Explicatio
Шрифт:
«Мин, дальней рукой пугни! И сверхом, если достаёт, тоже!» — снова попросил Кот на закрытом канале.
«Сделаем. Ещё минута до уверенного радиуса.» — ответил тот.
Минута пролетела быстро. Сверх, шевельнув башнями с орудиями среднего калибра, разродился чередой выстрелов. Слитный залп Минош решил не давать: общая мощь была избыточна для любого из баронских кораблей, а вот так, вразнобой… Чтобы «пугнуть» — самое то! Однако капитаны дальнобойных кораблей его эскадры «пугать» и не собирались.
— Цель поражена! Цель поражена! Цель поражена! — посыпались доклады.
Несколько баронских крейсеров «захромали», а неудачно попавший под тяжёлый заряд
— Прекрати стрельбу. Я ухожу! — выдавил из себя барон Урел.
— Я предупреждал, что буду жечь! — возразил Кот. — Ты не послушал. Отводи так, пока ещё можешь!
Баронские корабли, и так уже понемногу пятившиеся назад, разлетелись в стороны, как брызги, напрочь забыв о добиваемых ими имперцах. Причём большинство, кажется, слышавшие все эти переговоры на общей волне, бросились в бегство раньше отданной им команды. Пропадать зазря не хотел никто: одно дело рисковать ради хорошего куша из трюмов конвоя, и совсем другое — пытаться выстоять перед надвигающейся громадой сверха, поддерживаемого целой эскадрой! В «сборной солянке» барона Урела таких, крепких духом, было мало.
«Пусть бегут, не добивай!» — передал Кот.
«Понял.» — ответил Минош. — Орудия — дробь! Целеуказание сбросить! — приказал он вслух.
Приказал… и сам же облегчённо выдохнул: всё вооружение шло «через него», и у него давно уже жутко разболелась голова!
Эскадра плавно «наползла» на избитый имперский конвой, беря тот в охранение и оставляя барона Урела скрежетать зубами в бессильной ярости.
«Мин! Смотри, сколько мелочи имперцы набили!» — хмыкнул на закрытом канале Кот. — «И не все из них старьё. Пусть ребята пробегутся, может, себе что-нибудь найдём. У тебя как, в ангарах место есть?»
«Найдётся!» — ответил Минош.
Уж для чего-чего, а для трофеев, пусть и не своих, место должно найтись всегда! Тем более в таком вот — сверхбольшом!
12
«Всех и всё», как ни старались, забрать не смогли.
Значительное количество имперских посудин были повреждены настолько, что сами они ни один переход бы не выдержали, а свободных буксиров у Кота не было. Он даже пошёл навстречу измотанному начальнику конвоя, взяв на жёсткую сцепку часть израненных кораблей, но подбирать всех просто отказался: для буксировки каждого тяжёлого имперца требовалось два линкора, иначе просто тяги не хватало, а чтобы вытянуть крейсер, соответственно, два крейсера эскадры. А ведь были ещё гружёные транспорты, которые надо было именно вытягивать, ведь заниматься длительной перегрузкой на виду у озлобленного противника явно не следовало…
Участвующие в буксировке корабли, соответственно, выпадали из боевого порядка, и оставаться совсем уж «беззубым», с одними лишь «малышами» Кот не решился: неизвестно ещё что ждало впереди. Может, барон Урел всё же призвал кого-то на помощь, и свежие силы как раз в эту минуту блокируют путь! По этой же причине он отказался подождать, пока имперцы починятся настолько, что смогут идти сами. Рисковать не стоило: кто знает, может, до баронов дошёл слух, что «сверх» сейчас боеспособен даже меньше, чем на треть!
Как бы не скрипел зубами начальник конвоя, ведь он за двое суток боя потерял безвозвратно лишь четыре корабля, а теперь пришлось оставить ещё столько же, выбора у него не было: либо оставаться одному и ремонтироваться, со вполне понятным исходом, либо последовать плану упёршегося Кота и «оставить балласт». Благоразумие победило, «балласт» был оставлен. Брошенные корабли подорвали, оставляя барону лишь груды
бесполезных и невосстановимых обломков, а разросшаяся и изрядно «потяжелевшая» эскадра двинулась в обратный путь.— Как думаешь, Мин, нормально дойдём? — спросил Кот у своего адмирала.
