Будни Ада
Шрифт:
– Ну не все же, не все! Некоторые тратят время на удовольствия.
– Общество так устроено, что все равно придется вкладывать свое время не только в удовольствия, но и в хлеб насущный. Да и штаны нужно купить, ботинки, машину, квартиру, дачу, телевизор с большой диагональю, ну чтобы "все как у людей". Вы, люди, отличаетесь от животных только тем, что Бог вас наказал ощущением времени. Вот дети, животные и растения, тем плевать, они значительно меньше тратят своего времени на что-то ненужное, а вы постоянно мучаетесь, пытаетесь конвертировать время во весь этот бред.
Кстати, Лыков, тут, в аду, фактор времени, как уже раньше говорил, совсем не важен, поэтому вы интуитивно превращаете свою земную жизнь в ад. Ну, чтобы и там создать иллюзию неважности времени. Но дело не
– Ты хочешь, чтобы мы тебя пожалели?
– Нет, но про время больше говорить не стану.
Мы шли еще пару дней, и эти дни про время я говорил уже только с Чебурашкой. Мы обстоятельно обсудили философский и религиозный аспект времени, вспомнили все виденные нами фильмы про перемещения во времени, потом перешли на фундаментальные научные теории, обсудили смелое уравнение Джона Уилера и Брайс-Де Витта, поспорили о сущности пространства и времени по Ньютону. Вспомнили Эйнштейна с его теорией относительности, и в итоге согласились с модной нынче доктриной, что времени не существует вовсе, что собственно и подтверждало наше нынешнее положение в аду. Когда все было сказано, наступила томительная пауза, которая длилась еще полдня. Наконец я сказал:
– Рогатый, а чо ты все время молчишь?
– Я же вам говорил, что про время говорить не стану.
– Тогда предлагай тему.
– Поговорим о бабах, это поистине неисчерпаемая, универсальная и метафизическая тема, но сначала нужно немного отдохнуть. Там, впереди будет небольшой городок, остановимся, найдем кафешку, выпьем, закусим, потом снимем номер в гостинице, вот там и поговорим. А может, и не поговорим, может и попрактикуемся.
– Ты это о чем?
– Ну, вы сами все скоро узнаете.
Я довольно скоро догадался о чем речь, в смысле в чем нам, возможно, предстоит попрактиковаться. Но другие слова о том, что нам грядет выпить и закусить, совсем замутнили мой рассудок. Ведь мы уже несколько дней ничего не ели. Чебурашка вообще выглядел прескверно, исхудал, шерсть перестала блестеть, а местами и просто выпала клочками. Да и сам Сатана был не первой свежести.
Я больше ни о чем не мог думать, я как в мираже видел стол с графином холодной потной водки. Нет, с двумя графинами! И еще там было пиво, много бутылок, и не просто полиэтиленовые "сиськи", а настоящие стеклянные бутылки. И еще было много всякой закуски, очень много! Шашлыки, селедка с лучком, огурчики, шаурма, немного суши, ровным счетом все то, что дорого и свято настоящему россиянину.
Уровень 7
Это был стандартный депрессивный моногород, коих у нас в России великое множество. Частный сектор и допотопные деревянные бараки, обшарпанные панельные пятиэтажки времен начала освоения космоса и моды на кукурузу, и несколько аляповатых дорогих коттеджей, принадлежащих не то руководителям города, не то цыганским наркобаронам. Завод с полуразрушенными цехами, детский садик с беседками, усыпанными пустыми бутылками и использованными шприцами. Разумеется, церковь. Дом культуры с детскими кружками, клубами хорового пения пенсионеров и экстремальными молодежными дискотеками по выходным. Конечно же, детская библиотека имени какого-нибудь пионера-героя. Небольшой стадион, Краеведческий музей, Монумент славы, все это есть! Повсюду бесконечная свалка, бесконечные дыры в асфальте. Повсюду социальная реклама, напоминающая о том, что мы гордимся родным краем или страной. И о том, что мы победили в Великой Отечественной, чем мы тоже гордимся. Иногда кричащие вывески массажных салонов или объявления о грандиозных скидках в каком-то магазине бытовой техники. Множество пивных и мелких магазинов, из которых звучит не то Кадышева, не то Бабкина, не то Стас Михайлов, я всегда их путал.
