Ассы в деле
Шрифт:
– Мне надо идти.
– Может, останешься? Еще на часок.
– Я бы рад, но кое-кому нужна моя помощь.
– О!
– Питер воздел указательный палец, - Секунду!
Затем он вошел, пошуршал чем-то у двери и вернулся с красочной коробкой.
– Это тебе.
– Не стоит, право.
– Нет, нет, это не от нас. Кажется это передал кто-то из твоих. (ЧЕРТ КАК У ВОННЕЛА ОСТАВИЛИ КОММУНИКАТОР ЕСЛИ ЕГО ВЫКРАЛИ?! МОЖЕТ ГРЕЙС ПЕРЕДАЛА?! (?))
Воннел осторожно взял коробку.
– Не волнуйся. Охрана проверила - это не бомба.
Тогда Воннел быстро и нервно разорвал
– О, да это же Пьеро!
– воскликнул Питер.
– В смысле?
– Пьеро. Древняя театральная кукла.
– Снова этот ваш чертов театр...
– Нет, театр как раз таки ваш, - Питер протянул руку и коснулся пальцем грустного кукольного личика, - Совсем как я еще сегодня утром. Правда?
– Да нет, пожалуй, это я.
Он вылез из суфлерской будки. Маленький толстый человечек, в клетчатом пиджаке встал во весь свой небольшой рост, отряхнулся и поднял правую руку. Тот час к нему подскочили два киборга, поднесли кресло. Человечек сел, откинулся на спинку и заговорил.
– Мадам. Я должен кое-что вам рассказать. Благо, у нас с вами достаточно времени, до тех пор пока не явился ваш друг, - он грустно вздохнул, - Меня зовут Денис Дюррен. Я прибыл из далека, со скромной планеты Бент-Уган-Шаир. Там не было корпораций и псивизора, люди не доживали до шестидесяти, но это было лучшее место в Галактике. До некоторых пор...
Иногда там где виден злой умысел оказывается простое совпадение. Или что-то вроде того.
Воннел шел пешком до варп-тоннеля. Конечно, думал он, Питер не мог быть убийцей. Воннел сделал ставку на то, что маньяк не будет везти слишком уж сложную игру и всю дорогу сопровождать доктора. А еще он подумал, что в сложившейся ситуации лучше просто допустить, что Питер действительно нормальный рефлексирующий интеллигент, способный скорее на самоубийство.
И вот, проблема решилась. Единорог спасен.
Воннел шел к тоннелю и чувствовал как победа наполняет его надеждой, он был уверен что теперь уже справится с чем угодно. С любым маньяком.
Перед тем как вспышка подпространственого перехода унесла его в другую часть города, он крепко сжал в руке коммуникатор, который все еще имел облик бластера.
А потом, когда в нос доктору Воннелу ударили знакомые запахи Нью-Анджелесского правобережье, он поднял коммуникатор и вызвал Нину.
В детстве он однажды прочел, что в стародавние времена связь была настолько плохой, что можно было услышать ответ оператора: "Клиент находится вне зоны доступа". Но уже лет пятьсот или более, с тех пор как была налажена подпространственная связь, такого ответа не существовало. Оператор лишь мог предупредить, что клиент находится очень далеко, например в другом рукаве галактики, и потому будет включен роуминг. Если коммуникатор отключен или сломан, об этом тоже сообщат.
Вместо голоса Нины, Воннел услышал:
– Клиент находится вне зоны доступа. Либо внутри аккреционного диска слишком большой черной дыры,
либо за пределами вселенной.Появился повод для беспокойства.
Воннел попытался связаться с Боузером и получил тот же результат.
Ни у Тоддда, ни у старика Говарда коммуникаторов не было. Доктор вынул из коробки Пьеро и сунул себе под куртку. Теряя драгоценные минуты, он рванул в офис. Внутри оказался только Капитан.
– Она ушла в театр.
– важным голосом произнес он.
– Смотреть спектакль. И будет не скоро.
– В какой театр?
– А...
– Говард посмотрел сквозь него.
– Театр, да.
– Какой театр?
– Не помню. А, Ружья Дюррена! Точно, ружья. Маленькие свинцовые шарики.
Дюррен все говорил и говорил, а киборги кивали в паузах. Он сиял искренней детской радостью, и совсем не походил на убийцу.
– Вот как вы думаете, мадам, почему я давал подсказки, почему я так хотел чтобы вы нашли меня?
– Потому что ты - маньяк. Тебя мучает совесть и ты в тайне хотел, чтобы тебя поймали.
– И вы так и сделали, - сказал Дюррен, и обвел руками трибуны.
– Нет мадам. Я хотел вам доказать, что ваш мир абсолютно безумен. Вы глупы и беззаботны. Вы считаете, что вы совершенны, что ваше сегодня лучше вашего вчера. Но вот пришел я, убил одного из вас, сунул вам под нос улики, а у вас не хватило ума найти меня без моей же помощи. Вы не умеете страдать, и ваши актеры забыли какое бывает лицо у человека, в спину которого угодил свинцовый шарик. Он останавливается, снимает очки и изображает на лице чувство, которое возникает при запоре.
Дюррен весь ушел в свою речь, брызгал красноречием и слюной, но только не заметил как в полу открылся люк. Кибертехник готова была поклясться, что люка до того не было.
А теперь он поднялся и Нина прочитала перевернутую надпись ржавым металлом по ржавому металлу. "Машинное отделение".
Потом оттуда вырвался столб пара, поднялся в воздух на пять метров, разползся грибком и стал оседать.
Дюррен тем временем замолк. Он смотрел на опускающийся туман не столько со страхом, сколько с возмущением. Его прервали.
– Какого черта!
– воскликнул маньяк.
– Черти это по вашей части, молодой человек, - сказал голос, показавшийся Нине знакомым. А когда туман опустился, она увидела уборщика Чена. Неуклюжего, высокого как полтора баскетболиста.
Чен был уборщиком в АССе. Появлялся он редко, что не мешало ему держать офис в чистоте. Не отличался многословием, а за работу свою не брал ни копейки. Сторонний наблюдатель заметил бы, что чаще всего Чена можно было увидеть в самое трудное для конторы время. Сами сотрудники АССа о подобном не задумывались.
– Я тут краем уха кое-что услышал, - продолжил уборщик, - Не то чтобы я подслушивал. Скорее это вы слишком громко...
– Черт побери, как ты сюда попал?! Тут нет другого входа.
– Я уже сказал, господин Дюррен, черти по вашей части.
Чен даже не повернулся к Нине. Он стоял по колени в тумане и смотрел на маньяка. Дюррен сидел в кресле и туман доходил тому до подбородка. Выходило так, будто некая отрубленная но еще живая голова лежит на земле перед древнем могучим божеством.