Чтение онлайн

Я слегка улыбнулся. Он был не только звездным нападающим нашей команды, но и парнем моей сестры Скарлетт.

Когда-то мы с Ашером были непримиримыми соперниками, но после того, как он перевёлся в «Блэккасл» из «Холчестера» и начал встречаться с моей сестрой, между нами завязалась невольная дружба. Я был убежден, что она иногда использовала его, чтобы шпионить за мной, потому что, ну, она же моя сестра, а сёстры всегда любопытны.

— Обещаю, я не упаду замертво. — Я неохотно вернул Трюфеля Стивенсу. Я бы взял его на выходные, но уже «похитил» его у родителей Стивенса, когда он водил их знакомиться с командой. — Увидимся

в понедельник, хорошо? Повеселитесь в «Легендах».

Другие игроки стонали и добродушно жаловались на то, что я их бросил, но это не помешало мне поймать следующее такси до дома.

Я плюхнулся на заднее сиденье и назвал водителю свой адрес. К счастью, он либо не узнал меня, либо не стал поднимать шум, просто сел за руль, не задавая вопросов.

ТОТ САМЫЙ ДЕНЬ (Не Связывайся).

Я потёр лицо рукой. Я не мог выбросить это напоминание из головы и ненавидел ту власть, которую оно имело надо мной после всех этих лет. Более того, я ненавидел себя за то, что вообще дал ему эту власть.

Мой телефон завибрировал. Я резко выпрямился, пульс взлетел до опасного уровня. Это было совершенно невероятно, но, возможно...

Нет. Это была просто Скарлетт.

Я снова вытер лицо рукой и сделал глубокий вдох, прежде чем ответить.

— Ты ответил. — Её удивление было заметно по смеху и звукам, похожим на шум грузовика, подъезжающего задним ходом на заднем плане. — Я думала, ты всё ещё с командой.

— Нет, — я постарался говорить ровно. — Они пошли в «Легенды», но я не в настроении, поэтому я еду домой.

— С каких это пор ты отказываешься от повода повеселиться?

— Поскольку мне уже не двадцать один год.

— Пожалуйста. Не веди себя так, будто ты так вырос, когда ты проводил две недели летом на Ибице.

— Эй, ты не знаешь, что я делал на Ибице. Не стоит делать предположения.

— Все знают, что ты делал, Винсент. Об этом писали в таблоидах.

— Да, потому что таблоиды известны тем, что являются арбитрами истины.

Скарлетт усмехнулась, но её голос смягчился при следующем вопросе.

— Как ты держишься?

У меня сжались плечи. Конечно. Вот почему она позвонила. Она была единственным человеком в мире, кто знал о моей навязчивой идее третьего октября.

— Хорошо, — соврал я. — Я почти не думал об этом. Слишком отвлёкся на сегодняшнем матче.

К её чести, она проигнорировала мою откровенную ложь. Не думаю, что она ожидала, что я скажу правду; она просто хотела убедиться, что я знаю, что она рядом, если я сойду с ума.

— Хорошо, — сказала она. — Я здесь, если понадоблюсь.

— Я знаю. Люблю тебя, сестрёнка.

— Я тоже тебя люблю, идиот.

Я ухмыльнулся, услышав её привычный ответ, но улыбка померкла вскоре после того, как я повесил трубку. Хотелось бы быть больше похожим на Скарлетт в таких вопросах. Ей было плевать на свою версию третьего октября, а мне? Я не мог перестать думать об этом раз или два в год.

Наконец я добрался домой. Я расплатился с водителем и выскочил из машины, чувствуя хруст гравия под ногами.

Многие игроки предпочитали жить в пригородах Лондона, где больше пространства и уединения, но я выбрал шикарный дом с пятью спальнями в самом центре города. Слишком много тишины провоцировало нежелательные мысли.

Я подошёл

к входным воротам, готовый ввести код безопасности, когда заметил лёгкое движение. Волосы на затылке встали дыбом.

Ворота были уже открыты.

Они покачивались от ночного ветра, и это движение было таким лёгким, что я бы его не заметил, если бы не стоял так близко. Тихий скрип нарушил тишину.

Я думал, что запер их, когда уходил утром, но, возможно, память подвела меня. Система безопасности предупредила бы меня, если бы кто-то попытался вломиться. Верно?

Я вошёл в палисадник и надёжно запер за собой калитку. Затаив дыхание, я подошёл к входной двери, взялся за ручку и повернул её.

Она не сдвинулась с места.

Я вздохнул с облегчением. Должно быть, я всё-таки забыл закрыть ворота.

Оказавшись дома, я включил свет и начал размышлять, стоит ли посмотреть телевизор или поиграть в видеоигру перед сном. Я был слишком взвинчен, чтобы заснуть, и мне нужно было отвлечься.

Я бросил ключи в неглубокую тарелку у двери и уже собирался направиться в игровую комнату, когда что-то привлекло мое внимание во второй раз за эту ночь.

Рядом с ключницей стояла небольшая коробочка. Она была завёрнута в коричневую бумагу и перевязана красной ленточкой. Насколько я мог судить, никакой записки на ней не было – ничего, что указывало бы на то, кто её туда положил, потому что я, чёрт возьми, сам её туда не клал.

Металлический привкус наполнил мой рот. Волосы на шее снова встали дыбом, на этот раз в отчаянном предостережении, но болезненное любопытство взяло верх.

Я открыл коробку.

Я смотрел на ее содержимое, не веря своим глазам.

— Что за херня?

— Нет, нет, нет. Не делай этого со мной. Ну же. — Я ткнула в телефон, словно это могло каким-то образом зарядить его, но безуспешно. Я в последний раз взглянула на свои обои с пастельным фруктовым принтом, прежде чем всё потемнело. — Чёрт возьми.

Вот что я получила за то, что бездумно пролистывала соцсети по дороге на такси к отцу и не зарядила телефон перед выходом из дома.

Я почти добралась до дома отца, и обычно я бы не так паниковала, если бы не ждала звонка от мамы. Она сказала, что хочет сказать мне что-то важное, и дозвониться до неё обычно было сложнее, чем пытаться проникнуть в штаб-квартиру МИ5. Если я пропущу сегодняшний звонок, то, вероятно, не услышу о ней ещё месяца два.

— Мы приехали. — Мой неулыбчивый водитель высадил меня перед знакомым домом в георгианском стиле. Не очень дружелюбный парень, но он не разговаривал и доставил меня сюда целой и невредимой, так что пять звёзд.

Я поблагодарила его и вышла из машины. Тревога из-за того, что пропустила мамин звонок, сменилась нервным содроганием. Они словно маленькие, трепещущие создания, которые метались внутри меня, словно рой пчёл, готовых взорваться, и чем ближе я подходила к двери, тем сильнее они жужжали.

Было ли странно так волноваться перед ужином с родителем? Возможно, но, по правде говоря, после полутора лет жизни в одном городе мой отец всё ещё чувствовался чужим. Я знала, что он любит меня по-своему, но у нас ещё не было ни одного разговора, который не вращался бы вокруг футбола или светской болтовни.