Современная проза

Она попробовала было протестовать, запрещать, спорить, дуться, испробовав один за другим все известные ей методы воздействия, ранее безотказные, но оказавшиеся совершенно бесполезными против этой новой особенной вениной задумчивости, этого нового затуманенного вениного взгляда, обращенного невесть в…

София соскочила с табуретки и прямо с письмом пошла в ванную. Встав перед зеркалом, она посмотрела себе в глаза. — Я — София Амуннсен, — сказала она. Девочка в зеркале и бровью не повела в ответ. Что бы ни делала София, она лишь в точности повторяла ее движения. София попыталась опередить свое отражение…

В ответ на его непрестанные домогательства, Грегор, в свою очередь, надоедал дяде Фину, считая (так же, как и я), что Финеас знает о книге больше, чем кто-либо иной. О том, как найденный мною манускрипт очутился в гламорганширских руинах, мне суждено было узнать значительно позже. Необходимо упомянуть…

— Ванда, нет у меня времени читать эти строки сейчас или когда-либо еще. Так что позвони ему сразу и… — Босс, я уже поглядела, — перебила его та. — В этом месте у Матфея говорится: «…и пойдите скорее, скажите ученикам Его, что Он воскрес из мертвых. И вот Он идет пред вами в Галилею: там Его увидите…»…

Я кивнул и ускорил шаг. Я видел ее впервые в жизни. Доверительная интонация меня тронула. Восемь раз оштрафовали, ничего себе. Почему именно мне выпала честь воспринять столь 1 захватывающий факт чужой жизни, я не задумался. Ответ давно известен. Тут же память подкинула картинку из бурного прошлого:…

Заметив, что художник, поглощенный своим делом, уже перестал ее слушать, она спросила: — А сколько вы будете платить моей дочери за час? Художник, не отрывая глаз от холста, назвал сумму. Мама схватила мои вещи, которые я повесила на спинку стула, кинула их мне прямо в лицо и скомандовала: …

Джонс, говорит Бэнкс. Точно, Джонс, я знаю. Откуда? Знаю и все. Бэнкс всю неделю заведенный ходил, потому что его Бикль заставил петь в одиночку в актовом зале, при всех. Бикль — это мистер Тревис [1] , директор школы. Мы его так прозвали, потому что у него крыша съехала, насовсем. Только…

— Это ты сегодня так пишешь, — говорит мне мой сын, — а тогда ты об этом думал? Я и тогда об этом думал, но никому об этом не говорил, я боялся, что меня поднимут на смех. Как-то раз мать отца, которую мы за глаза называли Американкой, угощала меня молочным супом, а я ел очень медленно,…

— Черт! — Я обхватила голову руками, стараясь удержать половинки вместе, и спикировала с постели на холодный деревянный пол, ударившись лбом о прикроватный столик и смахнув по пути захлебывающийся будильник. Кружась в воздухе, он отлетел на пол за моей спиной, и несколько мгновений мы лежали затихнув,…

Магчыма, калі б Вінярскі меўся застацца ў гэтай клініцы надоўга, калі б была патрэба неяк выслужыцца ці, скажам, «падседзець» Стэльмаха, ён так бесцырымонна сябе не паводзіў бы. Але ён быў упэўнены, што ён тут — чалавек часовы. У яго былі зусім іншыя планы. Іван Змітравіч перагортваў, адкладаў убок…

Герой романа, отошедший (или отставленный) по возрасту от дел судебный репортер, после добровольного ухода из жизни его неизлечимо больной жены и неизвестно кем и почему совершенного на него покушения пытается разобраться с тем, что происходит с его жизнью и с жизнью общества, перебирает в памяти прожитые…

Чарльз Сноу один из тех, кто делал и делает немало для развития этих контактов между Англией и Советским Союзом. Он активный сотрудник Британского Совета — организации при правительстве, приглашающей иностранцев для ознакомления с Англией, — и многие советские писатели обязаны ему посещением этой страны,…

Интересно, радуется их приезду сын или будет тяготиться ими? Ведь они ему основательно добавят хлопот. Без его помощи им не обойтись. В чужой уклад не так-то легко вживаться. На то, чтобы его понять, нужно время. Много времени. Может и целой жизни не хватит. Особенно, когда жизни этой впереди остается…

   Руки батюшки вмиг сорвали с головы Фаины черный ситцевый платок, который совсем недавно выдала ей настоятельница Леонида, и принялись жадно ощупывать каждый волосок, аккуратно освобождая его из тугого хвоста. Фаина слышала, как священник ненасытно вбирает в себя запах ее волос, как громко в эти секунды…

— В сорок лет? — Казалось, сама мысль об этом представлялась ему невозможной. — Понятия не имею. Ничего, если я отвечу, что буду богатым? — Как несерьезно. — Ну, хорошо, тогда знаменитым. — Он поцеловал ее в шею. — Звучит ужасно, правда? — Не ужасно… интересно. — Интересно! — повторил он, передразнивая…

Можно метать стрелы и пламенеть гневом в адрес одичавших молодых людей, для которых действительно уже нет ничего святого. Да вот только росли они и видели перед собой примеры и образцы лицемерия тех, кто, «возрождая Россию», загнал за черту бедности половину населения, тех, кто учинил ваучерную разворовку,…

– Ты стыдишься меня? – спросил он. Она смотрела на него, гладила по голове, трепала ему волосы, ощупывала каждую клеточку его тела и улыбалась иронически, задумчиво и нежно, а может быть – проницательно? Она была такой, какой он видел ее в мечтах все эти долгие годы, с тех пор как она оставила его,…

Пока кабина медленно ползла вверх, шахта быстро заполнялась едким дымом. Между двумя верхними ярусами кабина закапризничала, потом еще дернулась пару раз и окончательно замерла, зависнув в воздухе. Конрад Ланг, прижав свитер ко рту, всматривался в дым, с каждой минутой темневший у него на глазах, так…

Этот мир был залит солнцем и умиротворен вечерней зарей, наполнен лунным сиянием и блеском звезд, теплой водой и горячим песком, гулом пассажирских самолетов и низко летящими за озеро “кукурузниками” и вертолетами с красной звездой, паровозом, который они выбегали смотреть четыре раза в день, дождями,…

Христианство, иудеи… Я побаиваюсь тех чокнутых, чья дурь сильнее моей собственной. Однако новая Женя вела свое повествование безо всякого надрыва, кое-где не в силах даже сдержать милого смешка. – Ну что ж…- бормотал я,- каждый бог и должен быть самым лучшим… Сам-то я, к сожалению, настолько испорчен,…