— Не знаю, командор. — пожал плечами тот. — Разведка ушла, пока что ничего не сообщают… А что дальше будет — только Спящие знают!
— Ага, ты это Кису, главное, не скажи, что только он всё знает. — ухмыльнулся Кот. — Или зазнается, или обругает и обиду затаит. Его знаешь как все эти «просители» уже достали? Ругается, что жалобы однотипные по большей части, а больше всего ругается на то, что кто-то на этом бо-ольшие деньги сделал! Эх, не позавидую я этому дельцу, когда он Кису нашему «на зуб» попадёт!
— Командир… А он действительно — Спящий? — после паузы спросил Минош.
— А откуда я знаю, Мин? — пожал плечами уже Кот. — То, что он «как бы спал» — да, было дело. И сознание, получается, я у него пробудил. И матрица моя на него легла — и это да. И люди его «одним из тех самых Спящих» считают — это тоже да. А тот он «спящий» или нет… Кто его поймёт? Не разбираюсь я в этих верованиях, вот совсем не разбираюсь! А почему ты это сейчас спросил?
— Да вот, понимаешь… — неопределённо ответил адмирал. — Я раньше ни в Хшаров, ни в Спящих не верил, считал, что сказки всё это. Бред, пугалки. Но вот тебя вот встретил — и дела в гору пошли. Киса — так ещё выше забрался. Теперь, сам видишь, адмирал, на сверхе капитаню и эскадрой управляю…
— Ага, адмирал! Неофициально! — улыбнулся Кот. — Я ведь, по сути, права такого не имею — адмиральские звания раздавать! Я и сам-то — капитан всего лишь! А адмиралом тебя называю… То так — подшучиваю просто.
— Э-э-э… — улыбнулся Минош. — Не скажи! Тут в саму суть смотреть надо: у иного адмирала кроме этого самого «официального адмиральского звания» и нет-то ничего, а подо мной и сверх, и эскадра! Правда, ещё не флот — но, думаю, подрастём ещё немного, и флот свой будет.
— Надеюсь, подрастём… — задумчиво ответил Кот. — Надеюсь, дадут вырасти… И флот тогда появится.
Оба замолчали, наблюдая, как медленно набирается прыжковая скорость. Кот — на «Пуме», Минош — на «Граче».
— Я вот к чему, командир. — продолжил Минош. — Считал вот, что Хшары и Спящие — сказки. Но одну-то я сказку уже увидел! Познакомился, считай!
— Это ты нашего колонеля-копи Шнайдера имеешь в виду?
— Его самого. — механически ответил Минош. — Всё ведь сходится, я потом запись основных частот много раз слушал: хшар он — и всё тут, это их позывной звучал, их переговоры! А оказалось, что и разговаривать с ним можно, и дела даже вести… И ведь это только благодаря тебе, командир! Других, думаю, этот патруль сжёг бы на месте! Из нашей эскадры, случись бой, едва ли десятая часть бы ушла!
— Меньше, Мин. — задумчиво ответил Кот. — Рой потом пересчитал все выкладки, оказалось — меньше. И то если бы часть боем их связала, а остальные сразу наутёк кинулись. Или, наоборот, если бы сразу с бой, всем скопом, кинулись. Если бы «правильную линию», как обычно, выстраивать стали — все бы там остались.
— Вот я и говорю, командир: всё только благодаря тебе. И я, видишь, как расту, и с Хшарами ты общий язык нашёл… И бароном ты был — но недолго совсем. И не переживаешь, что вот так вот этого статуса лишился, о котором другой кто-то и мечтать бы не посмел, совсем не переживаешь. Будто маловат для тебя этот статус. — Мин замолчал и вдруг выпалил: — А может, командир, ты и есть тот самый Спящий, а?