Проза

И, не дожидаясь ответа, принялась подбирать осколки вазы, затирать лужу с некоторым  вызовом, а приговаривать - с досадой, которую и не трудилась скрыть: Мог бы, между прочим,  и сам, чем валяться на диване с таким видом, будто ты ни при чем. Он молчал, опущенными  веками оберегая себя, и: А что, если…

— Ничего, никто нас не увидит, Барбара спит, — сказала Мафальда. Но чуток сон злых старух, стерегущих молодых красавиц. Барбара услышала  свое имя и проснулась. Стала на пороге рядом с госпожою, подозрительно осмотрелась и спросила: — Госпожа Мафальда, с кем ты разговаривала сейчас? Кто был у тебя…

— Который же тут по моему размеру? И с досадою услышал, как дрогнул его голос. Зоя спокойно улыбнулась, и сказала: — Срок настанет еще не скоро. Сказала так уверенно, как будто бы знала. И звук ее слов внес удивительное успокоение в душу молодого человека. А Зоя ласково погладила края своего гроба,…

Граф Лодброг ответил кудеснику: — Зеленая звезда одолеет. Но Едвига боялась своим материнским сердцем, как бы не одолела красная. Она опять оперлась головой на руку, локтем на колено и опять стала плакать в уголке под окном. После того как она вскормила своего ребенка, она только и делала, что смотрела…

Но минула неделя. За неделей вторая. И никто в десятимиллионном городе не захотел купить ее акварелек — все, кто пялился, маневрировал, хотели купить Олю, олины длинные ноги, олины пунцовые губы, олино княжеское сиротство. Она была барышня — они хулиганы. Она не чуяла под собой ног — они чуяли их, ее…

— Миссис Арнольд, — перебил ее врач, выходя из-за стола. — Так мы делу ничем не поможем. — А как мы поможем? — спросила миссис Арнольд. — Неужели все ненормальные, кроме меня? — Миссис Арнольд, — строго вымолвил доктор. — Я хочу, чтобы вы взяли себя в руки. В дезориентированном мире, каковым является…

— Папе Бойда это ни к чему, — сказал Джонни. — Он у него прораб. Надежды миссис Вильсон не оправдались. — А что же делает твоя мама? — Моя мама? — с удивлением переспросил Бойд. — Она заботится о нас, детях. — О, так значит, она не работает? — А зачем ей? — вымолвил Джонни с набитым ртом. — Ты же…

– Три… Дрожащей рукой он нажал на курок… Бах!!!…

Подходя к «Черчиллю», который теперь тоже мирно спал, я повстречал старичка, прогуливающего собачку. Собачонка упорно желала оросить все до одной вертикальные поверхности, вследствие чего ее приходилось не столько выгуливать, сколько волочить на трех ногах. Когда я поравнялся со старичком, тот приветливо…

Наверное, сейчас многие молодые мамы не умеют вязать. А зачем? Все можно купить. Если дорого, купишь на распродаже. Но в 80-е годы в России невязавшая женщина была такой же редкостью, как и женщина без единой пломбы во рту. Ксения была как раз такой женщиной. Она не только не вязала, но и пломб не имела,…

Как вам картинка? Нравится? Во всяком случае, я старался, как мог, рисуя ее в своей памяти. На деле-то все было куда как прозаичней. Просто был вечер начала ноября, первый снег и первый мороз. Я сидел в своей скрипучей, как ржавая дверная петля, «девятке», запивал кефиром куски какого-то пирога с подозрительной…

За каждый рассказ, попади он в руки фашистов, Германа бы расстреляли. Я полюбил этого человечного, мужественного, умного писателя. Я сознавал: он не может не служить людям, потому что достоин их внимания и как личность и как один из самых глубоких и строгих летописцев времени Великой Отечественной…

Жалкий жребий реформ Герой романа Герберта Розендорфера «Письма в Древний Китай» китайский мандарин Гао-дай, попавший из 10-го века в 20-й и обосновавшийся на некоторое время в Мюнхене, удивляется «большеносым» (так он называет европейцев, которых видит вокруг себя): они изменяют лишь окружающую среду,…

— Чего тебе налить? — Виски, — ответила она. — С содовой? — Да, — сказала она, почувствовав, что лицо ее принимает такое же бесстрастное выражение. Подойдя к бару, он достал два бокала размером с вазу и небрежно плеснул спиртного. — Годится? — Он протянул ей бокал. Она изучила виски на свет.…

Это ее раздосадовало, и она сказала: — Мы жили бок о бок, проходили мимо друг друга на улице. Подумать только, в летние вечера, могу спорить, ты ходил к озеру на гуляния. — А как же, ходил. Смотрел, как в воде отражаются цветные огни, и слушал у карусели музыку, летящую к звездам. — Помню, помню, —…

Моя правая нога уже сделала шаг в сторону дома — дорога-то предстояла не близкая, но тут случилось непонятно что: я заснул стоя. Не свалился, не перетрусил, просто ни с того ни с сего почувствовал, что не могу двигаться. Глаза сами собой закрылись, и я стал оседать на землю, но меня подхватили сильные…

Он очертил на скатерти удлиненный прямоугольник и провел линии вдоль и поперек, чтобы вышло похоже на теннисный корт. Поверх теннисной сетки Тримбл с женой провожали взглядом удаляющиеся фигуры Чарльза Уильяма Бишопа и Карлотты де Вега Монтенегро. Те качали головами, понурив плечи в лучах полуденного…

— Меня не увезут? Я не хочу в тыл. — Не увезут, — сказала она. — Спи, милок. На твою долю войны хватит. Спи… Я отвернулся к окну. Только теперь я все вспомнил… Война застала меня в Москве, в бараке, стоявшем в Красноармейском переулке. Утром 22 июня проснулся позже, чем обычно.…

Одна тiльки туга гризе моє серце, як заженуть у степ, то не доведеться нi од кого листа прийнять, нi самому послать. Бо туди пошта не доходить. От моє горенько. А може, доведеться рiк або й другий простерегти нiкчемне оте море. Не будемо журиться, а будемо молиться. Ще те лихо далеко, а всяке лихо…

На днях посетил я калмыцкую кибитку (клетчатый плетень, обтянутый белым войлоком). Все семейство собиралось завтракать. Котел варился посредине, и дым выходил в отверстие, сделанное в верху кибитки. Молодая калмычка, собою очень недурная, шила, куря табак. Я сел подле нее. "Как тебя зовут?" — "***". —…