Триллеры

– Все равно куда, лишь бы вас не видеть. – Ахахахахахахах – снова залилась проститутка, – да ведь от себя не уйдешь, голубчик. Я открыл дверь и вышел в пустоту. Не знаю, сколько я так брел, но внезапно наткнулся на какое-то препятствие. Первый ощутимый объект за столько времени! Я начал ощупывать…

От воротной башни оба всадника вдоль кремлёвской стены направились по Васильевскому спуску. За ними потянулись сначала ряды знамён и хвостатых штандартов, потом плотные шеренги всадников: под тусклым апрельским солнцем начищенной сталью сверкали шеломы русских дворян и морионы 5 шведских драгун, густым…

– Туалет можно сделать в углу и соорудить для него ограждение одной из простыней, я нашел ведро, куда будем справлять нужды, – человек Два морщится. – Только вопрос в том, как избавиться от запаха. Не знаю, как для вас, но мне крайне неприятно думать о том, чтобы спать в сопровождении туалетного смрада.…

Что?! Она потрогала его бицуху!!! Да как же так?!!! Ну, Макс! Ну, я тебе… А всё, она попрощалась с ним и ушла, торопится на работу – ложная тревога, всё хорошо. Всё-таки он ей неинтересен, но всё равно, нужно быть с этим соседом начеку. Мой взгляд продолжил следовать за Марией, пока не увидел…

Мое знакомство с Рейдером произошло по переписке. На тот момент я знала из новостных сообщений и тру-крайм-книг о том, что он считался добропорядочным отцом семейства и председательствовал в церковной общине, одновременно ведя жизнь серийного убийцы. Среди его жертв была семья из четырех человек. Хотя…

– Я уже ухожу, – сообщил он, забирая шляпу со стола. – Мистер Блэквуд, приятно познакомиться. Дуглас, позвоните мне, когда снова возникнет желание… проконсультироваться. Я сел на свое место и быстро вытряхнул пепельницу в корзину под столом, разгоняя остатки гвоздичного дыма. Блэквуд недовольно принюхался,…

– Как пусто стало, – тихо говорит она. В ее голосе звучит одиночество. Помещение, в котором ничего нет, в самом деле кажется очень просторным. Однако кое-что в нашей комнате все-таки остается. Как ни стараемся мы отвести взгляд от этого, ничего не получается. Оно как бельмо на глазу. На стенах…

Мне – пять лет. Кто заметит пятилетнюю девочку, сжавшуюся в комок возле покрытой плющом стены? Свисающие до земли лозы шевелятся от ветра, то заслоняя, то вновь открывая громаду донжона на фоне утреннего неба и чёрный силуэт повешенного, почти теряющийся в лучах яростного утреннего солнца. Ему было четырнадцать,…

- Заманчивое предложение, но я, пожалуй, пас. - честно признался Ян. Макс удивленно всплеснул руками: - Да брось! Девчонки огонь! Ждут тебя! А ты отказываешься? Не понимаю тебя. Ян пожал плечами: - Ты прав. Девчонки очень горячие. Тебе сказочно повезет этим вечером. Друг театрально схватился…

Спящая девушка сладко потянулась и, повернувшись на другой бок, уткнулась маленьким носиком в плечо Яна. Ее мягкие длинные белоснежные волосы с частым вкраплением бирюзовых прядей невесомо легли на плечо парня. Он брезгливо отодвинулся и, осторожно встав с кровати, проследовал в ванную. Торопливо приняв…

Аппарат не работал вообще. Отдаленным эхом со стороны дверей послышались наполнившие коридор испуганные крики, тревожные возгласы, топот ног; молодая женщина встала, опираясь о койку дрожащими руками. Дверь внезапно распахнулась, в темноту ворвался яркий луч фонарика в руке медбрата, и палату наполнил…

– Он ваш родственник? – Друг. – А откуда он? – С юга. Охотник. – Учитель? – Типа того. – Нет, не видел… А еще какие-нибудь приметы будут? – почесал щетину юноша. – Ну… Он не особо болтлив, а еще он был живорожденным… – Тогда точно нет. Такие, как в Ред Вотер попадали, то их сразу всех…

Детективу нравилось думать о хрупкой, почти эфемерной безопасности его квартиры. Но при этом он понимал, что лживый домашний уют – это поистине издевательские нотки в сарказме судьбы. Ведь так жестоко наблюдать за уставшими подобиями людей, приходящими к себе в обиталище после того, как за день они разгребли…

– Ваш муж бил вас? Издевался? – Нет, – Соня подняла на женщину, задавшую этот вопрос, безразличный взгляд. – Не всегда нужно бить, чтобы унизить человека. Да и слово иногда бьет хлеще руки. Я терпела пять лет, но больше не могла смотреть на то, как он делает вид, что он идеальный муж, а я – плохая…

Я погладила фотографию, оставив очередную отметину пальцев на уже протёртом месте, и спрятала её подальше от чужих глаз. Хоть какая-то её часть останется только моей. Мы уже снижались над аэропортом Орио-аль-Серио, отчего весь самолёт пришёл в нетерпеливое ожидание. Тикающая бомба замедленного действия,…

Виктор вышел из офиса и направился к станции метро, наслаждаясь прохладным осенним воздухом. Дождь утих, и асфальт блестел под лучами вечернего солнца. Люди спешили домой. У входа в метро сидел старик с седой бородой, просящий милостыню. Витя, не задумываясь, бросил ему пару монет, прежде чем продолжить…

Другие водители меня ненавидели: я подрезала, резко перестраивалась, совершала весьма опасные манёвры. У меня полностью отсутствовало чувство самосохранения и при этом была твёрдая уверенность в своей удаче. Даже когда я улетела с трассы, я отделалась лишь лёгким испугом. Ну, и круглой суммой на восстановление…

Василий усмехнулся, закинув ногу на стол, и состригал ногти, которые разлетались по всей комнате, и, не отрываясь от своей задачи, добавил: – Да мне кажется, ты просто не способна на большее. Не обижайся, просто констатирую факт. И убери тут потом, что мы как свиньи в грязи живем, вон уже два дня не…

Когда он вошёл в конференц-зал, его встретил строгий взгляд детектива Марины Локвуд, женщины с резкими чертами лица и острым взглядом, который казалось, проникал в самую суть. – Доктор Лейн, – начала она, раскладывая на столе снимки с камер наблюдения, – нам удалось восстановить запись за три часа…

– Что за чёрт? – прошептала она, но собственный голос прозвучал глухо, словно слова утонули в этой густой тишине. Тишина прервалась звуком шагов. Вера резко обернулась и увидела двух мужчин. Оба были в строгих чёрных костюмах, их лица светились мягким, но странно отстранённым светом. Один из них, высокий…