Девять дней волшебства
Шрифт:
– Чего ты на меня так смотришь?
– Как ты это сделал? Это какой-то фокус?
– Ты об этом? – он снова щелкнул пальцами, соединив большой, указательный и средний в щепоть, над которой загорелся язычок зловещего черного пламени.
Я вскрикнула, но все же сдержалась и не убежала, а наоборот подалась вперед, рассматривая это чудо.
– А почему оно черное?
– Потому что это магия тьмы.
– Чего?
– Ты ничего не знаешь о магии? – как-то обреченно поинтересовался он.
– Откуда? – удивилась в ответ, – Я же из другого мира, забыл?
– Может я как-нибудь в другой
Но мое любопытство уже проснулось и здравый смысл решил скрыться в недрах подсознания до лучших времен. Так что я была готова внимать магической чуши, и чем скорее, тем лучше.
– Нет уж, рассказывай сейчас! Все равно делать нечего, пока птички готовятся.
Крылатый уселся на траву скрестив ноги и вытянув крылья за спиной. Некоторое время он молчал, глядя куда-то в даль, видимо собираясь с мыслями. А я рассматривала его самого. У него была необычная, по крайней мере для людей, внешность. Если отбросить такие странности как крылья и ногти-когти, то телосложение у него было вполне обычное, спортивное. Ну, то есть, он был высок и худощав. А под одеждой, как я успела ночью заметить, были сплошь одни жилы и мускулы. У него была довольно смуглая кожа. Волосы черные, отсвечивающие бордовым на свету. Правильные, но резкие черты лица. Узкий, длинный и идеально прямой нос, без всяких там горбинок, широкие брови, высокий лоб. Резкие высокие скулы и тонкие губы. И глаза. Пожалуй, самое странное в его лице – миндалевидные, цвета выдержанного красного вина с тоненькими черными прожилками и с узким и резным, как у некоторых ящериц зрачком. Выглядело ну очень жутко. Особенно учитывая то, что белок напрочь отсутствовал.
– С чего бы начать. – наконец разорвал тишину его низкий бархатный голос. – В нашем мире…
– А как он, кстати называется? Ну в смысле ваша планета? – перебила я его.
– Ланим. Может ты не будешь перебивать? – спокойно ответил лиссар.
– Извини. – ничуть не раскаялась я.
– Так вот, в Ланиме есть несколько рас. Эльфы, люди, драконы, лиссары и гномы. У каждой своя магия. Самая разнообразная и многогранная – это магия людей. Про нее очень долго рассказывать, так что это как-нибудь потом. Эльфы называют свою магию светлой. Сопровождают ее многочисленными песнопениями и ритуалами, и не могут вот так как я зажечь огонь. Сами они считают себя высшей расой, а магию свою совершенной. Но я скажу тебе по секрету, и они сами и волшба их довольно примитивны.
Я не очень удачно подавила смешок. Крылатый тоже улыбнулся и продолжил.
– Гномы – мастера. Их магия не имеет внешних проявлений.
– В смысле?
– Они делают артефакты, зачаровывают оружие и так далее. – спокойно пояснил мужчина. Хоть он и просил не перебивать, казалось, на самом деле не имел ничего против моих вопросов.
– Драконы владеют стихиями. Но не как люди. Один дракон – одна стихия, не более.
– А люди как?
– Если человеческий маг – стихийник, то ему подвластны все сразу. Он может развивать владение какой-то одной, или несколькими или всеми, в зависимости от желания, силы и упорства конкретного человека.
– Ясно. – поверить во все это конечно трудновато, но все равно
было очень интересно. А рассказывал лиссар так, будто всю жизнь отстоял за кафедрой.– Так вот драконы не просто подчиняют себе какую-то стихию, они сами являются ее частью.
– Это как? – удивилась я.
– Честно говоря, это сложно объяснить. Тем более, что я сам не до конца понимаю. Вот если встретишь дракона, спросишь. – я не поняла, серьезно он говорит или шутит, но решила уточнить.
– А он меня не съест, если я его встречу?
– Это зависит от его характера и настроения. – сквозь смех ответил этот шутник.
– Опять издеваешься. – повинила я его, – Ну а такие как ты?
– Лиссары наделены Владычицей магией тьмы. Собственно, то, что ты видишь, – он снова зажег на пальцах черное пламя, – не совсем огонь. Я бы даже сказал совсем не огонь.
– А как тогда костер загорелся, если это не огонь? – да, я дотошная.
– Слушай, тебе обязательно все это знать в деталях? – раздраженно спросил этот… этот. – Просто прими как данность.
– Ну, – я решила оставить пытки на потом, – а что ты еще умеешь?
– Много чего. Всего и не перечислишь. При случае сама увидишь. Все, обед, думаю готов.
Мы съели напополам одну птицу, а вторую убрали в сумку, предварительно завернув ее в какие-то большие листья, по словам крылатого не ядовитые. После чего я набралась-таки смелости и спросила:
– Слушай. Я дико извиняюсь, но не мог бы ты еще раз сказать мне свое имя. А то я его, если честно, не запомнила. – протараторила я, искоса поглядывая на моего утопленника, следя за его реакцией. А то вдруг обидится.
– Мог бы, – усмехнулся он, – Рзартарихарт.
– Как-как? – переспросила еще раз. Потому что запомнить это было, по-моему, подвигом.
– Рзартарихарт, – медленно, чуть ли не по слогам повторил лиссар. – Знаешь, зови меня Харт. Так проще будет.
– О, спасибо! Ты тогда тоже можешь мое имя как-нибудь сократить, если хочешь.
Я вообще-то не очень любила, когда мое имя сокращают. В основном потому, что все непременно хотели назвать меня Дашей. Но я понадеялась, что этот лиссар, не знакомый с именами моего мира, проявит фантазию. Если, конечно, вообще будет его сокращать.
– Я подумаю над этим. – великодушно согласился Харт.
Теперь наш путь лежал вдоль берега реки. Солнышко во всю припекало, так что я решила снять свою кожанку и идти в одной футболке, но стоило мне это сделать, как я тут же ощутила на себе прохладный ветерок. Но хуже была неуемная любовь москитов, в избытке кружащих вокруг, к моей сладкой кровушке. Пришлось вновь одевать куртку и париться.
– Слушай, Харт. – обратилась я к лиссару на ходу, – а что мы будем делать, когда доберемся до села?
– Ты хотела сказать если?
– Ну, хорошо, если, – хмуро согласилась я, – и все-таки что?
– Отдохнем, попробуем разжиться каким-нибудь оружием и транспортом, и отправимся дальше.
– Куда?
– В Раитмах, полагаю. – пожимая плечами ответил крылатый, глядя вперед себя.
– А Раитмах это значится… – этот разговор начинал меня раздражать.
– Город.
– Ты не забыл, случаем, я из другого мира! Ты можешь нормально отвечать на вопросы, так, чтобы я все поняла! – не выдержала я.