Чтение онлайн

Ни говоря ни слова он стал разминать мои плечи в этих прикосновениях не было ничего эротичного. Вот совсем. Иногда он довольно больно нажимал в некоторые точки. Но мне все равно было приятно все это время утыкаться в его шею и вдыхать его приятный запах. Так что, когда я почувствовала, что мышцы рук расслабляются я с некоторым сожалением отошла от него на шаг.

Крылатый размял мне все руки до самых кончиков пальцев. Все это время я кривилась и морщилась. Ощущения были далекими от приятных, будто тысяча малюсеньких иголочек вонзаются в кожу. но буквально через минуту все прошло, а Харт, закончив с моим лечением, пошел в какие-то переулки, что уводили нас вдаль о городской стены.

Город мне нравился. Маленький, но чистенький, он был словно игрушечный.

По крайней мере мне, как жительнице огромного мегаполиса казалось именно так. Мы шли по узеньким улочкам и еще более узким переулкам. Мимо нас проходили люди в непривычной для меня, старомодной одежде. Я знала немного историю европейского костюма, так вот то, что носили тут сложно было сравнить с каким-то определенным периодом моды моего мира. Как будто все это взяли, свалили в один котел, как следует перемешали, проварили и получилась вот это! Одно лишь правило прослеживалось – особи женского пола не носили брюк. Я искренне надеялась, что мне не придется одевать на себя корсет в купе с множеством юбок, чтобы слиться с толпой. Уже не раз и не два я замечала на себе странные взгляды прохожих и причина, как я думала, заключалась в моих обтягивающих джинсах, с которыми мне ну очень не хотелось расставаться. Понимаю, что по-детски, но все же.

После того, как у меня заболела шея смотреть по сторонам, я решила поинтересоваться-таки у крылатого о месте нашего назначения.

– Харт, а куда мы идем? – я дернула его за рукав, привлекая к себе внимание.

– Ты вроде хотела есть? Вот мы и идем в таверну.

– Ты же говорил, что у нас нет денег? – удивилась я, – Или тут процветает коммунизм?

– Это еще что такое? – лиссар посмотрел на меня так, будто я только что его обозвала ну очень неприличным словом.

– Ну это когда от каждого по способностям и каждому по потребностям. Когда нет бедных и богатых, когда все равны. И нет денег.

– Похоже не утопию. – усмехнулся Харт.

– Это и есть утопия. – кивнула ему в ответ. – Так что там на счет наших средств к существованию? Они есть или нет?

– Есть, но очень мало. – признался этот конспиратор.

– Ах ты обманщик! – я укоризненно покачала головой, – А врал зачем?

– А ты согласилась бы тогда лететь через стену? – скепсиса в этом вопросе было просто через край.

– А то! – подавись! – Еще как согласилась бы! Харт, я же не совсем тупая. Мне можно просто объяснить свою точку зрения. Обманывать или недоговаривать необязательно. – очень хотелось обидеться, но я решила отложить до следующего раза. Сейчас мне и правда очень хотелось кушать и было не до обид.

– Я и не считаю тебя тупой, Рина. Просто порой твои нескончаемые вопросы мне надоедают.

– Это я еще себя сдерживаю! – призналась я крылатому, от чего тот закатил глаза. – Кстати! Мне ведь не придется переодеваться, правда?

– Зачем? – кажется такого вопроса Харт ожидал менее всего.

– Просто на меня все как-то странно смотрят. Даже пялятся! И, как я заметила, девушки у вас тут носят только юбки.

Он остановился и изучающе смерил меня взглядом, будто видел первый раз, задержавшись на долю секунды на груди и ногах. Я сейчас была без куртки, футболка была не сильно обтягивающая, но и не скрывала моей фигуры. При моем небольшом росте, всего-то сто шестьдесят восемь сантиметров я, слава Богу, была худой без всяких диет. Грудь моя, за которую зацепился взглядом этот развратник, была не такой и выдающейся. Самая обыкновенная, самого распространенного размера. А вот ноги – да! Красивые, длинные, стройные – моя гордость. А в обтягивающих джинсах так вообще загляденье!

Но Харт рассматривал меня не долго, придя к какому-то выводу он сам себе кивнул и пошел дальше.

– Так что с переодеванием? – переспросила его.

– Не вижу смысла. В такой одежде ты выглядишь, как магичка. Это даже нам на руку, меньше будут приставать.

