Классическая проза

— Смейся сколько угодно, я люблю его! Люблю! С каким упоением впервые произношу я эти слова! Вот та страсть, о которой я часто мечтала, не имея о ней понятия. Да, я хочу броситься ему на шею! Хочу так крепко обнять его, как будто задумала навек его удержать. Я хочу отдать ему всю свою любовь и в полной…

Пятого сентября в половине первого пополудни я выехал из Регенсбурга. Места под Абахом, где Дунай бьется об известковые скалы, тянущиеся до Заале, очень красивы. Известняк здесь, как в Остерода около Гарца, плотный, но пористый. К шести утра я добрался до Мюнхена, двенадцать часов посвятил осмотру его…

– Я поведу ее под венец? – спросил, запинаясь, Мазепа. – Когда удостоите этой чести вашу крестницу, – подхватила Любовь. – Да-да, это счастье принадлежит мне, – продолжал он, оправляясь от первого смущения, с принужденною улыбкою, – слышишь, друг мой, я поведу тебя под венец! Мария благодарила…

Увы, эта неприязнь, которой я тогда пренебрегла, должна была сыграть значительную роль в моей жизни. Во время пребывания в Танисе я заметила, что моя лучшая подруга и собеседница, Аснат, печальна и задумчива, со слезами на глазах. Я привлекла ее на свою плоскую кровлю, заставила усесться с собою рядом…

— Ну-ка, живо, залезайте! Мы теряем из-за вас время! Я еду на рынок и выгружу вас там заодно с моими овощами. А так как он отказывался, она приподняла его своими сильными руками, подсадила на груду моркови и репы и, совсем рассердившись, воскликнула: — Да заткнитесь же вы наконец! Вы, любезный,…

Но тут Йозеф внезапно подтолкнул его вправо, в какую-то спокойную, темную улочку. — Слушай, — сказал он, — а не выпить ли нам по чашечке кофе? — Ну что ж, может, прямо здесь, у Гротхаса? А деньги-то у тебя есть? Йозеф кивнул и последовал за другом. Они вошли в большой продолговатый…

— У меня сегодня выходной. Я спросил: — И как же вы отпразднуете свой выходной? Она сказала: — Я еще не придумала. Я сказал: — Тогда позвольте дать вам совет. Она сказала: — Сделайте милость, господин доктор. — Но только с условием, что вы мне уплатите за консультацию, — сказал я. —…

Да, Дюла Ийеш (1902) — один из крупнейших венгерских поэтов последнего полувека. Но к его прозе это определение подходит, на мой взгляд, не больше, чем если бы в отношении его стихотворений и поэм мы выразились так: «поэзия прозаика». Просто эти два рода литературной работы душевно необходимы ему…

– Вот теперь они обменялись любезностями и стараются разойтись, – продолжал краснолицый, когда тревожные гудки стихли. Он разъяснял мне, о чем кричат друг другу сирены и рожки, а щеки у него горели и глаза сверкали. – Слева пароходная сирена, а вон там, слышите, какой хрипун, – это, должно быть,…

Это я все к тому, что в первые же часы своей жизни впитывал с молоком матери смягчающие вину обстоятельства и теперь вот вновь сбиваюсь на гневный ропот против возглавления этого дела моим недобрым, тут уж ничего не поделаешь, именем. Если хотите знать, я с такой тухлой геной в истории болезни должен…

Верный был чистокровный датский дог из зоологического сада; сам король купил его брата, что особенно подчеркивалось в разговоре со всяким, кто появлялся в доме господина коммерсанта. Однако молодость у Верного была нелегкой. Ведь первоначально он предназначался для сторожевой службы на большом угольном…

Слуга К вам князь. Графиня Проси скорее. ЯВЛЕНИЕ 3 Князь, за ним слуга. Князь Войти ли мне иль нет, пленительная фея? Мне сердце все твердит: любовь в ее груди, А опыт говорит: уйди, уйди, уйди! Слуга уходит. ЯВЛЕНИЕ 4 Графиня и князь. Графиня Я не ждала вас, князь… Князь А я……

Пятьсот девятый снова оглянулся. Лагерь расположен на возвышенности, сквозь колючую проволоку весь город виден как на ладони. Город распластался в долине, много ниже лагеря — над толкотней его крыш гордо вздымаются башни церковных колоколен. Город старый, даже древний, с множеством церквей, крепостными…

II Семья графов Баранцовых — знатная дворянская семья, хотя и нельзя сказать, чтобы она была очень старинного рода. Ее официальная родословная выведена, правда, чуть ли не до Рюрика, но в полной достоверности сего документа позволено сомневаться; вполне установлено лишь то, что некий Ивашка Баранцов…

В это время из дома торопливо вышел первосвященник, не очень-то смахивавший на царя земли, а скорее похожий на бесформенную подушку, на которую надели подержанное черное платье. На нем не было тиары (если допустить, что он таковую вообще имел) – ее заменяла потрепанная широкополая шляпа, мало чем отличавшаяся…

Бог в какой-то момент воскрес в сердце Кодзиро Сэридзавы. Перед самым окончанием своей учебы во Франции Сэридзава заболевает туберкулезом и оказывается перед необходимостью провести около полутора лет на высокогорных курортах Франции и Швейцарии, где борется со смертельной болезнью. Живя в лечебнице,…

І скакав з могили на могилу, як осіннє перекотиполе. Аж як перейшов сто гробів, то сотий перший його був. Припав до нього, як давно до маминої пазухи. СКІН Як глуха осінь настала, як з ліса все листя опало, як чорні во­рони поле вкрили, та тоді до старого Леся прийшла сме­рть. …

- Один кат! Я розумів життя так, як воно є, одкинув усі ілюзії, всі забобони - і дивлюсь на світ тверезо. Я розумію своє становище. - Становище дресированої товарний,- промовив замислений Гайденко.- Таким поглядом, такою відмовою не можна задовольнитися. - Ти завсігди був метафізиком,-…

У себя дома резидент ходил в одном лишь саронге [1] ; своей невысокой, округлой фигурой он напоминал раскормленного шестнадцатилетнего юнца. Вставал он рано, к шести часам утра ему всегда подавали один и тот же завтрак: ломоть папайи, холодную яичницу-глазунью из трех яиц, тонко нарезанный голландский…

Петька в хлебе насущном недостатка не знал; жилось ему припеваючи; только не все же быть красным денькам! Пришел тяжелый год войны; потянули сначала молодежь, а там вызвали из запаса и людей постарше. Ушел на войну и Петькин отец, да одним из первых и пал в борьбе с сильнейшим врагом. То-то горя, то-то…