутками, но я ошибся. Ева оказалась умной, рассудительной, серьезной. И в тот вечер я запал на нее. Когда расходились гости, вызвался проводить до такси, предложил посидеть на лавочке.

Мы болтали несколько часов, и я поцеловал Еву. Она не оттолкнула, и ответила так, что в тот день я не отпустил ее домой. Все закрутилось, завертелось с огромной скоростью, и уже после первой недели отношений я не представлял жизни без этой красивой, открытой девчонки.

А потом между нами ворвался холод. Ева стала редко оставаться ночевать, постоянно грустила и я понял, что это конец. Долго отталкивал от себя эту мысль, но вскоре решился поговорить. И услышал то, что ожидал, но не хотел услышать. Ева попросила передышку, я не стал уговаривать и просто ушел. Несколько недель она не появлялась у нас, и я, хоть и умирал от тоски, сдался. Дико злился на нее и на себя, цеплял девчонок, пытался отвлечься, но не помогало. Все в них было не то — и как одевались, и как разговаривали, и как пылко дышали в губы.

И вот, когда я только отпустил ситуацию, когда понял, что расставание мне не приснилось, а было реальным, Ева снова появилась и будоражит мои нервы. Ничего не забылось и не отпустило. Как трепетало внутри на нее, так и продолжает трепетать.

Прекращая поток дурацких мыслей, я натянул шорты, вышел на кухню и замер перед матрасом. А это уже интересно. Анька спала под простыней, свернувшись клубочком и упираясь лбом в плечо Макса. Он же, бедолага, лежал без подушки, простыни и на самом краю, закинув руку за голову. Я аккуратно пнул его по ноге, и он тут же открыл глаза, будто не спал. В моих глазах вопрос, который не нужно было задавать вслух, чтобы Макс понял. Он покачал головой и посмотрел на спящую Аньку.

Я достал банку с кофе, и от шороха сестра проснулась. Она сначала пару секунд смотрела на руку Макса, видимо, соображая, где она. Потом подняла голову, еще пару секунд изучала его улыбающийся взгляд.

— Ты что здесь делаешь? Дома своего нет? — сказала сестра и откинула простынь.

— Выпил. Машина у вас, — улыбнулся Макс. — Я тебе вчера говорил.

— Не помню такого, — буркнула Анька и поднялась, сразу поправляя футболку. Через мгновение ее уже не было на кухне.

— Что здесь было? — спросил я, насыпая кофе в три кружки.

— Она упала на меня ночью. Потом мы болтали. Вот и вся история, — сказал Макс и встал с матраса.

— Просто болтали? — уточнил я.

— Да. Она вчера сказала, что игра закончена. А я без желания с девчонками не сплю, — ответил он и умылся в раковине.

Я выглянул в коридор, услышал шум душа и подошел к Максу.

— Слушай, Макс. Надо ее защитить от Марка.

— И?

— Ты можешь с ней… замутить?

Я сам не верил своим словам, но другого выхода не видел.

— Что это значит? — нахмурился Макс.