Мама - это Ты
Шрифт:
Это могут быть кратковременные схватки без какого-либо сценария на ограниченной территории. Они, если честно, мало отличаются собственно от пейнтбола. Разве, лишь тем, что в одном случае, шарики с краской, в другом без. Есть ещё реконструкции всякие. Но то не про нас. Мы рубимся в «войнушку» в лесу. Просто, в «войнушку». Прямо, как в детстве. Поделились на команды, обговорили кто есть кто и погнали. Ещё стоить отметить, что вся игра строится на доверии. То есть, если в тебя попали, подтвердить можешь это только ты сам. Ибо никаких внешних отметин от попадания не остаётся. В основном, народ это понимает и не жульничает. Но встречаются, конечно же, и «хитрецы». Таких не любят и стараются дел не иметь. Причём, ни в игре, ни в реале. Игра тоже ведь характеризует человека.
Но вернёмся к игре. Так вот, есть и другие виды. Но, говорить об этом долго, а потому скажу, что в моём сервисе, в основном собрались любители так называемого «ARW» или, если в расшифрованном виде, «Airsoft real war». Мы не отыгрываем
Однообразие у нас, разве что, в форме. Ну, в смысле, вся наша банда, что заявляется от организации (в данном случае, мой автосервис), одета единообразно. Оружие уже каждый сам себе подбирает. По вкусу и характеристикам. По началу, помнится, «дрищами» бегали. В среде любителей игры так называют тех, кто по каким-то причинам, играет практически без экипировки. Таких очень много среди начинающих. Оно, ведь, как… Ты, может, интересуешься этим, но пока на игру в живую не сходишь, не узнаешь, зайдёт ли она тебе вообще или нет. Обидно будет, если вложишься в недешёвую покупку снаряжения и оружия, а потом выяснится, что это всё не твоё. Я не про покупки, а про игру. Деньги, выходит, потратил зря. Но также, дрищами бегают и те, у кого просто этих самых денег не хватает или жадный от рождения… Да, мало ли, кто и по каким причинам.
Среди них (я всё ещё про дрищей), очень часто травмы случаются, ибо многие пренебрегают обязательной защитой. Так и у нас, на заре увлечения, было. Один мой работник чуть без глаза не остался. С того момента, я волевым решением ввёл жёсткое правило. Хочешь быть в команде, будь добр, защиту приобрети. Можешь, хоть в трениках, бегать, но рожу прикрой. Это, ведь, только кажется, что шарики смешные и не страшные. Лупят они будь здоров и на некоторых жадин после игры, в бане, смотреть больно. Всё тело в мелких кровоподтёках. В бою, когда азарт захлёстывает, а адреналин кипит, никто не сдерживается. Так «горохом» осыплют, мама не горюй! И обижаться потом, разве что, на самого себя придётся. Так что, защита обязательна. Под камуфляж, «поддёвочка», дабы смягчить удары, бронники лёгкие, очки, маски для защиты лица, каски. Всё, как по-настоящему. А как же? Игра игрой, а настоящие раненые нам без надобности. Мы ж отдыхать приезжаем, а не на реальную войну с потерями.
Но мы и не фанатичные, так сказать, люди. Реально, просто отдыхаем и каких-то там высот особых в выучке и профессионализма в действиях не показываем. Относимся к категории игроков, где-то между «покемонам» и «единообразниками». Но ни к тем, ни к другим не принадлежим. От «покемонов» отличаемся более качественной «снарягой», да защитой. А от «единообразников» тем, что единообразие у нас, как уже говорилось чуть ранее, только в форме. А вот «приводы» у всех, кто во что горазд. Кстати, «приводом» в страйкболе называют оружие. Оно тоже бывает разным. И не только потому, что копирует реально существующие образцы разных стран, а еще за счёт собственно привода. Ну, в смысле, за счёт чего выплёвывается шарик-пулька. В общем-то, в любом из них это происходит за счёт сжатого воздуха. Но, если в одних образцах, имеется встроенный баллон с сжатым газом, то в других, воздух сжимается прямо на месте, за счёт электропривода насоса. Есть и такие, которые работают исключительно от мышечного усилия.
