Современная проза

С этого дня институтская жизнь совершенно изменилась. Пошептавшись с Тетерятниковым и доложив руководству, активистки организовали курс еженедельных лекций под общим названием “История мирового искусства”. Начинать решили с шумеро-аккадских времен, поскольку Тетерятников, охотно взявший на себя такое…

— Пиздец просто. В лучшем смысле этого слова. — Конец света — можешь мне поверить. А еще она теребит тебе яйца всю ночь, пока ты делаешь вид, что спишь. А еще она ковыряется своими… ну, ты понимаешь. — Что — прямо у тебя в жопе? — Точно. — И что тут страшного? —…

– Зина! Зинка! Меня допустили!!! Зина, ее ровесница и землячка, бледная от страха перед экзаменом, бросилась ей навстречу. – Дай подержаться! У меня колени дрожат! Дай за тебя подержаться! Они обнялись, но Петелькина тут же вырвалась. – Где телефон? Где тут телефон? Я Зое должна позвонить! …

С тех пор прошло много времени. Купеческий дом не раз принимал под свои своды новых владельцев, стены которого впитывали их житейские радости, боль от потерь, и смиренно хранили в себе их переживания. И вот однажды этот дом перешёл по наследству от одного дальнего родственника к Владимиру, мужу Томочки.…

Так что он порхает вокруг, беспокоится обо всем и постоянно болтает, а потом расстраивается, когда мир обрушивается на него. И, конечно, в связи с моей явной близостью с Тайни, мир обрушивается на меня тоже. После урока я стою у своего шкафчика, понимая, что умудрился забыть "Алую букву" дома.…

Теперь я знаю, как ты ходишь, как здороваешься за руку, как улыбаешься, как вздрагиваешь от неожиданности. Анни застигла тебя врасплох во время завтрака. Ты подносишь ко рту бутерброд – и видишь направленную на тебя камеру. Растерянная улыбка, огромные испуганные глаза. Это двухсекундное событие мы расстригли…

А пора ж осіння, вітер студить низом і до всього гостро торкається, сонце, червоне та велике, поволі за млин ховається, верби листя своє, рудим підбарвлене, гейби кури пір'я весною, стрясають із себе до землі, до річки і де попало. Дітиськам ноги мерзнуть, а вони їх сунуть в огонь, ніби кусні коріння,…

-Ваша Светлость забывается. Вы забываете, Джон Сноу, что я вам не слуга. Долина не подчиняется Северу. А лорд-протектор Долины не подчиняется северному королю. Вот вам первый совет, мой король: не обращайтесь со всеми вокруг, как с вашими вассалами. Я знаю, соблазн велик. Власть кружит голову, сильнее…

Это понятно всем сейчас. Но во времена моего детства и отрочества настоящего как бы не существовало. Злобой дня довлело будущее – недостижимое, как дуга радуги. Или как « колеса Иезекииля », которые мне однажды довелось увидеть над городом в сырой и морозный зимний день. Для всей страны и ее жителей…

Мужчина зашуршал в ответ то ли пакетом, то ли одеждой, затем, встав с подоконника, стал молча спускаться вниз. – Да, я и есть Шадрин Никита Алексеевич, – сказал он, спустившись к дверям, где в проеме стояла Клава. – А вы вроде бы не работница поликлиники. Вы зашли, когда я разговаривал с медсестрой…

— Дорогие родственники, друзья и недавние выпускники академии, — громко сказал папа. Когда Фрэнки была маленькой, он говорил с легким ирландским акцентом, но теперь от него не осталось и следа. Вокруг своей иммиграции папа выстроил целую легенду — легенду о тяжелом труде и заслуженном успехе. О деньгах…

Скажу честно: этот мой «академический» опус вовсе не претендует на академичность. На энциклопедичность, впрочем, он тоже не претендует. Энциклопедия – это серьезный научный труд, который предполагает обстоятельную работу с материалом, четко выстроенные в цепочку факты, полноту освещения предмета, сугубо…

Ясуко спит хорошо, наверно, потому, что здорова. Иногда Синго кажется, что по ночам он просыпается только от храпа Ясуко. Она начала храпеть лет с пятнадцати, и родители без конца таскали ее по врачам, но после замужества это у нее прошло. И она снова стала храпеть лет десять назад. Обычно Синго сжимает…

До этого я — честное слово — ни разу не знакомился с девушками на улице. Всегда опасался, что они сочтут это неприличным и дадут отпор. Но она не стала отпираться. Сказала «ага» и позволила мне взять пакет. А потом сказала, что хотела бы по дороге домой еще зайти в кафе и заказать пару пирожных с чаем.…

— Ну да, работаю над кое-чем… Я зажимаю трубку плечом, отрываю длинный лоскут туалетной бумаги и складываю пополам. Бродский, говорят, с похмелья ходил на Васильевский остров. Этот остров отличается от Петроградской стороны тем, что люди там ходят не только по Малому и Большому, но еще и по Среднему.…

Она попробовала было протестовать, запрещать, спорить, дуться, испробовав один за другим все известные ей методы воздействия, ранее безотказные, но оказавшиеся совершенно бесполезными против этой новой особенной вениной задумчивости, этого нового затуманенного вениного взгляда, обращенного невесть в…

Как-то какой-то стекольщик разбил на дорожке большое стекло, и осколки лежали, поблескивая на солнце сотнями пенсне дяди Славы, и моя бабка, чей муж, то есть мой умерший дедушка и железнодорожный бухгалтер, тоже всю жизнь проносил пенсне, сказала сочувственно, что пенсне украшает мужчину. И по-вдовьи…

Не притворяйся, что не знаешь, о чем речь. Это твое лицо. Теперь улыбнись — если еще можешь. Это твоя главная скуловая мышца. Каждое сокращение тянет плоть в стороны, как растяжки открывают шторы у тебя на окне гостиной. Будто канаты раздвигают театральные кулисы: каждая твоя улыбка — как начало…

Тридцать лет назад… Перед глазами всплыл второй этаж маленького, пропахшего запахом старых циновок кабака неподалеку от станции Мэгуро. Летний вечер, на окне покосившаяся, выгоревшая на солнце бамбуковая шторка, с улицы доносится хриплый звук трубы. У стены, где висит календарь, сидят несколько молодых…

Отец не знал, что я подглядываю за тетей Надей, нашей соседкой по даче. Она подходила в одном халатике к холодильнику, который стоял в общем коридоре, и наклонялась за молоком, а я ложился на пол и, слегка приоткрыв дверь нашей комнаты и наблюдая в узкую щель, как обнажаются ее белые ляжечки, мастурбировал.…