Детская проза

Полевая мышь жила в тепле и довольстве: все амбары были битком набиты хлебными зёрнами, кухня и кладовая ломились от припасов! Дюймовочка встала у порога, как нищенка, и попросила подать ей кусочек ячменного зерна – она два дня ничего не ела! – Ах ты, бедняжка! – сказала полевая мышь. – Ступай сюда,…

Я уже собиралась было открыть программу новостей, как вдруг на улице раздались крики. А затем и выстрелы. Неподалеку взвыла серена. Кажется, до меня слегка заторможено дошло. Я не помню, как схватила свое пальто и в одном свитере поверх сарафана вылетела на улицу. Не помню, что заставило меня…

Потому и книги, которые написал Пётр Гаврилов, почти все про море, про моряков, про славный советский Военно-Морской флот. Больше тридцати лет читают ребята морские рассказы Петра Гаврилова. Тысячи его читателей давно сами стали матросами и командирами советского флота… Вот и ты прочитаешь эту книжку,…

«Дьеп (от английского слова „deep“, что значит — глубокая вода), — прочитал он, — расположен в супрефектуре Нижняя Сена, при впадении в Ла-Манш реки Арк; с двух сторон эащищён крутыми скалистыми берегами высотой до 70 метров. Рыболовство. Очень оживлённый курорт. 26 400 жителей». Семидесятиметровые…

Ахмед представил себе, как там, в горах, идет бой. Если бы он был взрослым! Мать часто приходит к нему в сарайчик, когда хозяина нет дома. Она берет в руки его курчавую голову, говорит: «Ахмед, ты один остался у меня». Ахмед это знает. Он больше не делает глупостей. Исправно служит. И все-таки, если…

— Ты что тут делаешь? — А ты что? Лицо девочки, скуластое, розовое, было в капельках воды. Капли дрожали даже на ресничках. — Моешься? — Какой ты догадливый! — Девочка рассмеялась и стала расчесывать косы. — А это что? — спросил он, показывая на коромысло. — А это что? — как эхо откликнулась…

Это чувство, чрезвычайно развитое в Шурке, Володе Гореве, Яшке Петухе, сыне большевика, первого председателя Совета в селе, в любой момент, даже в минуты безмятежных походов в лес, и возвращает их к главным событиям времени. Они внезапно оставляют без внимания весь ликующий мир весенней природы и пристально,…

– Ты как хочешь, а я в «Слона» с ними не пойду. Она раздраженно пнула ботинком комок снега. Тут до меня наконец дошло. У нашей Женьки разбитое сердце, она страдает от любовной драмы – естественно, ей сейчас все эти любовные нежности поперек горла. Какая я эгоистка все-таки, о чувствах подруги и думать…

Из казармы Димка пошел домой. Он шел по тропинке вдоль забора и очень удивился, когда кто-то его позвал: – Мальчик, а мальчик! Он даже не сразу понял, откуда прозвучал этот голос, и только потом увидел: одна доска в заборе была отодвинута. Сквозь широкую щель на Димку смотрела круглолицая, курносая…

Мы помчались в дом, но она успела щелкнуть Тома наперстком по голове, и Том, взлетая по лестнице, притворялся, что хнычет от боли. Очутившись наверху, в своей комнате, Том бросился обнимать меня; он был вне себя от счастья – ведь ему предстояло путешествие! Он сказал мне: – Мы еще и уехать не успеем,…

— Не сердись. Я не хотел тебя обидеть. Но ведь должно же быть какое-то средство. — Оно есть. — Так что же ты молчишь! — Потому что мы им никогда не воспользуемся. Никто не в силах расколдовать Глеба, кроме него самого. Для этого он должен либо уничтожить зеркало и избавиться от двойника, либо освободить…

— Я тебе покажу, как надо мной хохотать! — заорал круглый троечник Миша, но Камилла его остановила. Круглый отличник Миша сказал: — Как же он будет надо мной смеяться, если я круглый отличник? А у него две двойки. Это я над ним должен смеяться вместе с его фотоаппаратом, если на то…

— Чего, чего? — Все с интересом уставились на Меркурия. Даже Костя приподнял голову, и выражение тревоги на его лице сменилось любопытством. — Чего? — повторил Марс. — Скуку закапывает? — Ну да! Видали, что придумал! — Меркурий крепче сжал кулак. — Тогда я говорю:…

Юлия торчит на заводе день и ночь, — завязла в своих химических опытах. Владлен (а попросту — Владька) перешел в пятый класс. Не знаю, что теперь с ним делать. Жаль держать его все лето в душном Ленинграде. Знаешь, о чем моя думка? Подбросить его месяца на полтора к тебе. Настало время моему Владику…

— Очень, — смеюсь я. — Был у меня в детстве один дружок. Отец у него носил такую же бородищу. Неродной отец. А вот настоящий его родитель — партизан в гражданскую — тот даже кличку имел: Черная Борода! Храбрый, говорят, был партизан. Большие деньги за него колчаковцы обещали. Но погиб… А мы, мальчишки,…

Самым добродушным из всех зверей был большущий медведь Колька. Так мне во всяком случае казалось. Мы с ним очень подружились. Три года подряд он играл со мной, брал с ладони сахар, разрешал гладить густую, мягкую шерсть. Иногда после репетиции брат сажал меня верхом на медвежью спину, и Колька, храпя…

— Часы, наверно, дома забыл, — шутит дядя Володя. Но Любе не до шуток. Этот кот у неё прямо как человек. Такой преданный кот! Люба к нам с Украины приехала. И кот за ней приехал, с Украины. Он вот как приехал. Люба на Украине в селе жила. И этого кота отняла у мальчишек. Мальчишки его мучали, загоняли…

– Добрый день, Камилла, – проговорил Жак своим шелковистым голосом. Он взглянул на маму. – Да, Роуз, должно быть, пошел дождик… Верно, Камилла? – Да, – подтвердила я, выдергивая руку из его руки. Он так и не разжал пальцы, и я все время ощущала его ладонь, когда высвобождала свои пальцы из его руки.…

А сегодня началась настоящая работа. Столяры под руководством богатыря Войленко и рыжего въедливого Сеньки Иваноза стругали сосновые доски — для особых тумбочек, куда ставить аквариумы. А сами аквариумы должны были сделать Радик и Женька. Столярничать мог всякий мальчишка в классе, не зря на уроках…

Вдруг все стихло и послышался глухой и мягкий стук в землю. Словно за стеной подпрыгивал гимнаст. — Утрамбовывает что ли? — гадал Костя. И тут раздался долгий вой. Словно кто-то громко дул в водопроводную трубу. Костя тихо встал с кровати и выглянул в окно. Под стеной, задрав морду…