Культурная жизнь в таких городах всегда располагается на привокзальной площади. Тут самые большие магазины, мастерские по ремонту электроники, есть кафе и несколько закусочных, можно найти и небольшую
двухэтажную гостиницу, которая больше напоминает ИВС в крупном городе, множество ломбардов и, непременно, один или два "лотерейных клуба". Вся площадь заполнена таксистами, русский рэп и шансон из их машин дополняют прочие звуки города. Повсюду снуют какие-то люди неопределенной национальности, предлагают купить хороший надежный смартфон. Непременно бабки торгуют какими-то тряпками, крафтовыми соленьями, ягодой или вяленой рыбой, книгами, которые никто никогда не читал и никогда уже не прочитает. Иногда можно встретить транзитных пассажиров, которые во время стоянки поезда спешат купить ближайшем магазине несколько бутылок водки,а в привокзальном киоске курицу-гриль, приправленную почтенной дозой нитратов.Мы зашли в кафе с красивым названием "Элегия". Стены зала были покрыты древним кафелем светло-грязно-голубого цвета, повсюду висели большие советские бронзовые чеканки с какими-то богатырями и красны-девицами. Несколько растрескавшихся деревянных панно повествовали о величии этого, когда-то перспективного, города. Еще зал украшали искусственные растения, видимо, купленные где-то на кладбище, и звучало что-то непременно-апокалиптичное, про какого-то Леху, без которого ей так плохо. Ну и, конечно же, запах! Щей, жареного лука и хлорки.
Зал вмещал с десяток столиков. Хоть был уже вечер, людей почти не было. Народ, видимо, предпочитал более демократичные закусочные, коих по соседству мы насчитали не менее четырех. Или люди просто покупали водку и бормотуху в магазинах и распивали на ближайших детских площадках. Так что в кафе было, можно сказать, уютно и камерно. Столик возле входа был занят двумя парнями в спортивной китайской одежде и кепках, с явными признаками раннего алкоголизма, врожденной тупости и агрессии. На столе стояла пустая бутылка водки и три пустых пива, они громко обсуждали, что им делать дальше, забуриться к Сереге, купить еще бухла и вызвать телок, или поехатьбить ебальник и выколачивать долги из какого-то там чмыря. Судя по натюрморту и разговору, эти двое уже уходили.
Еще один столик, ближе к раздаче, занимали еще три человека. По виду явно не из местных. Да и лица их мне показались знакомыми. Это были двое мужчин и женщина, все трое неопределенного возраста, но явно чуть старше тех, "кому за..."
Мы подошли к раздаче - или это была барная стойка?..или прилавок?.. В любом случае, за ним стояла толстая буфетчица со взглядом бляди, давно ушедшей в тираж, и вытравленными грязновато-голубыми волосами, почти как цвет кафеля в зале кафе. Пока Сатана и Чебурашка выбирали, чем будут закусывать, сколько и какого нужно взять бухла, я пошел занимать столик. Вернее, я просто плюхнулся на стул рядом с теми троими. Меня мучило любопытство, где же я их видел? Трое надменно меня не замечали, продолжая выпивать, закусывать и говорить. Тот, который был побольше остальных, в коричневом замшевом пиджаке, черной рубахе и розовом шелковом платке на шее, говорил второму, в засаленной темно-синей куртке, обильно посыпанной перхотью, о каких-то прорывах, подъемах, победах, поражениях и стремительной деградации. Дама с тяжелым слоем косметики на некогда красивом, а нынче пропитом и постаревшем лице, лишь время от времени говорила -Ах, право, не стоит быть таким категоричным, -и отпивала из стакана вино грязно-коричневого цвета.
Большой не обращал на нее внимания, продолжал говорить засаленному:
– Нет, Олежка, они просто бездари и ничтожества! Я не понимаю, почему они так с тобой, ведь ты настоящий живой гений, столп современной русской литературы! А темы, темы-то какие у тебя! И ведь ничего не боишься, рубишь правду-матку. Можно сказать, пласты ворочаешь, копаешь до самых глубин. Ты постиг суть вещей, а им бы что-нибудь попроще, и что продавалось бы легко. Вот твоя прошлая книга про Донбасс, ты же там буквально постиг тайну русской души, показал величие и доброту нашего солдата, и со всей смелостью и бескомпромиссностью обрушился на украинский фашизм, буквально разорвал его на части, вывернул наизнанку, и показал всю его ничтожность изнутри. А какова там любовная линия, ах какова! Сейчас так не делают! Сейчас все про золушек пишут.