Незваные...
Шрифт:
– Вы сегодня дома были днём?
– Нет, днём не были, к вечеру только приехали.
– У вас там ничего странного не было?
– Нет, а может, вы мне сначала расскажете, о чём вообще речь?
Мужик, представившийся Степаном, в деталях рассказал, что проживает с престарелой полупарализованной мамашей, дочкой и женой в квартире под номером 23, то есть, оказывается, сосед по площадке. Весь день дома никого у них не было, кроме матери – все на работе, а дочь уходила к подруге. Первой вернулась дочь, найдя бабушку в полуобморочном состоянии, еле отпоила валерьянкой. Та рассказала, будто видела ворвавшуюся в комнату, прямо из стены, разделяющей две квартиры, тётку, в руках которой было ведро, деревянный сарай и прочую ерунду. Ну, решили, спятила. Хотя бабуля отличается трезвым умом
– Ни фига себе! – искренне отреагировал на рассказ новый сосед из 24-й. – Я б такое не просмотрел!
– Мы, сосед, услышали, как хлопнула ваша балконная дверь, когда всё прекратилось. У нас-то балкона нет, дом старый, архитектура дурацкая. А окна с зимы заклеены, уж не стали открывать. Долго прислушивались, приглядывались к стене, думали, может, что и у вас случилось. Потом мы к вам звонили, никто не открывал…
– А я прогуляться выходил, за сигаретами. Не спалось что-то. А на балкон – да, было дело, выскакивал, то ли крик послышался, то ли шум какой-то на улице… Или за стенкой? Вы не шумели?
– Нет, мы рот не раскрывали. Стояли как вкопанные. Дочка только убежала на кухню от страха.
– А товарищи кто? – Полеха показал на молчащего второго мужика и девушку.
– А, так это дочка моя и есть, Светка. А это Виктор, сосед снизу, дружим мы.
– Я женщину встретил за углом…
– Так то жена моя, побежала за мобилой, дома оставил впопыхах. Сейчас явится… А! Вот она. Ну, что, Галь, тихо там?
– Тихо. Мать жалуется, что бросили её. К соседям звонила, так и не отвечают, может, милицию, Стёп?..
– Да какая милиция, Галь, вот сосед наш новый, Сергей, говорит, не видел ничего…
– Как не видел?
Тут Галя не по делу начала наезжать на Полеху, хорошо, муж её вовремя остановил.
– Да что ты понесла? Всё, мы тут разобрались уже. Они ещё не заселились даже.
– А балконом кто хлопал?!
Серж не выдержал, пришлось в других интонациях и словах описать своё недоумение и абсолютную непричастность к делу. Даже позволил себе намекнуть на неправдоподобность услышанного. Степан замолчал, почёсывая лоб и понимая, что, в общем-то, в своём мнении Сергей может оказаться не так одинок, если молве дать распространение.
– Может, жена твоя что видела, или она не тут? – со слабой надеждой в голосе спросил Степан.
– Нет, она у отца, в другом районе. А я типа квартиру стерегу. Но чё-то не спится, думаю, может, к ней поехать ночевать? А с соседом из 25-й мы сегодня познакомились уже. Табуретка была нужна на время. У него взяли.
– А, Юрка…, – уже рассеянно произнёс сосед, – они к свекрови Наташкиной укатили с ночёвкой.
– Ну, ладно, ребят, рад знакомству, хоть и такому, пойду я. Увидимся ещё, – Серж протянул руку Степану, его другу, козырнул дамам.
Ну, вроде инцидент исчерпан, впредь будем знать. Несколько отвлёкшись от переживаний, Полеха прошёлся по тротуару метров 100, оглянулся. Набрал от отчаяния мобильник Марины. Разумеется, трубку никто не снял. Конечно, она бы сама в первую очередь позвонила. В глубине дворов просматривалась детская площадка, огороженная рабицей. За густыми деревьями домов её почти не было видно. Перемахнув через сетку, он выбрал место поукромнее и включил криптлокатор, настроившись на квартиру. В очертаниях предметов в слабом свете фонарей он увидел белый фон простыни и одинокий телефон.
Настроившись, получил картинку квартиры Александра Ивановича. Прошёлся по знакомым просторным комнатам, нашёл спальную, мирно спящих супругов, переключился на… – он вдруг вспомнил про дом N7 – подъезд, ведущий в подвал. Ага, тот же тусклый свет одинокой, засиженной мухами лампочки, спустился в подвал. Темень. Ни зги.
