Будни Ада
Шрифт:
И мы отправились в путь...
Уровень 4
Шли мы долго, шли по лугам, лесам и болотам. Изредка нам попадались убогие деревеньки некогда великих колхозов-миллионеров, мимо нас постоянно проносились роскошные европейские автомобили, надежные японские машины, мощные мотоциклы, огромные американские фуры и прочие "Жигули". На пути попадались небольшие придорожные кафе, с одним единственным названием на всех - "У Вазгена", и много других вещей, не привлекавших особого внимания в силу своей повседневности.
Спускаясь
Мне не было понятно, куда мы идем, и что это за объект. А потом мы вообще зашли в лес, и нечто от нас скрылось. Еще несколько часов пути по лесным просекам, масса гнуса и смертельная усталость... И мы, наконец, вышли на огромную поляну, посреди которой возвышалась гигантская статуя. Статуя Кадырова.
(Лыков)
– И зачем мы сюда пришли?
(Сатана)
– Мы должны извиниться. Эту статую не зря же тут поставили. Усталый русский путник должен, проходя мимо, извиниться перед Кадыровым, таков обычай!
(Лыков)
– А почему статую не поставили возле трассы? Зачем надо делать такой крюк?
(Сатана)
– Тебе же русским языком сказано, что "усталый русский путник" должен извиниться, а если бы статуя стояла возле трассы, то путник недостаточно устанет.
(Лыков)
– Хм... Логично! Тут не придерешься.
С полчаса мы стояли и извинялись, а потом пошли обратно. Примерно через час мимо нас пронеслась черная машина с тонированными стеклами, государственными триколорами и мигалками. Она мчалась к статуе. Сатана раскланялся перед несущейся навстречу машиной и еще долго кланялся, глядя ей вслед. Потом объяснил, что это тоже путники, они едут извиняться перед Кадыровым, ибо таков обычай.
(Лыков)
– А в машине-то кто был?
(Сатана)
– Признаться, не успел разглядеть, но с мигалками у нас простое быдло не ездит, по машине сразу видно - серьезный человек!
Потом мы еще долго шли в сторону трассы, начало смеркаться, и мы решили разбить лагерь в лесу. Так закончился первый день нашего пути...
Уровень 5
В тот вечер мы не нашли никакой придорожной гостиницы, пришлось расположиться прямо на берегу живописной вонючей речушки. Разожгли костер, Сатана откуда-то достал бутылку "Карачинской", несколько конфеток "Коровка" и пять бутылок водки.
– Знаете ли, литр на троих много, а одному мало, поэтому я выбрал оптимальный объем. Будет чем поужинать и о чем поговорить.
(Чебурашка)
– Это хорошо, что есть водка, нам, русским людям...
Мы с недоумением посмотрели на это лохматое ничтожество.
– Ну, в смысле, я хотел сказать, нам русским, без водки никак нельзя. Водка помогает нам найти взаимопонимание между нами, найти консенсус и обрести коллективное дао. Водка - это национальная идея! Водка...
(Лыков)
– Не еби мозг, сначала выпьем, а потом и поговорим. Рогатый, наливай!
Выпили по стакану,
запили водичкой, закурили...(Лыков)
– Ну, теперь можно и попиздеть. О чем ты,ушастый, хотел поговорить?
(Чебурашка)
– Хороший задушевный разговор не может начинаться с вопроса, о чем поговорим, это всегда экспромт, иначе получается скучно и фальшиво. Либо всегда сводится к теме сисек.
(Сатана)
– А что, я вот никогда не против поговорить про сиськи.
(Чебурашка)
– А я вот всегда проигрывал в конкурсах мокрых маек, поэтому мне и говорить-то собственно не о чем. Так что говори сам.
(Сатана)
– Ушастый, вы решили-таки подъебнуть? Ты смотри у меня!
(Лыков)
– Давайте расширим тему, к сиськам добавим всю остальную тушку, со всем ее говном, жижками и перхотью, чтобы в итоге получилась цельная баба. То есть, поговорим о бабах, а не только о сиськах. По мне, так вполне нормальная тема для нашей беседы.
(Сатана)
– Может, лучше про политику?
(Лыков)
– Да хуй с тобой, давай для разминки про политику. Ну, а потом про баб! Но сначала наливай, иначе уйду!
(Сатана)
– Намек понял!
Выпили, запили водичкой, закурили...
(Лыков)
– По мне, политика в России напоминает секс пожилых людей. В старости трудно имитировать эрекцию, а нашему обществу стало трудно имитировать мыслительный процесс. А еще, в старости ты надеешься получить от секса удовольствие, но чаще всего получаешь только травмы. И с политикой так же, надеешься на удовольствие, а получаешь Единую Россию.
(Чебурашка)
– Кстати, в старости не то чтобы трахаться, просто ухаживать за бабами уже становится лениво. Как подумаешь, что нужно вести эту пожилую бюджетницу в кино, в музей, в кафе, так наступает полная апатия и непреодолимое желание просто выпить и посмотреть порно. Нет, определенно, в зрелом возрасте женщины более конкурентоспособны исключительно с определенным запасом блядства, которые сразу дают, без всякой подобной прелюдии. Поэтому мы их и выбираем.
(Лыков)
– Поэтому мы и выбираем Единую Россию.
(Сатана)
– По-вашему получается, что блядство - это двигатель секса у тех, "кому за", причина победы Единой России, и единственное объяснение, почему в основном старые пердуны и ходят на выборы? Я бы щас выпил за блядство, но мы итак же уже пьем.
Выпили, запили водичкой, закурили...
(Лыков)
– Кстати, рогатый, а у тебя как с этим, ну с бабами?
(Сатана)
– Ну, я же типа падший ангел и все такое.
(Лыков)
– И чо?
(Сатана)
– У ангелов ни пизды ни хуя, не ебемся мы.
(Чебурашка, уже захмелевший)
– Сочувствую, старик.
(Сатана)
– Я не переживаю, я самодостаточен, во мне одинаковое количество женского и мужского начала, я могу сам с собой сливаться в любви...
(Лыков)
– Онанист?
(Сатана)
– Прекрати нести херню! Это намного больше чем онанизм, это секс с самим собой, но тебе, половинчатый, этого не понять. Я получаю одновременно и мужской и женский оргазм!