Если обобщить, получается три вида. Первый вид – пружинно-поршневые. Это вот как раз те, что за счёт силы. Как правило, дробовики, снайперские винтовки и пистолеты. Второй – электропневматические. Которые газ-воздух сжимают на месте за счёт электрического насоса. Стоит только нажать спусковой крючок, начинает работать электродвигатель, который в свою очередь толкает поршень, а за одно подаёт пульку в ствол. Практически всё, что копирует автоматическое оружие, оснащено именно электроприводом. У нас, как раз, такие у всех. Ну и, на закуску, третий вид, так называемые, «газовые». Эти, как и первые, тоже больше про винтовки, пистолеты да дробовики. Последний вариант, к слову, наверное, самый дорогой в плане приобретения и обслуживания. Там, ведь, очень часто имеется имитация подвижных частей, типа, затворных рам. Тем не менее, несмотря на разнообразие марок и внутреннего устройства, любое оружие называется «приводом». Моя Валька любила АР-ку. Это копия американской AR-15. А теперь вот, я с ней стою. Не плохая, кстати, машинка. Сам же в той жизни, бегал со старым добрым «калашом». Это, ведь, всё же игрушки, а не настоящее оружие. И, в общем-то, стрелковые характеристики у всех усреднённые. Так что, тут больше не от оружия что-то зависит, а от самого игрока. Как он умеет передвигаться по лесу, маскироваться, быть бесшумным.
Когда тебя сзади хлопнет по спине, тихо подкравшийся «враг», ни один, даже самый дорогой и наворочанный обвесами, привод не поможет. Вся стрельба ведётся на дистанции до тридцати метров. Редко дальше. За исключением, разве что, снайперов. Да и те ненамного превосходят в дальности. В общем, понятно. Мы ездим на «пострелушки», чаще, в лесной местности. Там и расстояния побольше и манёвра, соответственно. Организаторы
предоставляют место и сценарий. Распределяют по жребию, кому что делать и вперёд. Наблюдатели, по большей части, от них же, но и от команд представители имеются. Выглядит, примерно, так. Выезжаем на место. Разбиваем лагерь. Чаще присоединяемся. Нас всего двадцать семь человек, а в игре участвуют сотни. Так что, мы, обычно, вливаемся в более конкретный коллектив. Они с другого города, но мы с ними уже давно тусуемся в данном деле. Знаем возможности друг друга и доверяем. Их больше и оснащены они круче. Есть спецтехника, транспорт военный и даже «бардак» свой. Ну в смысле, БРДМ-2 где-то списанный «оттопырили» и на ход поставили. Всё легально. Вот, с ними и тусуемся. Но, как единое подразделение. Нас не распихивают, кого куда. Мы чаще работаем как разведка и диверсанты. Ну, там засаду где устроить или подсмотреть что.Опять же, говоря о «пострелушках», это я так. Не без этого, конечно, но бывает, иной раз, и стрельнуть за матч ни разу не получается. Это когда где-то на заброшенном заводе, в ограниченном пространстве народ рубится, там да. Палят, не прекращая. А у нас подразделения работают по своим задачам. Кто-то, может, штурмует, кто-то прикрывает или, наоборот, обороняется. Вот там, тоже, в волю настреляться можно. А в разведке, к примеру, если случилась стрельба, значит, хреновый из тебя разведчик. Даже если засада, то стреляет, как правило, один, двое или трое. Остальные… Кто тылы держит, кто фланги. Тут не важно, чей «фраг». Работаем на общий результат. Вот и получается, ноги до задницы сотрёшь, а так ни разу и не стрельнешь. У тех организаторов, с которыми мы постоянно работаем, правила достаточно жёсткие, но справедливые.
