Триллеры

– Восхитительно, но все же идея плохая. Мне кажется, нам не стоит притуплять ощущения. – Он поставил бокал обратно и заглянул ей в глаза. – Ты взяла инициативу на себя. Это значит, что сегодня главной будешь ты? Она встала, подошла к нему ближе и одним пальцем погладила его по щеке. Ее высокие тонкие…

– Мне страшно, – глотая слезы, проговорила Юля. – Все будет хорошо, – попытался успокоить ее Игорь, прекрасно осознавая, что говорит неубедительно. Пол под ними снова качнулся, и Юля вскрикнула от страха. «Да замолчишь ты или нет?» – с досадой подумал Игорь, не зная, как успокоить свою случайную…

Джон Мэйл отвел взгляд, чтобы защитить себя. Тогда она не узнает о том, что он идет. Энди Манет смотрела на дождь и темную завесу вдали. На лужайке у берега раскачивались на ветру высокие соцветия белых флоксов. К уик-энду они отцветут. Одинокий рыбак сидел с пяти часов дня в арендованной у Ирва…

Подняв глаза, Элис оборвала смех. В сорока ярдах от дома, на Орчард-драйв, медленно разворачивалась патрульная машина. — Сегодня гестапо не спускает глаз с мирных крестьян, — сказала она. — Что? — Таннер старался приладить колесо к оси. — Лучшие люди Сэддл-Уолли трудятся…

Я привыкла к смерти. Мне знаком ее запах, ее вид, ее суть. Профессия закалила меня эмоционально, и я многому научилась. Но слова старухи пробили броню, в которую я сама себя заковала. Снова закружилась голова. «Все из-за высоты», – подумала я, опустив голову и глубоко дыша. Большую часть жизни…

За стеной послышались шорох и придыхание, и Маша, как всегда, инстинктивно от стенки отодвинулась. Ей казалось отвратительным прикосновение – пусть даже через стенку – с тем действом, которое ее мать, всегда выбиравшая четкие определения для всего и вся, называла с какой-то фальшивой приторностью «избавлением…

Отец и дочь стояли, тесно прижавшись друг к другу. Свои места они уже давно уступили женщине с четырьмя детьми. В начале долгого пути дети еще возбужденно и шумно следили за происходящим за окнами, но сейчас, утомленные, спали. Их маленькие черноволосые головки лежали на коленях и плечах матери. Все…

Том поднял руку, давая водителю сигнал остановиться. Когда двери автобуса открылись, он улыбнулся. Это была насмешка над самим собой, запоздалое признание того, что все эти годы он скрывал под маской бесстрашия свою уязвимость перед женщиной. – Зато какая женщина! – сказал он водителю, отсчитывавшему…

И потом ее сердце сжала ледяная рука, и она подумала: «Но мне повезло, что я хоть это-то получила. В конце концов, людям не очень-то по душе дознание коронера, даже если коронер и оправдал меня ото всех обвинений!» [3] Помнится, он даже похвалил ее за быстроту решений и храбрость. Лучше и быть…

Согнав с лица язвительную усмешку и предостерегающе подняв бровь, она резко повернулась, чтобы покинуть крохотную комнатку, которую я делила с Робертиной Кавано. Чувствуя себя все еще не в своей тарелке от общения с этой, мягко говоря, малоприятной женщиной, я смотрела, как ее величественная фигура…

Ей на шею надели и плотно закрепили кольцо из нержавеющей стали. Крошечный зеленый огонек светодиода мигал на уровне ямки под горлом. В этом месте в кожу больно впивались острые шипы. Так вот что разбудило меня… Сейхан протянула руку к электронному ошейнику и осторожно провела кончиком пальца по…

Абигайль вставила ключ в старый металлический замок входной двери. Петли заскрипели, как в фильме ужасов. Дверь была уже открыта. — Подожди минутку, — произнесла она, хотя Пол и без того молчал. — Входная дверь не заперта. — Что? Он тоже ее не слушал. — Я сказала, что входная дверь открыта, —…

Абигайль вставила ключ в старый металлический замок входной двери. Петли заскрипели, как в фильме ужасов. Дверь была уже открыта. — Подожди минутку, — произнесла она, хотя Пол и без того молчал. — Входная дверь не заперта. — Что? Он тоже ее не слушал. — Я сказала, что входная дверь открыта, —…

Мы ставим тебя на циновку. Вождь произносит речь. Пытается рассказать про твои заслуги, но сбивается на забавные случаи. Какой-то янке хихикает, толкая локтем приятелей. Все облегченно вздыхают, когда нудные разглагольствования заканчиваются, а госпожа Бонда разводит руки и начинает похоронный плач.…

— Приедешь на похороны? А надо? Зачем я там нужна? Если при жизни не виделись, неужели после смерти отцу станет легче, если я приеду? — Само собой. Диктуйте адрес. Я взяла карандаш и под диктовку скрипучего голоса нацарапала питерский адрес покойного родителя на картонке от пачки сахара. * *…

Ой! Что это? Кто-то вскопал под ЕГО коленом песок. Центр тяжести тела давно перешел на колени, поэтому они стали вдавливаться. ОН медленно опустил глаза. ОНА смотрела устало и вяло. Но это только внешне! ОНА хитрая! Давала понять, что сейчас уползет, а сама и не думала. Кто-то опять стал копошиться.…

Разумеется, позже я уже не мог написать ничего подобного, и на какое-то время стало расхожим мнение, что я принадлежу к числу так называемых авторов одной книги. Что «Шпион, пришедший с холода» стал моей большой, но случайной удачей, а остальное уже не шло с этим романом ни в какое сравнение. Моя следующая…

— Да нет же, я серьёзно! Никогда не замечал? Так вот, знай — так оно и есть. Взаправду! — Ну и пусть! «Похоже, до этого сопляка начинает доходить, что все мои приколы принимать за чистую монету не стоит», — огорченно подумал Том. И тогда он решил пойти ва-банк: — А знаешь ли, дружок… что старые…

— Видел ли твой Ка [9] тело убитого, брат Хафра? Услышав это имя, пленники в ужасе забились, а начальник жреческой стражи, чьим именем матери пугали не в меру расшалившихся детей, поднял голову и взглянул Великому Иерофанту в глаза: — Да, преподобный. Да ниспошлют все боги Египта жизнь и процветание…

Андрей прокрался к вешалке, всунул ноги в кроссовки, а руки в рукава куртки, схватил ключи и выскочил за дверь. Он спустился на улицу, с трудом закурил и уставился на свой сотовый телефон, как будто тот сам должен был позвонить куда следует. – Ни хрена себе я с вахты приехал! – наконец выдал Андрей…