Незваные...
Шрифт:
– Это.. вай… оч-чень дорогие монеты, братан, – он поцокал языком, аккуратно завернул в платок отобранные экземпляры и вручил Полехе. – Спрячь, Сергей, мы с тобой потом решим, кто их купит. Никому не показывай… Тут златник князя Владимира Святославича, их всего несколько по музеям. Это первая русская золотая монета, ей цены нет… И вторая – серебряный рубль 1914-го, очень редкий, слушай, я в каталогах их только видел… Надо цену уточнять, брат, не скажу сейчас.
– Да ладно, мне и не к спеху. Созвонимся. А остальное?
– Всё заберу, но мне подумать надо. Не хочу тебя с ценой обманывать, мне дружба дороже. Тут двенадцать золотых петровских и николаевских, четыре серебряных…
– Оставь себе, доверяю. Потом цену назовешь…
Гарик как-то жалобно посмотрел на Полеху, в глазах читалось что-то вроде: «Не губи, подставляешь, да?».
– Друг, мы с тобой на доверии отношения начали
…Получив от Жоры причитающуюся сумму, Полеха выскочил из кафе, отказавшись от предложения радушных армян «подбросить», скрылся за ширмой каких-то торговых рядов, огляделся и исчез. Понимая, что рискует быть замеченным случайным человеком, Серж тем не менее проигнорировал острый момент, поскольку нетерпение реализовать свой план и добраться до Мариши кончилось ещё в машине ювелира-нумизмата.
Привычный бункер… Он уже воспринимался законной собственностью. Как провозгласил ещё товарищ Горбачёв, «что не запрещено законом, то разрешено», или как-то так. Где прописано, что гражданин Полеха С.В. не имеет права занять и считать собственностью нежилое помещение под домом N7 в таком-то городе, на такой-то улице? Где табличка, что сие сооружение – культурный или исторический памятник и охраняется государством? Не было и указаний на то, что это стратегический объект.
Электрическая проводка вроде как и обозначалась торчащими из штукатурки концами проводов в местах предполагаемых розеток и выключателей, но найти электроввод, рубильник или шкаф не удалось. Уж очень хотелось подзарядить аккумуляторы любимого фонарика. Из педантичности больше.
Полеха включил стереовизор на район Тулы, где располагался магазин «Спорт-туризм», определил цель и осуществил переход.
…Вынырнув из примерочной кабинки отдела спортивной одежды и подозвав к себе продавца-консультанта, он скрупулёзно, следуя тщательно продуманному списку, сделал необходимые покупки. На это ушло минут сорок.
Затем с двумя внушительных размеров рюкзаками он «провалился» в бункер прямо из вестибюля магазина, когда охранник, проводив Полеху взглядом, отвлёкся на что-то и повернулся к нему спиной. Парадные двери с зеркальными стёклами скрыли от посторонних случайных взоров со стороны улицы странное явление.
Рюкзаки были спешно сброшены, а через ещё четверть часа к ним добавилась сумка с продуктами.
Тёплое белье, зимний комбинезон «Тайфун» с бушлатом и ботинки фирмы «Merrell» пришлись впору – примерять в магазине было некогда.
Обложив свои ноги собранным скарбом, Сергей мысленно помолился, включил криптлокатор, крутнул отражателем, как учил Нодар, и на образовавшейся платформе необходимого диаметра перенёсся вместе с вещами в каменную воронку.
…Пар, который образовался, когда жук растопил практически весь иней, а под раскалённым валуном шипела промёрзшая порода, исчез. Полеха опасался, что попадёт в ту же временную точку, что и в первый раз. Однако и сейчас не испытывал той радости, которую предвкушал, надеясь увидеть, как Марина кладёт свои ладони на покрытый ледяными иголками камень. Похоже было на то, что время здесь соответствовало внутреннему хронометру Сержа. Но и этот вариант он не исключал. Так что пока всё соответствовало плану. Алгоритм дальнейших действий от этого не нарушался. Не отключённая платформа держала тепло. То, что холод не проникал в неё, для Полехи было новостью. Он так и стоял, сомкнув ладони, между которыми находился отражатель раскрывшегося криптлокатора. В манипулировании клопом уже появлялись элементы автоматизма, и механическое управление постепенно заменялось эмоционально-интуитивным. Симбиоз человека и клопа, видимо, продолжал своё развитие. Поначалу никак не воспринятые отдельные слова, обрывки вроде бы случайно брошенных Нодаром фраз, даже некоторые его невысказанные мысли, лишь отразившиеся в мимике и нечленораздельных междометиях начинали обретать смысл. Не нужна никакая инструкция. Она действительно заключалась в самом факте «срастания». Сейчас Серж поймал себя на том, что совершенно бессознательно покинул платформу, не отключив её при этом заученным движением, – больше не надо было нажимать никаких кнопок, крутить перстень, вращать отражатель, менять положение ладони… Симбиоз входил в ту стадию, когда устройство, или живое существо – кем бы или чем бы ни являлся криптлокатор, – действовало согласованно со своим хозяином-владельцем. Освещая холодным светом (чтобы не наделать пара) дно воронки, Сергей внимательно осмотрел его. На общем девственном фоне трёхметрового пятачка, уже покрывающегося заново быстро кристаллизующимся инеем, выделялся свежий скол выступа в стене у самого пола. В небольшом углублении размером с ладонь оставались крошки льда от замёрзшей воды, стёкшей сюда по ложбинке в стене. Сам того не предполагая, Сергей напоил свою девушку водой (пусть это и был лёд), растопив весь иней воронки. Он даже мысленно увидел, как бедная девочка трясущимися от холода руками скалывает лёд…– Марина!!! – раздался рёв на всю необъятную подземную пропасть. Раскатистое эхо множилось, мечась по концентрическим террасам и ступеням, и уносило на самый верх имя заблудившейся здесь амазонки.
