Чтение онлайн

– Нет. К моему сожалению. Фургон марки "форд", о котором поведал пленный, сегодня нашли на стадионе. Пустой. Где жил его водитель, пленный не знает. Или, по крайней мере, будет молчать об этом до смерти. Омерта. Иначе свои же и убьют.

– А сделка с правосудием?

– Здесь это не практикуется, даже в Американских Соединенных Штатах.

– Что будет с Тачи?

– Подлечат и продадут в Конфедерацию. Строить плотины в дельте.

– Надолго?

– Навсегда. Точнее пожизненно. Это единственный вид законного рабства севернее Залива. Уверяю, это намного

хуже сталинского ГУЛАГа.

– В таком случае я удовлетворен. Не то, что с Флорианом, когда Патруль практически спустил всё на тормозах. Когда никого не наказали, хотя знали кто они и где они.

– Увы.

Чувствовалось, что она еще что-то хочет спросить, но не спросила.

– Приятно было с вами познакомиться, Георгий. Вы интересный человек, но совершенно не приспособленный к жизни в ЭТОМ мире. Спускайтесь поскорее с небес на грешную землю.

– Я могу идти?

– Одну секунду. Вот по этому документу, - она протянула мне бланк, - Вам в Банке Ордена выдадут одну тысячу экю премии за ликвидацию одного бандита на месте преступления. За пленного, увы, не полагается ничего. В розыске Тачи не значится, премии за него не объявлялось.

– А второй труп?

– Его ликвидировал служащий Патруля сержант Доннерман. Это его работа. Так что, никаких премий.

Всё правильно, мы так с Борисом и договорились, чтобы не подставлять Ингеборге, под штраф на незаконное ношение пистолета. А штраф большой - 500 экю. Только теперь я понял, что штраф заплатить она была бы в состоянии из той же премии, и ещё бы половина осталась. Но вот деринжер бы, наверняка, конфисковали. И от этого она бы расстроилась. А я ей обязан жизнью. И деринжеру, кстати, тоже.

– Да, ещё одна дело, - продолжала Бригитта, - Обязательно зайдите в кабинет номер два, там вам выдадут ваши трофеи. Всего вам доброго, Георгий, и удачи.

Бригитта, не вставая, по-мужски подала мне руку для пожатия.

– Победы, только победы, - сказал я, пожимая её сильную сухую ладонь.

Уже в дверях я услышал спиной тихий вопрос.

– Где вы познакомились со стаф-сержант-майором Доннерманом?

Я обернулся. На меня вместо глаз смотрела просто двустволка десятого калибра.

– Случайно, в общем, - этот вопрос, признаюсь, ввел меня в недоумение, - Спросил у патрульных на стрельбище: кто из инструкторов владеет русским языком? Они мне порекомендовали Доннермана.

– А того, кто его рекомендовал, не помните?

– Нет. К сожалению.

В кабинете N 2, оказавшимся, не то складом, не то оружейкой, среднего возраста служащий патруля с нашивками второго лейтенанта, подволакивая ногу, притащил довольно большую, но плоскую коробку из гофрированного картона и поставил её на длинный стол, ограничивающий проход вглубь помещения. Таким образом, мы оказались по разные стороны стола с коробкой между нами.

Лейтенант вынул из

коробки опись и выдал мне её на руки. После чего стал выкладывать предметы на стол, комментируя каждый.

– Пистолет "глок - семнадцать" с зеленой пластиковой рамкой. Одна штука. Пистолет "глок - семнадцать" с обычной пластиковой рамкой. Одна штука. Магазины для пистолета "глок" - четыре штуки. Патроны девять на девятнадцать - шестьдесят восемь. Вы отмечаете?

– Нет, - растерялся я.

– А зря, - сказал он наставительным тоном, - Я же вам все это сдаю под отчет. И вы должны будете расписаться, что всё приняли у меня в целости и сохранности, согласно описи.

– Хорошо, я буду отмечать, - сказал я, вынимая из барсетки гелевую ручку.

– Вам повторить?

– Нет, я всё прекрасно помню. Уже отметил. Диктуйте дальше.

– Наручники из нержавеющей стали с ключами - одна штука, - забубнил лейтенант, попутно выкладывая поименованные девайсы на стол, - Кобура на щиколотку нейлоновая - одна штука. Пистолет системы Шмайсера, модель два, никелированный - одна штука. Магазин к нему - одна штука. Патроны шесть тридцать пять Браунинг - шесть штук. Кастет латунный - одна штука. Золотая цепь - одна штука. Золотой перстень - печатка - один. Зажим для денег золотой - один. Бумажник кожаный - две штуки. Деньги - четыреста тридцать два экю. Документы из бумажников пошли как вещественные доказательства в дело. Все?

Я пробежал глазами по галочкам в описи.

– Кистень ещё отмечен.

– Кистень конфискован патрулём. Но можем дать компенсацию патронами, если хотите?

– Давайте. Пачку патронов браунинговских шесть тридцать пять.

– У нас таких нет.

– А других и у меня полно, - ответил я, чуя шару, что неслабо грело.

– Лейтенант задумчиво стал чесать затылок, при этом недоумённо глядя в пустую коробку. Потом его осенило.

– Давайте я дам вам записку в магазин "Gun Store". Вильям Ирвайн отдаст нужные вам патроны, а мы потом с ним сами рассчитаемся. Вас так устроит?

– Вполне.

– Тогда подписывайте опись. "Получено мною полностью, согласно данной описи". Число и подпись.

Груженый новой оружейной сумкой, которую мне подарили в офисе Патруля, но не преминули опломбировать, пошел к Овальной площади с твердым намерением напиться кофе. Но там меня ждал полный облом - все места в кафешках, даже те, что на улице попали на солнцепёк, были плотно оккупированы. В основном орденскими военными. Так, что, почесав птицу обломинго, вызвал к себе по телефону Фреда. А чтобы не стоять на пекле, зашел в книжный магазин.

Ничего особо покупать в нем не собирался, так время переждать под кондиционером. Но, надо было делать вид, что я хотя бы в потенциале покупатель, иначе продавцы ведут себя неадекватно. А я, знаете ли, не люблю, когда меня презирают ни за что.