«Срастается, – вдохновился Серж. – Вот подсветка ещё б была! Да наверняка должна быть». Теперь Марина. Глубоко
вздохнув, воспроизвёл в сознании все красочные и романтичные сцены с любимой. Разжал кулак… 17. …Марину качнуло и обдало горячим воздухом, спасительным после ледяного холода. По-прежнему было темно вокруг, под ногами ровная плоская поверхность.– Серёжа! – тихо позвала она. И тут эхо, но другое, более тихое. Это опять было не то, куда рвалась душа. А что тогда? – Эй, есть кто-нибудь! Люди!
Догадка посетила светлую голову девчонки, что клопа можно использовать в качестве фонарика. Она вызвала в памяти голограмму пустыни, где состоялось знакомство с Нодаром. Получилось! Яркий солнечный шар повис перед ней. Слепящее глаза солнце освещало не только раскалённый песок под ним, но и всё пространство вокруг. Марина тихо ахнула. Ступни босых ног находились на краю бездонной пропасти шириной в десяток метров, но бесконечно длинной, уходящей влево и вправо кривой изогнутой расщелиной. По обе стороны возвышались отвесные скалистые стены, смыкаясь метрах в ста над головой. Это был какой-то подземный разлом, неизвестно, имеющий ли выход на поверхность. То, на чём она стояла, представляло собой плоскую террасу, шириной не более трёх-четырёх метров и тянущуюся вдоль стены. Справа она резко сужалась и всего через несколько метров заканчивалась обрывом. А влево уходила куда-то за поворот скалы. Марина, осторожно ступая и глядя под ноги, двинулась по террасе. Ей легко удавалось управляться со своим мощным прожектором. Шар она держала строго над головой, лишь иногда смещая его ближе к пропасти. Скальные породы отражали яркий свет, делая освещение под ногами мягким, рассеянным. Виртуальная пустыня над головой закрывала от взора солнце, срабатывая как абажур или зонтик.
За поворотом терраса также сужалась, уходя вниз, и примыкала к скале. Тупик. Марина, вернувшись назад к самому широкому месту площадки, отчаянно попыталась переместиться в квартиру. Теперь она действовала острожней. Создала платформу, как учил Нодар, расположив горизонтально зеркальную плоскость криптлокатора – отражатель, – и прижала к левой ладошке. Ступни почувствовали, как ещё пуще разгладилась и без того ровная поверхность под ней, и Марину будто чуть приподняло. Теперь она была «вне…», как выразился тогда бородач, так и не закончив объяснение: вне чего? Вне этого пространства? Девушка громко аукнула и поняла, в чём дело. В самой расщелине слышались звуки, хоть и тихие: падающие мелкие камешки, капающий со скал конденсат, утробное, еле улавливаемое гуденье подземного чрева. А вот её собственный голос звучал как в маленьком помещении. Словно Марина оказалась в прозрачном стакане-пенале. Если просунуть палец под спинку клопа и провести круговым движением по манипулятору (серому экранчику), то наверняка вся расщелина с этими жуткими стенами развернётся вокруг оси, которой являлся сейчас «пенал» с человеком внутри. Но в кромешной темноте делать это было бессмысленно.
Марина сосредоточилась и повторила попытку.
Восприятие внешней среды изменилось. Но никакого проблеска света. Звенящая тишина кругом и ощущение плавного спуска, как тогда в пустыне, когда они с Сержем увидели Нодара и закричали ему. Было тепло. Не дожидаясь приземления, девушка в очередной раз сконцентрировалась и сделала переход… И снова… И снова… И снова.
Везде её встречал мрак, температура воздуха сохранялась неизменной. Впрочем, если пенал пропускал извне только звуки и свет (если б ещё он здесь был!), то, возможно, всё остальное, в том числе температуру, нет. Кажется, именно так было в пустыне: жара почувствовалась, когда ноги ступили на песок.
В какой-то момент отчаяние настолько было невыносимым, что Мариша мысленно кинулась домой. К маме. Но и тут её постигло разочарование.
Бедняжка лихорадочно перебирала все известные ей места, где она когда-либо бывала, но ничего не получалось. Когда сломленная, уставшая и трясущаяся мелкой нервной дрожью девушка прекратила свои бессмысленные попытки, она обречённо позволила пеналу опуститься, после чего он растаял. Стоя на каменистом грунте и всхлипывая, Муся зажгла шар с пустыней.