– Но я же не магичка! А если кто-то меня попросит что-нибудь сделать? Я же не умею, и вся конспирация пойдет прахом в тот же миг!

– Скажешь, что

ты техномаг. Они редко способны на внешнее проявление магии. И не спрашивай, пожалуйста, как и что у них работает и чем они занимаются. Я тебе как-нибудь потом расскажу. – лиссар начинал понемногу закипать, я это слышала по его интонации. Видно я и правда его заколебала вопросами. Но еще один я не могла не задать. Любопытство – не порок, как известно.

– А с чего ты взял, что ко мне будут вообще приставать?

– Потому что ты очень красивая.

Ух ты! Хорошо, что я иду немного позади Харта и он не видит, как я покраснела. Надо же, красивая! Нет, я это конечно и так знала, но слышать подобное от мужчины, да еще и от такого, да еще и с приставкой «очень» – это совсем иное. Жаль только, что произнесено это было не как комплимент, а как констатация факта, совершенно его не волнующего.

Мы наконец набрели на заведение, которое Харт, по одному ему известным признакам, определил, как удовлетворительное. Как по мне, так оно было совсем не удовлетворительное. Грязный, посыпанный старыми подгнившими опилками пол, засаленные столы и скамейки. Окна не мыли, наверное, никогда, так что даже при отсутствие каких-либо занавесок, в помещении был полумрак. Запахи тут витали совсем не аппетитные, ну а контингент вверг меня в полнейшее уныние.

– Я тут есть не буду! – категорично заявила я и вышла на улицу.

Воздух! Свежий воздух!

– Рина, давай без упрямства, ладно? – вслед за мной вышел Харт и, взяв меня за локоть, попытался втянуть обратно в таверну.

– Что это за гадюшник? Отпусти! Я туда не пойду! – я старалась говорить тихо, чтоб не злить Харта и не привлекать внимание прохожих, но эмоционально, чтобы дать понять собеседнику всю степень моего негодования.

– Рина, прости, но на данный момент это все, что мы можем себе позволить. Обещаю в ближайшее время решить проблему с деньгами, но в этом городе у меня такой возможности нет. – в голосе Харта прорезались виноватые нотки. А мне опять стало стыдно. Ну что я в самом деле! Можно и потерпеть.

Глубоко вздохнув, я вновь переступила порог этого кошмара и даже прошла к одному из свободных столов. Пары алкоголя совместно с гнилостным запахом, идущим от пола, сразу ворвались мне в легкие. Помимо этого, к букету ароматов примешивался душок каких-то помоев и вроде как запах еды. По-моему, не совсем съедобной.

Харт уселся на скамью и выжидающе уставился на меня. А я поняла, что меня сейчас стошнит! Закрыв рот ладонью, я пробормотала: «Извини, я не могу!», и пулей вылетела из заведения. Перебежав на другую сторону улицы, я оперлась одной рукой о стену каменного здания и согнулась в три погибели, готовая выворачиваться наизнанку. Но этого, слава Богу, не произошло. Я только покашляла немного. Вот они, плюсы пустого желудка!

– Ты в порядке? – мне на плечо легла рука Харта. Я виновато на него посмотрела.

– Знаешь, мне, кажется, расхотелось кушать. Давай я тебя тут подожду, а? Или лучше вон там, – я указала на небольшую площадь метрах в тридцати от нас, в центре которого стоял маленький фонтанчик. – на парапете фонтана посижу.

Харт тяжело вздохнул и, взяв меня за руку, проводил к этому фонтану.

– Никуда не уходи, ни с кем не разговаривай и…

– Все будет хорошо, Харт. – я как можно милее улыбнулась ему.

Он развернулся и собрался уже уйти, но я его остановила.

– Постой! – Я подскочила к нему и зарылась в сумку, которую все это время он нес, одев ремешок через плечо. Я хотела достать телефон и послушать музыку, но под руку попался фотоаппарат. Что ж, почему бы и нет? – Все иди.

Я проводила Харта глазами до злополучной таверны. После чего села на парапет и открыла крышку «Зенита», с целью проверить, есть ли в нем пленка. Прикосновение к этой вещи – это как прикоснутся к собственному детству. Мне этот фотоаппарат отдал отец, когда я в седьмом классе решила серьезно увлечься фотографией. Всякие мыльницы мне были не интересны, я хотела, чтобы все было по-настоящему. Помнится, даже сама все проявляла.