К примеру, бесконечных патронов нет. То есть, если положено настоящему автомату Калашникова иметь тридцать патронов в магазине. Будь добр, соблюдай. Количество этих самых магазинов не ограничено. Сколько на себе унести сможешь. И в бою опустевший магазин дозаряжать тоже можно. Но, как водится, в реальной жизни, обычно, просто некогда. Если уж дошло дело до стрельбы, то противник сделает всё, чтобы не дать такой возможности. Так что, приходится беречь пульки-то и стрелять наверняка. Это я всё про свою реальность рассказываю. Но тут, примерно, так же устроено. Разве что, сам «страйкбол» такого распространения не получил ещё. Нет размаха. Да и в плане «снаряги», по большей части, сплошная кустарщина. Я имею в виду, палатки и прочие такие дела.
Выехали мы на своих машинах. Ну, во всяком случае, те, у кого они имелись. «Пешеходов» вез старенький ПАЗ-ик. В нём же и вооружение ехало, те самые палатки и прочее оборудование, плюс продукты питания и вода. Всё это дело должно было занять три дня. Это вместе с днём приезда, если считать. Первый день – организационный. Приезжаем, обустраиваемся на месте, то есть, разбиваем лагерь. Получаем инструкции и роли от организаторов, обговариваются правила. Так он и проходит. Следующий день, собственно, сама война. Команды с раннего утра выдвигаются на свои, заранее оговоренные и отмеченные, позиции. По прибытию, оповещают готовность ракетой. А потом уже, по ракете от наблюдающих, начинают действовать по сценарию. Ну а третий день, это день сбора, уборка территории за собой и выезд к дому. Наша группа, как уже говорил выше… Вернее, я про свою реальность говорил, однако и в этой ничего не поменялось. Даже ребят знакомых, которые и ТАМ со мной практически с самого начала были, увидел. Не всех, правда. Похоже-то похоже, но похожесть эта больше на нас самих распространяется. А вот на окружение только частично.
Так вот, местом сбора группы, понятное дело, был сервис. Меня народ принял настороженно. Перешёптывались, конечно, заметив, видимо, сходство с оригиналом, но лишних вопросов не задавали. А чтобы их ещё меньше стало, я ехал сам. Люди, вообще, в непонятках были по поводу меня. Все, вроде, знают, что босс с бухгалтершей «снюхался». И она даже в этот раз на игру едет. Что, само по себе, удивительно. А тут ещё я и тоже протеже босса. Понятное дело, тут же закономерный вопрос возник у людей. А в каком, собственно, статусе девчуля? Можно руками трогать или начальство их оторвёт за поползновения? А если это так, то тогда, как себя с ней вести? Непонятно, в общем. Тут, ведь, ещё и сходство. Мало ли, может, «стрекоза» эта – родственница покойной жены? Скорее всего, так и подумали в итоге. Просто, это единственный логичный вариант, который подходит под объяснение всех нестыковок. Но это я вперёд чего-то забежал. Вернусь немного назад.
С дочерью всё оговорено заранее. Она знает, что делать. Валентин предлагал и ей поехать. Развеяться на свежем воздухе. Сейчас каникулы и многие достаточно взрослых детей возьмут, чтобы вкусили походной жизни. А некоторые, которые почти взрослые, иной раз, даже в играх участвуют. Так-то ограничение с восемнадцати лет никто не отменял, конечно, но под личную ответственность отца, например, который приобщает сына, бывает и разрешается. А так, обычно, дети в лагере тусят. Там им тоже дело находится. Да, при той же кухне или других хозяйственных работах. Но Стася, понятное дело, отказалась. Дескать, не хочется чего-то. Лучше она у дедушки с бабушкой побудет. А вы, мол, поезжайте. А то, Саша, вон, постоянно торчит со мной. Хоть, отдохнёт маленько. Ну и обещала болеть за нас. Попросила «врезать там всем!».