Триллеры

– Демид, звучит так, будто речь идет вовсе не о трубах! – ахнул Свиридов. Не снимая сварочного шлема, он подпер рукой в толстой перчатке подбородок, изображая задумчивость. За механиком заржала почти вся корма. Демид тоже расхохотался. Его зубы засверкали, и одна из чаек заинтересованно закричала.…

Глаза уже привыкли к темноте, и Юля отчетливо видела, что перед ней точно никого нет. Тогда – справа, где окно? Или, может, слева, где дверь в коридор? Сердце учащенно билось. Девушка посмотрела в сторону окна – неужели оттуда кто-то за ней наблюдает? Но в окне никого не было. Действительно, четвертый…

"Знаю, ты потерял меня, Камиль. Ты думаешь, что я бесследно пропал и вряд ли когда-то найдусь, хотя последнее ты отрицаешь, ведь так? Так вот, я живой. У меня все хорошо, я живу в особняке неподалеку от серпантина, ведущего на Красную гору. Спроси у своего дружка Луиса, он точно знает, где это. Я очень…

– От каких? – Сколько человек будет впереди вас. И от того, в каком состоянии ваши документы. – Послушайте, – не выдержал я, – мне нужно быть у доктора Ивз через пару минут. А на обратном пути я займусь пропуском. – Боюсь, что нет, сэр, – возразил он, все еще глядя куда-то в сторону. Затем скрестил…

Самолеты, садящиеся и взлетающие на заднем плане, разрешили одну маленькую загадку. Должно быть, Антония в Хитроу, после поездки в Нью-Йорк или Токио, где, возможно, справлялась с кризисом, вызванным неожиданными колебаниями индекса Доу-Джонса или Никкей. Триш улыбнулась было, когда на экране засверкали…

Ему до чертиков надоело то, что Геммелл вечно заставляет детективов по крохам вытаскивать из него информацию. – Твой приятель любит поиграть в догонялки. Смотри сам, Кэм. У нее на шее следы рук, значит, ее душили, хотя умерла она не от этого. Но есть еще кое-что интересное. – Это имеет для меня…

– Смотри, милая! – я с силой топаю. У ласточек начинается легкое землетрясение – они черно-белыми молниями выскальзывают из нор, чертят над самой поверхностью стремительные зигзаги. Ты восхищенно взвизгиваешь, когда одна выстреливает буквально из-под наших ног. – Какие длинные… – это уже про водоросли,…

– Да. – Но почему он это сделал, как вы думаете? – Говорят, что испугался, но дело было, конечно, не в этом. Что-то его тревожило. Нельзя выходить на ринг с какой-то заботой на уме. Публике-то все равно. Все, что ей надо, это глазеть на борьбу. Публике не важно, какие у вас заботы. Вы должны о них…

-Здравствуй, Вэнди, - улыбаясь, произнес Харрисон. Она вспыхнула и бросила на него холодный взгляд. -Мы уже на ты? - возмущенно спросила она. -Да! Мне надоели эти церемонии, - насмешливо сказал он. -Позвольте пройти! - Вэнди попыталась обойти его, но Джек ее не пропускал. -Нет! - твердо ответил…

Когда Джейн повернулась, чтобы уйти, в пыли, под ногами у нее что-то блеснуло. Она нагнулась и подняла узкий золотой зажим для галстука, на котором было выгравировано имя: «Дюк». В задумчивости Джейн посмотрела на зажим и швырнула его в реку. Зачем кому-то знать, что Джейн видела этот зажим? Люди могут…

У просвета между зданиями он остановился на секунду и посмотрел на горы. Влажные от дождя, окутанные дымкой оливковые деревья покрывали склон горы, по которой змеилась дорога. Через месяц или два здесь зацветет лаванда, покрыв окрестности цветным душистым ковром. Терри вытянул шею, разглядывая дорогу,…

– Тетечка, я заказала тебе еще два пирожных, – проворковала Ванда, и официантка поставила перед тетей Кларой две тарелочки с изумительными творениями кондитерского искусства: шоколадным, с засахаренной вишенкой, и ананасово-клубнично-виноградным, с желе. Тетя Клара посмотрела на часы, висевшие на стене…

Холод пристально оглядывал окно напротив. Дойл тоже — но из-под очков. Моим телохранителям без дела скучать не приходится, а кое-кто из тех, кто мечтает до меня добраться, умеет летать. Нет, мы не думали, что Таранис хочет моей смерти, но зачем же тогда он обратился в полицию? Почему настаивает на заведомо…

Рега прошел дальше, бесшумно ступая войлочными сапогами по вымощенной камнями дорожке. Пока что он не видел ни одного человека: ни солдата, ни монаха. Потом за ревом пожара он расслышал тонкий, жалобный звук. Присев на корточки за одной из громадных деревянных колонн, окружавших главный двор, Рега…

— Я пришел только сказать вам in bocca al lupo, [1] так мы желаем удачи. — У нас в Испании удачи желают довольно грубо: «Побольше дерьма». — Дерьма? Артисту? Не понимаю. — В давние времена ходить на концерты могли себе позволить только состоятельные люди, которые приезжали в экипажах, запряженных…

Подмосковный дачный поселок Отрада (сорок минут на электричке с Казанского вокзала). Примерно в километре от поселка в пяти флигельках размещалась наша больница, столетняя, когда-то еще земская. Запущенный парк, заросший пруд, дворянская беседка над ним, старинное кладбище, на котором не хоронили много-много…

Сьюзен скривилась при мысли, что сама была недостаточно осторожна, и пообещала себе найти утечку — выяснить, кто из секретарей или помощников редактора дал ее домашний адрес, — а потом предпринять все необходимые шаги, чтобы пресечь это в будущем. Она всегда тщательно оберегала свое инкогнито, считая…

«ПАД…ЕНИЕ ВВЕРХ». Падение вверх — это когда нет смерти. Так они и написали, те девочки. На сложенном вдвое листке бумаги, красивым, каллиграфическим почерком. Сунули записку в щель чердачной двери, а потом шагнули вниз, с девятого этажа. Им было всего по четырнадцать лет. Слишком мало для подобных…

С Биллом у меня сложились отношения любви-ненависти. Он отличный издатель, много лет был замечательным собутыльником, но всерьез считал себя «наследником» Максвела Перкинса. [2] Мы же, авторы, очень чувствительны ко всему, что касается нашей работы, поэтому у нас с ним в прошлом возникали творческие…

— Можно один вопрос? — спрашиваю я, прежде чем положить трубку. — Конечно, — говорит Маркус. — Почему так дешево? В чем проблема? Лилла толкает меня локтем и корчит рожу, но я не обращаю на нее внимания. — Дом большой, — спокойно отвечает Маркус. — Очень…