ЖАНРЫ

Холодное сердце
Шрифт:

— Такая изысканная. — В голосе слышится лихорадочная энергия.

Не он! Не он! Не он!

— Словно куколка. — Приторно-сладкое дыхание обжигает шею.

О боже!

Ладонь. Скользит выше по внутренней стороне бедра. Я инстинктивно сжимаю ноги. Я знаю, зачем пришла, но тело словно не хочет подчиняться рассудку. Все внутри кричит: «НЕТ! Я не могу!»

— Не надо так. — Он просовывает руки между моих бедер, разводя их в стороны. — Я стараюсь, но у моего терпения есть предел.

Влажный, липкий язык ползет

вверх по моей шее. От этого ощущения меня передергивает, к горлу подступает желчь.

Его ладонь давит на грудь, толкая меня, пока спина не упирается в матрас.

Громкий треск ткани разносится по комнате: он рвет юбку моего платья от подола до талии. Прохладный воздух обдувает обнаженную кожу.

Крик застревает в груди.

Страх парализует. Горло перехватывает. Мышцы отказываются двигаться.

Я. Замерла.

Хватающие руки снова на бедрах. Скользят вверх и вверх. Потом вниз. Стягивая за собой трусики.

Из горла вырывается вопль ужаса, пока я лежу недвижимо, распластавшись на кровати, как окаменевшая жертва.

— Черт. — Тяжелое дыхание. Как у зверя в течке. — Давай, кричи, детка. Мне нравится. Это специальная комната, так что ты никому не помешаешь.

Шорох одежды.

Щелчок расстегиваемого ремня.

— Черт, я уже на пределе. — Еще несколько судорожных вдохов.

Тело наваливается на мое, и от его голой кожи у меня мурашки.

Я не могу дышать.

— Прекрати, — плачу я.

— Для этого уже поздновато, красотка.

Я пытаюсь вывернуться из-под него.

— Я... я не могу. Не могу этого сделать. Пожалуйста.

— Хватит! — Руки. Хватают мои запястья. — Сейчас я...

Я кричу.

И в ту же секунду по комнате разносится оглушительный грохот, от которого дрожат стены.

Тяжелые шаги врываются внутрь. Приближаются.

— Какого хрена? — Злой вопль прямо над моей головой. — Кто, черт...

Вес, прижимавший меня, внезапно исчезает. Его сдергивают с меня с нечеловеческой силой.

Мгновенно я чувствую облегчение. А затем новый страх. Новый ужас. Неизвестность.

Что происходит?

Из меня вырывается всхлип, пока я жадно хватаю ртом воздух. Осторожно я сажусь. Нахожу опору под ногами и слезаю с кровати.

Страх заставляет меня пятиться. Инстинкт не дает потянуться к повязке. Что бы ни происходило в комнате, что бы ни означали эти странные звуки хрипов и судорожной возни, я не хочу знать. Не хочу быть свидетелем.

Приглушенный стон.

Хрип.

Кто-то борется за дыхание. И проигрывает.

Это длится долгими секундами, пока внезапно не обрывается.

Спустя тысячу ударов моего бешеного сердца раздается глухой стук. Словно что-то тяжелое рухнуло на пол.

В комнате воцаряется абсолютная тишина, нарушаемая лишь звуком шагов. Уверенных и ровных.

Приближающихся.

Идущих ко мне.

Я вжимаюсь спиной и ладонями

в стену, чтобы удержать равновесие, потому что ноги готовы подкоситься.

Что происходит? Кто здесь? Чего они хотят?

Меня окутывает аромат моря.

Чистый. Успокаивающий. Умиротворяющий.

Я обмякаю от облегчения.

Это он.

Он стоит прямо передо мной. Я знаю это, хотя он не произнес ни слова. Не коснулся меня. Но я чувствую его. Чувствую его тепло.

Неуверенно я протягиваю руку. Пальцы касаются тонкой, гладкой ткани. Брючина. Поверх мускулистого бедра.

— Пожалуйста. Пожалуйста, забери меня отсюда, — шепчу я.

Две сильные руки обхватывают меня: одна скользит под колени, другая — под спину. Он поднимает меня, словно я ничего не вешу.

Словно повинуясь собственной воле, мои руки обвивают его шею. Лицо находит укрытие в мягкой ложбинке у его воротника. Я чувствую его участившийся пульс щекой. Ощущаю, как напряжены его скулы, пока он держит меня. Выдыхаю, когда его руки крепче сжимают меня.

Прижимая меня к груди, мой молчаливый гость разворачивается и выносит меня из комнаты. Ровный стук его шагов по паркету сменяется приглушенными ударами о ковер.

Тонкая соль. Едва уловимый цитрус. Я теряюсь в его умиротворяющем аромате.

Адреналин, который держал меня на ногах, отступает. Оставляя после себя лишь глубокую усталость и дрожь. От этого я лишь сильнее прижимаюсь к этому мужчине. К мужчине, которого я не знаю, но в то же время словно и знаю.

К мужчине, которому доверяю, ни разу не видев его лица. Услышав от него лишь шепот.

Он явно крепок. Это понятно по его походке и силе. Я чувствую его мощь в том, как он меня держит, в монолитности его груди, в жилистости его рук. Рук, таких твердых, но таких нежных ко мне.

Я должна бы паниковать.

Из-за того, что чуть не случилось... Я должна бы быть в ужасе, но я не в ужасе.

Я знаю этого мужчину. Молчаливого. Внимательного. Уважающего границы.

За последние месяцы я десятки раз была заперта с ним в одной комнате. Ни разу, ни единого раза он не попытался причинить мне боль. Не говоря ни слова, он сдержал свое слово.

Хотя у него было бесчисленное множество возможностей его нарушить.

И никто бы никогда не узнал.

И не остановил бы его, если бы узнал.

Этот мужчина очень могущественен. Очень важен. Это было ясно как день по тому, как Мэгги говорила о нем и с ним. Вероятно, он мог бы сделать что угодно. Что угодно со мной. И без всяких последствий.

Заверения о том, что девушки-хостес в безопасности за дверями «Аннекса», ничего не стоят. Сегодня я испытала эту иллюзию на себе. И все же этот мужчина не предал мое доверие. Редкое качество в наши дни.

Приглушенный стук, и поток свежего воздуха наполняет мои легкие.

Мы на улице.

Поделиться с друзьями: