Классическая проза

Великие Радости - как сказано в пьесе, блистающие одежды тонких и нежных оттенков: распускающейся розы, сверкающих на солнце вод, янтарной росы, утренней лазури и т. д. Домашние Блаженства - платья разных цветов или, если угодно, костюмы крестьян, пастухов, дровосеков и т. п., но только приукрашенные,…

Я сидел и повторял про себя: "Ты - в математическом центре культуры индивидуализма, черт тебя задави". От движения мизинца растворяются двери, негры с четырьмя рядами золотых пуговиц на куртках мгновенно исполняют желания из сказок Шехеразады. Вот три телефона - я могу соединиться с магазином, с рестораном,…

От теплого воздуха душу и тело охватывала истома. Солнце ярко светило на реку, на листву, на лужайку, зажигало искорки веселья в сердце и в крови. Они шли по берегу, взявшись за руки, и смотрели на рыбешек, стайками скользивших в воде. Они шли, охваченные счастьем, словно неслись над землей в блаженном…

С потолка спускалось несколько высохших ящериц и летучих мышей. Живой, черный, как трубочист, кот сидел на очаге, и магические зеленые зрачки его, казалось, читали все мои спутанные мысли. Груды тяжелых, как гробовые плиты, желтых книг лежали на полу и столе, заставленном кроме того различными металлическими…

— Меня и без денег форменно лупцуют, и за дело, и по спопутности, а ты, беспардонная вестовщина, в отместку за бой и лупцовку небось шаришь капитанские карманы!.. Сколько вчера нашел монет, Никишка? В кучке засмеялись. — А если б и нашел? — с нахальным задором ответил Никишка. — То-то, прикопливаешь…

Тетя Ина никак не отозвалась, подтянув плед повыше, она прикрыла глаза веками, словно ей в лицо дул ветер. Вечером, когда миссис Доусли пошла закрыть курятник, она наткнулась на мистера Хэммонда, викария, который косил крикетную площадку перед пасторским домом. Мистер Хэммонд не знал устали и хотя,…

Яхонтов подошел к фонарю и, остановившись в двух шагах от Скибина, приложил руку к фуражке. Ротный командир заметил его и, глядя ему в кокарду, сказал своим вялым, утомленным голосом: – Если вам угодно опаздывать, подпоручик, переводитесь в другую роту. Здесь у меня не танцевальный вечер, а служба-с.…

Пошел один Петька. Утро выдалось хорошее, свежее, будет нежаркий день. Петька ли намолил у Бога такой славный денек или сам праздник – Илья Пророк послал такую благодать, хорошо будет крестному ходу идти, заблестят все хоругви золотые, и батюшкам хорошо будет идти, сухо, и певчим петь. Петька вышел…

В комнате сразу стало тихо. Костя попытался было нырнуть под одеяло, но Сеня не позволил. Зашипел в ухо: — Массовка сегодня. Не забыл? — Никуда я не поеду. — Поедешь! Поедешь, потому что тебя Капа ждать будет. — Ну зачем, зачем врать-то? — Будет! — Сеня тихо засмеялся. — Мне Катюша моя сказала.…

Кто-то из горожан, присевших отдохнуть на церковной паперти, не замечая, что Антип Никитич стоит неподалёку, задумчиво и как-то особенно серьёзно сказал: – А должен бы этот самый колокол треснуть… Прахов нахмурил брови, потом усмехнулся себе в бороду и молча ушёл домой. В день успения пресвятой богородицы…

— Послушай, Ренэ, старый друг, скажи мне всю правду. Он пробормотал: — Но мне нечего тебе сказать. Я продолжал твердым голосом: — Это не так. Ты болен, конечно, болен и никому не смеешь доверить свою тайну. Тебя гложет какая-то тоска. Но ты мне скажешь это. Ну, я жду. Он еще больше покраснел, затем…

— Простите, ясновельможный пан, — сказал он тихо, — был ли ясновельможный пан в Шибове? Шибов находился от места, где происходил разговор, на расстоянии каких-нибудь двадцати миль. Шляхтич ответил: — Нет, не был. — А что же это будет теперь? — еще тише прошептал…

ЛИЦОМ К ЛИЦУ Мимо единственного на полустанке фонаря косяками проносились охапки сырых тополиных листьев. В эту ночь тополя роняли листву. Прямые и стройные, как шомпола, упруго раскачива-лись они на ветру, и шум их высоких вершин напоминал отдаленный рокот моря. Темна ночь в ущелье Черной горы.…

Но не следует ничего преувеличивать! Аббат Куаньяр, конечно, не может быть уподоблен ни своими делами, ни даже мыслью самому смелому из мудрецов и самому пылкому из святых. Он открывал истины, но не бросался в них как в бездну. В самых своих дерзновенных исследованиях он сохранял невозмутимость человека,…

В 1930 году Тагор посетил Советский Союз. В «Письмах о России», опубликованных вскоре после возвращения на родину, Тагор пишет о глубоком впечатлении, которое произвели на него успехи молодой страны социализма. Последнее десятилетие жизни Тагора ознаменовано развитием в его творчестве политической…

— Вы правы, сестра, нам надо устроиться поудобней. Не знаю, зачем я держу этот мешок. Она положила его возле себя под лавку. — Погодите, — сказала сестра Гиацинта, — у вас в ногах кувшин с водой. Он вам мешает. — Да нет, уверяю вас. Оставьте. Надо же ему где-нибудь стоять.…

На всем лежал отпечаток тюрьмы. Тюремный воздух, тюремный свет, тюремная сырость, тюремные обитатели — всё носило на себе следы заключения. Люди — чахлые и бледные, железо — ржавое, камень — липкий, дерево — гнилое, воздух — удушливый, свет — тусклый. Подобно колодцу, подобно склепу, подобно могиле,…

* * * — Вас просят к телефону! — Кто просит? — Они не говорят. — Я, кажется, тысячу раз говорил, чтобы обязательно узнавали, кто звонит? — Я и спрашивал. Они не говорят. Смеются. Ты, говорят, ничего не понимаешь. — Ах ты, Господи! Алло! Кто у телефона?! Говорит барышня. Отвечает: — О,…

Памяти благородной и добрейшей машинистки Тани Павловой, удавившейся недавно в Москве от тоски одиночества и окончательной безысходности От издателя Человека этого я не раз встречал в различных пустопо-судных и, естественно, винно-водочных очередях. Не сказал бы, что личность его…

Девять лет спустя я снова очутился недалеко от Граден-Истера. Я путешествовал тогда по Англии в одноконной телеге, с походной палаткой и небольшой переносной печкой для моей незатейливой кухни. Сам я целый день шел пешком около телеги. Вечером я распрягал лошадь и устраивал ночевку, по возможности…