Проза

Всю дорогу посланник молчал как рыба, но, выходя за ворота, обернулся, как бы желая что-то сказать, и, когда толпа горожан в ужасе замерла, расхохотался и попросил отменить нелепый закон, приведший к большому количеству напрасных жертв и зряшных усилий. * * * На поле боя полковник Лин из Хао и Костлявый…

К нему внезапно вернулась молодость, а вместе с ней все ее мучительные сомнения. И надежно запрятанная в потаенном уголке души кучка воспоминаний разлетелась по ветру. Взмыли ввысь кадры прошлого, а вместе с ними и его старое прозвище — Волчок. Его уже лет двадцать так не называли. Волчок. Он повторил…

— Это дедан ее, — прошептал Длинный и громко, все тем же противно-умильным голосом, сказал:-Доброе утро, Лявон Силивоныч! Как пчелки ваши поживают? — Здравствуйте вам, люди добрые! Господь милует, скрипим помаленьку. Ась? Пчелы-то? Бунтуется пчела у меня, сынки, никак быть беде… Глянь-ка,…

Обед, завершенный молча, обидел жену, но Сталин редко замечал не собственные обиды. А когда замечал, то сразу же забывал их, считая, что в его положении иначе нельзя. Он так и не ответил ей, кто приглашен на вечер и в котором часу накрыть стол. Поднялся, с добрым улыбчивым прищуром взглянул на детей…

III Генерал Мак-Кекмейл сладко спал, прижавшись к подушке безобразным огромным ухом. Со своими чрезмерно длинными руками, круглыми глазами, глубоко сидящими под косматыми бровями, гримасничающей физиономией, обрамлённой жёсткой бородой, со странными ужимками, с выдвинутой вперёд челюстью, он был поразительно…

Когда Витя встал на ноги, пожарной машины на улице уже не было, а лестница валялась у стены дома. Нужно было тушить пожар, но самолеты кружили над горящим домом, и люди испуганно жались в подъездах. Тогда и появился Коробицын. Пустой рукав его гимнастерки был заткнут за широкий командирский ремень. Коробицын…

Но опять вот о наших трёх кошках. Васинька-Василиса. Самая старшая. Полтора года назад февральским вечером она переминалась на бесснежном выхвощенном ветром асфальте. Около остановки. И, широко разинув рот, кричала не по-кошачьи: а-а-а. Наташа обломила ей ушко, пока везла домой в маршрутке, пахнущей…

Офицеры надели брюки, стянутые резинками на коленях и щиколотках. Нырнули в зеленую чешую бронежилетов. Набросили плащ-накидки. Сверху — радиостанции. И венец всему — потрепанные русские ушанки со свалявшимся серым мехом. Фигуры огрубели, будто сработанные топором. — Вот так… Грациозен, как снежная…

– Мама,– радостно объявляла в тот же день дочь матери.– Петя велел, начиная с завтрашнего дня, покупать для тебя по стакану молока, для твоей поправки. Но только для тебя одной! Смотри, никому не давай, ни детям, ни гостям, а то Петя узнает, и произойдет скандал! – Почему же это мне одной? – спрашивала…

Мастер с укором посмотрел на чекиста, тот виновато опустил глаза и усы, затем тихим голосом спросил: — Возьмётесь, Мыхайло Давыдович? Меня же ими сам Котовский наградил! Григорий Иванович, рассказывали, что котлы у буржуя царских кровей, ещё в Крыму экспроприировали… На тяжёлой крышке карманных часов,…

Услышав позади голоса, я понял, что в очередной раз свалял дурака. Мне уже давненько не приходилось делать таких глупейших ошибок, но теперь, когда я дал маху, то сразу просек — насколько глобально. Этот ляп обещал стать роковым. Прошло не так уж много времени с тех пор, как я вышел из кинотеатра…

— Не именно вас, а такого, как вы! И дождалась. Чего уж тут было раздумывать? Я странная? — Да. Но и я странноват. Вчера, например, чтобы отвлечься от пустых мыслей, стал перечитывать стихи. Они были хороши. Однако знаки препинания стояли в строках как-то несуразно. Послушайте сами: В пестрой…

На том все и закончилось. Покричали, погрозили и ушли. Номер 3569 разжал пальцы: доска, которую он держал, как саблю, с грохотом упала на пол. Снизу мне не было видно его лица, я видел только голые, слегка вздрагивающие ноги, руку, судорожно сжимавшую доску, и лохмотья грязной рубахи, шевелившиеся…

Кстати, мой Самый Первый Тесть, будучи коммунистом и нося нежное отчество Израилевич, пришёл как-то в райком и написал такое заявление: «В связи с израильской агрессией на Ближнем Востоке как коммунист считаю недостойным носить отчество Израилевич, и прошу переменить моё отчество в честь вождя нашей…

– Вероятно, устал. – Тебе не нравится танец этой девушки? – Мне хочется спать. Я откинулся на сиденье машины и закрыл глаза. Засыпая, я ощущал сладковато-горький вкус вина во рту. Девушка танцевала и пела. Ее нежный голос растворялся в звоне колокольчиков. Потом мне вспомнились чьи-то…

Девчонки глазели… Даже первая махаллинская красотка, гречанка Василика Хадзипанакис из параллельного класса, по которой половина парней сохли — нет-нет, да и забегала (ну, типа так просто — с его сестренкой Маликой поболтать). А он (во балбес!) так и не набрался храбрости хотя бы в кино ее пригласить……

Но иногда я поднимаю голову. Я смотрю. Я не узнаю своё тело. Стали не видно. Лишь на выходе проволоки из впадин и борозд моей кожи ровно и грозно поблёскивает она; она — воплощение высшей воли; длань Божья, смирение твари, боль и покой. Раб Божий. Думал ли я когда-нибудь, что воля Господа может быть…

— Давайте, это я, — сказал Аркадий. — А вот фиг! — решила Победа. — С какой стати? Без вознаграждения? Я вам не курьер с папиной работы! — Сколько? — спросил Аркадий и полез в карман за мелочью. — Хочу сидеть на вашем подоконнике, пить кофе, слушать музыку, болтать ногами… Э-э-э. Еще хочу, чтобы…

В то время как за изгородью сада по шоссе снуют люди, кричат разносчики и серая пыль клубится столбом, здесь чудо как хорошо, зелено и уютно! Белые, желтые и розовые кашки мелькают тут и там в зеленой траве. Быстрые ящерицы скользят мимо и смотрят во все глаза на маленького мальчика, растянувшегося в…

Чем далее вы углубляетесь по Большому проспекту от Первой линии, тем все тише и спокойнее становится вокруг вас. Вы идете как будто большой аллеей сада, потому что домов не видать за кустами и деревьями. За 7-й линией появляются уже деревянные мостки вместо плитных тротуаров; экипажи все реже и реже;…