Звезда Севера
Шрифт:
Лучше смерть.
Но Дэин был прав, Эрону в любом случае придется жениться. Несмотря на обретенный дар и всеобщее восхищение, он не перестал быть полукровкой. Только высокородная жена, истинная дочь Акроса, способна упрочить его авторитет у власти и, что не менее важно, укрепить позиции его будущих наследников. Только кровь Первородных способна смыть напоминание о крови Аилэн, вмешанной в королевскую ветвь. И каково бы ни было влияние матери принца, она все равно останется простолюдинкой и любовницей короля. Эви не собиралась повторять ее судьбу.
Кроме смерти был только один выход — свобода.
Стремление
Чтобы отвлечься, Эви взяла одну из книг, присланных мастером Лэндоном, но не стала выходить в сад, потому что не хотела натыкаться на проницательный взгляд Нэссора, и расположилась на кушетке у окна. Буквы складывались в слова и предложения, но смысл поначалу ускользал от нее, и она со злостью раз за разом возвращалась назад, чтобы вникнуть, пока наконец ей не удалось погрузиться в текст.
Это была «История Акроса», та самая книга, которую читал Эрон в ночь, когда Эви впервые осталась у него в комнате до утра. Понятно, почему он тогда отмахнулся, как только речь зашла о дарах. Она бы не поверила, приняв это за очередную сказочную легенду. К тому же его брат погиб из-за дара, а сам Эрон на тот момент им не обладал, поэтому тема была для него вдвойне болезненной.
Что ж, зато теперь у него был этот… дар…
При воспоминании о горячем потоке, сдавливающем ее шею, по телу пошли мурашки. Он мог убить ее…
Мог. Но не убил ведь.
Эви задумалась. Сложно ли ему было управлять такой силой?
Поток — на самом деле его дар назывался именно так. Обычно истинные сыны получали прозвища, напрямую связанные со своими дарами — например, Элмар Шторм, — но Эрона прозвали Любимцем Матери, как в народе именовали огромных черных кракенов, обитающих в океане между их землями. Одно из таких чудовищ унесло ее от родных берегов и оставило в открытом море, чтобы их нашли корабли мастера Тэнора. Если это действительно были происки богов, то у них плохое чувство юмора.
Поняв, что в очередной раз упирается в страницы бессмысленным взглядом в то время, как в голове снова роятся мысли, Эви нахмурилась. Безуспешно пытаясь вернуться в историю, она была почти благодарна тихому стуку в дверь — так обычно стучала Линэль.
— Госпожа, вас хочет видеть ее высочество.
— Передай ему, что… — Эви осеклась, захлопнув книгу. — Подожди, ты сказала Ее высочество? Она?
— Именно. — Линэль закивала. — Вас хочет видеть принцесса Интия. Ждет в желтой гостиной.
Когда за подругой закрылась дверь, Эви подошла к зеркалу и придирчиво осмотрела себя. Коса растрепалась, и несколько тусклых голубых прядок выбились, кожа выглядела болезненно бледной, а щеки запали — она похудела за последнее время. Взявшись за щетку, Эви поднесла ее к голове, но медленно опустила, так и не прикоснувшись к волосам. Какой смысл прихорашиваться перед будущей женой Эрона?
Спустя несколько минут входя в желтую гостиную,
которую раньше считала своей, Эви ожидала чего угодно, но только не искренней улыбки на лице принцессы, поднимающейся ей навстречу.— Простите, что я вот так без приглашения, — извинилась та. — Но мне давно хотелось встретиться с вами и поговорить без посторонних, а дни моего визита совсем скоро истекают.
Она лишь повела бровями, и сопровождающие ее дамы сразу же покинули комнату. Линэль поколебалась секунду и, опустив голову, последовала за ними. Эви проводила подругу взглядом и, только когда за той закрылась дверь, ответила со смешком:
— Я вижу, вам не нужно приглашение. Вы ведь здесь принцесса. А я просто тень.
— Я вас таковой не считаю, — заверила ее высочество, усаживаясь на диван. — К тому же, о простых тенях не ходит столько слухов и легенд. — Она улыбнулась, жестом приглашая присоединиться.
Эви не разделяла радушного настроя, но тем не менее опустилась на край кресла.
— Знаете, а ведь я совсем не так представляла нашу встречу, когда ехала сюда, — сказала Интия, разливая холодный чай по чашкам, словно была у себя дома. — Я столько слышала о вас и в храме, и после выпуска. О том, как вы прибыли из-за северных морей. Это так удивительно!
Она пододвинула чашку, но Эви не притронулась ни к чаю, ни к пирожным, все так же сидя с прямой спиной.
— К примеру, вы знали, что торговцы вымачивают пряди волос в уксусе, чтобы они посветлели, красят их и продают под видом ваших в качестве оберегов? — как ни в чем не бывало продолжала ее высочество.
— Нет, я не знала.
— Они все равно не получаются такими, как у вас. Даже близко. — Принцесса сделала глоток. — В общем, я ехала сюда и воображала, какая вы. Представляла, как буду часами донимать вас расспросами о ваших землях, о том, как вы жили там, на Севере. Я даже втайне мечтала, что мы подружимся. — Она опустила глаза и вгляделась в содержимое чашки. — Как странно, что я почти не думала о принце.
Слово «принц» упало между ними невидимым мечом, разрубающим все сказанное до этого. Интия не была похожа на свою грубую и высокомерную мамашу, с которой Эви довелось видеться один раз — тот надменный брезгливый взгляд она не скоро забудет, — но ее внезапная откровенность сбивала с толку. Ее высочество изучала Эви с живым любопытством, хотя и пыталась вежливо скрывать свой излишний интерес, а разговор о принце наводил на мысль, что она пришла не просто познакомиться с необычной чужеземкой.
Интия отложила недопитый чай, встала и подошла к открытому окну.
— Так глупо с моей стороны, правда? — продолжила она, глядя на небо. — Меня обещали принцу Элифу. Я была наслышана о его достоинствах, видела его портреты, и мысль о браке с ним в какой-то момент даже стала казаться естественной, словно моя судьба уже предопределена… А потом он погиб, так драматично, как могут только истинные сыны, и все изменилось…
Она обхватила себя руками, стоя в лучах утреннего солнца, и какое-то время смотрела вдаль. Темные вьющиеся волосы, перехваченные жемчужными нитями, спускались густой блестящей волной почти до талии. Платье теплого оливкового цвета, оттеняющее золотистую кожу, было скромным по меркам других высокородных дам, но удивительно ей шло. Принцесса обернулась.