Чтение онлайн

Я сделал паузу и добавил жёстко:

— Никаких героических вылазок. Никаких «я только посмотрю». Если понадобится заход внутрь — отдельное решение. С полной изоляцией и отдельным контуром.

Баха уже выводил список мер:

— Предлагаю перед началом акции сделать полную изоляцию криоотсеков. Полную. Отдельные контуры питания. Запрет кораблю на перераспределение массы. Отключение автоматических связей между секциями.

На схеме загорелись красные маркеры блокировок.

— Скафандры… — Он задумался — Предлагаю отправить смешанную группу из носителей симбиотов и десантников в земных штурмовых комплексах. И никакого забора среды!

—

Согласен. И никаких прямых интерфейсов, — добавил я. — Ни кабелей, ни портов. Всё через зонд. Но это на крайний случай, до досмотровой группы может и не дойти. Люди пойдут на обшивку, только если всё будет нормально.

Кира кивнула.

— То есть, по сути, классическая зачистка неизвестного объекта. Только без самой зачистки.

— Именно, — сказал я. — Разведка без контакта с противником.

Я обвёл взглядом рубку.

— Состав досмотровой группы: Старшая Кира, ну и… первое отделение десанта. Остальные — на местах. Охотники держат внешний периметр. Если что-то дёрнется — вытаскивают вас без обсуждений.

— Как всегда, если находим что-то странное и опасное, надо потыкать в это палкой — Рассмеялась Кира — и я у тебя за эту самую палку.

— Судьба у тебя такая — Пожал я плечами — Только я могу управлять кораблем, Баха нужен для управления зондом, остаешься только ты.

Зонд прошёл вдоль борта древнего корабля, передавая изображение. Обшивка была старая, многослойная, собранная из разнородных панелей. Следы износа — да. Разрушения — нет. Это сразу бросалось в глаза.

— Странно… — пробормотал Баха. — Для такого возраста корпус слишком… ухоженный.

Он увеличил масштаб. По поверхности медленно двигались мелкие объекты. В этой массе постоянно движущегося металла и композита, такое можно было встретить повсеместно, крупные объекты притягивали к себе мелкие, где-то ещё действовали остаточные поля, но тут…

— Ого! — продолжил он уже увереннее. — Ремонтные единицы. Автономные роботы обслуживания.

На моем визоре стало видно отчётливее: небольшие механизмы, прижатые к корпусу. Один фиксировал микротрещину, другой аккуратно снимал старый слой покрытия, третий наплавлял новый. Всё — медленно, методично, без спешки.

— Вот тебе и «аномалия», — хмыкнула Кира. — Дедушку просто не бросили.

— И не списали, — добавил я. — Его обслуживают.

— Причём давно, — уточнил Баха. — Эти роботы не импровизируют. У них жёсткие циклы. Значит, программа заложена изначально. Корабль старый, но проектировали его с расчётом на долгую автономную службу.

Я перевёл взгляд на общую схему.

— Архитектура не солмовская, — сказал я. — Ни форма секций, ни логика силовых связей. Даже стандарты обслуживания другие.

Баха подтвердил почти сразу:

— Да. У СОЛМО обслуживание либо централизованное, либо адаптивное. А здесь — классическая механика. Роботы, маршруты, регламент. Очень… человеческий подход. Или близкий к нему.

Кира прищурилась:

— То есть это просто очень старый корабль, который хрен знает, как попал к СОЛМО, и в итоге оказался на свалке…

— Именно, — кивнул я. — И предупреждающая метка про биологическую опасность, скорее всего, относится не к корпусу, а к содержимому. Кстати нанесена она явно не создателями корабля. Эти ремонтники видимо периодически её уничтожают, и кто-то наносит её по новой. Видите? Вот здесь они как раз наплавляют новый материал поверх отметки. Я

не могу понять, зачем его метят снова и снова, если его уже выкинули? Хотя… Зная, как тут всё работает, я не удивлюсь, если на этой свалке где-то и дрон рядом крутится, для которого наносить эти отметки является смыслом жизни, и выкинули его вместе с кораблем.

Я выделил отдельные зоны на схеме, показывая друзьям места где ремонтники уже уничтожили часть метки.

Наступила короткая тишина.

— Странно это, — сказал Баха. — Его не трогают и не вскрывают, но он до сих пор функционирует, пусть и частично и сам себя поддерживает в рабочем состоянии. Причем роботы СОЛМО никак этому не препятствуют, за исключением того, что обновляют метку. Да ещё и поставили его возле сервисной зоны, где криохранилище…

Я кивнул.

— На нем метка биологической опасности. И видимо именно поэтому он связан с зоной криохранилищ. Не напрямую, а концептуально. Все биоотходы свалили в одну кучу.

Зонд тем временем продолжал облет. Никакой реакции со стороны корабля — ни попыток связи, ни активации защит. Ремонтные роботы даже не изменили маршрутов. Для них зонд был просто ещё одним обломком.

— Объект пассивен, — доложил Баха. — Угроз не фиксирую. Но внутрь… — он замялся. — Внутрь я бы всё равно не полез.

— Тебя никто и не заставляет, — сказал я. — Пока.

Я посмотрел на метку опасности ещё раз. Она больше не казалась загадочной. Кто-то когда-то понял, что внутри находится нечто, с чем лучше не контактировать. И вместо уничтожения выбрал изоляцию и обслуживание. Сохранил на всякий случай, как бросаешь на балкон или в гараж старую вещь, которую жалко выкинуть. Потом этот склад старья разбираешь спустя годы, и всё равно выбрасываешь. Похоже тут тот же случай.

— Зонд уводим, — приказал я. — Данных достаточно.

Когда зонд начал отход, корпус старого корабля остался таким же неподвижным и безразличным, как и прежде. Медленные точки ремонтных роботов продолжали своё бесконечное дежурство.

Зонд ушёл, растворившись в массе обломков, но изображение старого корабля осталось на моем визоре. Он по-прежнему висел в коридоре — тихий, ухоженный, чужой.

— Значит так, — я колебался не долго и принял решение. — Никто никуда не уходит. Надо глянуть, что там внутри.

Кира даже не удивилась. Только чуть заметно усмехнулась.

— Я так и знала.

Баха поднял взгляд от консоли:

— Командир, но это уже не разведка. Это полноценное проникновение.

— Понимаю, — кивнул я. — Именно поэтому делаем всё по-взрослому.

Я вывел на галограф схему корабля, собранную по данным зонда. Контуры были приблизительные, но достаточно точные для первого этапа.

— Вариант один: ищем штатный шлюз. Маловероятно, что он активен, но это самый чистый вход. Вариант два: технологический люк обслуживания. Его будут регулярно использовать роботы. Вариант три: вскрытие обшивки.

Я выделил второй пункт.

— Вот этот, по-моему, самый рабочий вариант.

Баха сразу кивнул:

— Логично. Минимальное вмешательство. И если роботы обслуживают корпус, значит люк живой.

— Тогда состав группы? Оставляем тот же? — спросила Кира.

— Нет. Если он не оказывает противодействия и не пытается никого убить… Я тоже пойду — ответил я. — Состав группы: мы с тобой, и два бойца прикрытия на корпусе. Остальные — резерв.

Кира прищурилась:

— А если бы пытался, то ты бы остался тут сидеть, а меня не жалко?