Чтение онлайн

– Будут тебе патроны, вымогатель. В обед.

– Что, в подарок?
– удивился я. Я-то думал получить их по орденской записке.

– В подарок, - выдавил из себя Билл слова, как пасту из тюбика.

Ой-ёй, по всему, видать, его протестантская жаба покруче моей православной будет. Однако комплекс вины у него посильней оказался.

– Билл, ты настоящий друг, - улыбнулся я, - Пошли стрелять, раз уж мы на стрельбище.

Я стрелял в этот раз из испанского "кольта". Получил массу удовольствия. Единственное сожаление мое было в том, что магазин у него малой емкости. Всего семь зарядов. Стрелял также из трофейного "глока".

Тоже неплохо, с "наганом" вообще не сравнить. Но такого комфорта, как "кольт", хоть тот и более тяжелый, "глок" стрелку, по моему мнению, не дает. Поэтому снова переключился на "кольт".

Стрелял классически, с одной руки на 25 метров, попадая в мишень, не хуже, чем когда-то из "макарки".

И с двух рук - это Билл уже научил такой американской прихватке. И тоже попадал.

Потом, пока Билл бегал в гальюн, стрелял, выхватывая пистолет из-за спины, из пояса, при этом мазал безбожно, пока не появился Билл и не отругал меня, как школьника.

– Ты думаешь, что если в кино видел, как это делается, так у тебя тоже так же сразу всё получиться? Я вот в кино видел, как один нигер, подняв ногу, ударил пяткой человека по затылку, так что у меня тоже так должно получиться? Во всем свои мелкие хитрости, Ноу-хау, если хочешь.

Затем он в течении получаса ставил мне правильный хват рукоятки пистолета и правильный вынос руки с "кольтом" из-за спины.

Стал попадать навскидку, правда, пока только по ростовому силуэту. С десяти метров. Да, это не "ругер-мини", который у меня в руках, как родился, и с которым у меня вообще не было никаких проблем.

– Когда бьешь навскидку с такого расстояния, - поучал меня Билл, - То прицельные тебе вообще не нужны, даже лишние. Твой инструмент глаз и рука. Она показывает куда стрелять. Тыкай, как пальцем.

Потом поставили ростовую мишень на пять метров, и Билл, наконец-то, стал учить меня стрелять в падении.

– В принципе ничего особо сложного, - наставлял меня бывший морпеховский сержант, - Главное уметь правильно падать. И правильно держать пистолет. Ну и повторить всё это раз этак несколько сот, для закрепления. Вчера ты у меня на мат падал, а теперь на голую землю давай. Только вот - подал он мне приспособу, - Налокотник на руку одень. А то руку выбьешь - нехорошо будет.

Я ещё попадал, стреляя, отбил весь бок, и заполошно запросил отдыха. Трудно это. Выматывает. Да и больно.

Сели тут же на землю, на рубеже.

Закурили.

Тут Билл и спрашивает.

– Жора, а что ты можешь рассказать мне про Катю?

За обедом Саркис дал нам добро на переезд в "Арарат", что вызвало просто бурю эмоций среди бабского личного состава. Зато весь плановый график занятий полетел псу под хвост. Пришлось везти всех в гостиницу к Ною - собирать манатки. Рулить этим процессом поставил, естественно, Ингеборге, а Доннермана, за те же деньги, попрядил обеспечить охрану этого действа. Потому, как знаю, что у баб во время процесса сбора вещей голову отрывает напрочь. И по сторонам они не смотрят.

Сам же взял Катю (для охмурения Олега) и поехал на Фреде инспектировать автобус, а то, что-то переделка его затягивается. И вообще я соскучился по своему "путанабусу".

По дороге, в машине, Катя меня натурально огорошила. Взяв в свои руки мою длань, и прижав к своей щеке, она посмотрела на меня умоляющим взглядом Кота в сапогах из "Шрека", но сказала вполне утвердительно.

– Жорик, я, наверное, здесь, в Порто-Франко, жить останусь.

Я, откровенно говоря, офигел. Думал, что Катя сейчас заведет тягомутную бодягу о пересмотре гаремного графика или о чём-то таком ещё. Но вот поверить в то, что мягкая беззащитная Катя отважится на такой поступок: спрыгнуть в никуда с нашего, ощетинившегося стволами, автобуса. Это в голове не укладывалось.

На автомате начал уговаривать.

– Милая, ты же знаешь, как этот город опасен. Сама же чуть не вляпалась в плохую историю в квартале "красных фонарей".

Но тут же вспомнил, что Катя, совсем сопливая ещё вчерашняя школьница, выжила-таки в Москве на Киевском рынке, с его не совсем гуманными нравами. Правда, в диаспоре. Но всё же, всё же...

И тут оказалось, что у Кати все ходы расписаны заранее.

– А я туда, Жора, ходить не буду, клянусь, - тут Катя отпустив мою ладонь, торопливо перекрестилась, - И жить буду на другом конце города. Устроюсь работать к Саркису. Пусть попробуют меня тронуть у такого авторитетного работодателя, - вариант того, что Саркис мог её на работу и не взять она, похоже, даже не рассматривала.

Но как, однако, броуновское движение любовных феромонов резко меняется на встречное. Быстро тут на Новой Земле всё происходит. Бац! И двое влюблённых. Воздух свободы, не иначе. С Биллом всё ясно. Катя для него - неземная красавица, какую можно встретить только раз в жизни, и всю оставшуюся локти кусать, если упустишь. А то и не встретить, а только в "Плейбое" полюбоваться, на развороте, как девушкой года. А вот Катя, влюбившаяся в жест, в противоречие его образа в двух ипостасях: тучного увальня за кассой и одновременно ловкого ганфайтера, под вопросом. Надолго ли этого толчка хватит для семейной жизни? Впрочем, зависеть это уже будет от Билла. А Катя...

Что Катя?

Девочка она уже взрослая, половозрелая, с гражданской дееспособностью, сама выбирает свою жизнь, но жалеть прогнозами я её не стану.

– Думаешь осадой взять крепость под именем Билл?
– сделал я вид, что сам догадался.

– Надеюсь, - не стала она врать и запираться.

И тут же встрепенулась, заговорила порывисто.

– Ты меня отпустишь? Дюлекан же отпустил!

– Я вам не сутенёр, чтобы кого-то не отпускать, если у вас есть желание уйти, - как же меня раздражает, это постоянное их сравнение меня с сутенерами, - Сама понимаешь, что "гарем" - это, всего, лишь далеко зашедшая ролевая игра. Просто, перед тем, как расстаться, я желаю убедиться в вашей безопасности. Как минимум.

– Ты никого из нас не любишь?
– удивилась Катя.

– Я люблю всех вас одинаково крепко. В гареме по-другому нельзя.

– Так ты меня отпускаешь?

– Опять за рыбу гроши... Я же сказал: никого насильно не держу, - блин, этот мексиканский сериал стал уже доставать.

– Спасибо, тебе, милый, - сказала Катя и неожиданно поцеловала мою руку, - Ты делаешь меня счастливой.

– Счастливой быть девочкой из таверны?
– протянул я вопросительно, -"Любви мой ты боялся зря, не так я сильно люблю. Мне было достаточно видеть тебя, встречать улыбку твою". Тебе будет этого мало.