…Преодолев половину расстояния до противоположной полуокружности стены, Марина уже поняла бессмысленность своей затеи. Огонёк, выставленный вперёд в качестве маячка, не мог выполнять этой функции с математической точностью. Человеческий глаз не способен провести идеальную линию в полной темноте, да ещё не имея никаких ориентиров. Девушка усердно отодвигала всё дальше и дальше свою свечку по мере приближения к ней и догадывалась, что путь её далек от идеальной прямой. В конечном итоге она могла и петлять, и просто ходить по кругу. Зажечь же ярче свет, увеличив голограмму до необходимых размеров, чтобы увидеть стены, значит подвергнуть себя риску остаться с полностью разряженным криптлокатором.
Когда отчаяние вновь вызвало мелкую дрожь во всем теле, раздалось многоголосое «МАРИНА». Находись она в этот момент на жёрдочке, как канатоходец под куполом цирка, рухнула бы вниз. Вместо этого сработал симбиотический рефлекс, к тому времени уже вступивший в свои права… Сжавшаяся в мгновение ока до размеров ступней длиннющая – в полтора километра – платформа стремительно понеслась вниз к источнику ярчайшего света, озарившего всю титаническую полость и одновременно заряжающего севшие источники питания криптлокатора Марины. Зрелище, которое предстало перед её глазами, поражало воображение. Отнюдь не ровный, а причудливо вычурный, искривляющийся и виляющий конус словно ожившей воронки всё плотнее обнимал падающую капсулу. Мимо проносились концентрические прерывистые кольца выступов, постепенно сужаясь и увеличиваясь в размерах. Их спиралевидное расположение создавало эффект ускоряющегося вращения. У Марины закружилась голова, но она уже не желала останавливаться, полагаясь на «благоразумие» клопа и полностью отдаваясь его власти.
…Серж, выставив правую руку вверх, освещал почти солнечным светом миллионы лет не знавшую ни одного фотона бездну. Каждая молекула и каждый атом на поверхности её стен отреагировали на невиданное явление в своей нескончаемой жизни. Возможно, вспомнили взрыв Вселенной, чрево звёзд и рождение Земли. А может, встрепенулись, очнувшись от мёртвого однообразия, изменив параметры вращения своих электронов, увековечив случившееся событие. Как бы там ни было, что-то всё равно произошло. Не могло не произойти, когда в одну точку сошлись мгновение и вечность, жизнь и смерть, свет и тьма, прошлое и будущее…
Свет внезапно померк. На самом дне мужчина заключил в объятия дрожащую от холода и плачущую от счастья женщину. Образовавшаяся вокруг них невидимая доселе капсула заискрилась крохотными звёздочками. То близкими, то далёкими. Серж укутал Марину в свой бушлат, согревая её голое тело. Он осыпал поцелуями девушку, перепуганную, отчаявшуюся, но не потерявшую надежду и веру в Любовь. Именно Любовь спасла их обоих, сохранила надежду и дала силы.
Никто из них не знал, сколько прошло времени, в какой момент вдруг стало тепло и комфортно, когда появились посторонние звуки, не осознаваемые пока, но очень знакомые. Но Серж уже сидел, привалившись спиной к старичку-лесовичку – старому пню на любимой лужайке Марины, и держал на коленях обнимающую его девушку. Глаза обоих были закрыты. Они спали. Вокруг была трава и пели сверчки…
21.– Как мы попали сюда, котёнок? – жмурясь на солнце, спросила улыбающаяся Марина.
– А фиг его знает. Клопы…
– Думаешь, сговорились?
– Без нас? Возможно. Они тоже пережили немало. Но если серьёзно, – Серж сладко потянулся после крепкого сна, хрустнув суставами, – то так и должно было случиться. Не научишься ходить, пока шишек не набьёшь.
– А мне снился мой лужок. Я так хотела сюда.
– И я.
Марина уже ворошила рюкзак в поисках чего-нибудь съестного. Подключился Сергей, зная, где что лежит. Импровизированный стол из разложенного бушлата был хаотично завален продуктами. Ели оба, поглядывая друг на друга сверкающими от счастья глазами.