Чтение онлайн

— Где твой монитор?

— В машине.

Кеннет протянул Асаду беспроводную гарнитуру:

— Она полностью заряжена. Скажи что-нибудь для проверки, я отвечу.

После короткого теста Асад поднял большой палец вверх. Связь работала отлично.

— Раз уж ты сидишь с монитором в машине, то сможешь постоянно держать меня в курсе дела, — сказал Асад, впервые за долгое время почувствовав себя в своей тарелке. Наконец-то он мог сделать что-то реальное для Карла. И пусть вокруг было холодно, сыро и грязно после вчерашнего снегопада, само ощущение возвращения к активным действиям наполняло его драйвом. Это было куда лучше, чем целыми днями торчать в тесной квартирке с женой и тремя детьми, и уж точно веселее бесконечной бумажной работы перед экраном компьютера в офисе.

Они

быстро набросали план действий на случай самого худшего сценария. Ни у него, ни у Кеннета при себе не было огнестрельного оружия, так что остановить нападавшего можно было только одним способом: нейтрализовать его с помощью ножа, слезоточивого газа или электрошокера.

— Держи, — сказал Кеннет и вложил в его руку предмет, напоминающий пистолет.

Асад взвесил тазер на ладони. Штуковина весила от силы граммов двести — в самый раз, чтобы спрятать в карман.

— Он ведь выстреливает два провода с гарпунами-зацепами, верно? — уточнил Асад.

— Да, но на расстоянии больше пяти-шести метров он уже не так эффективен.

— Мне это не особо нравится, — покачал головой Асад. — Нам нужно исходить из того, что нападавший будет вооружен куда серьезнее.

— Полностью согласен! Но если мы поймем, что запахло жареным, я сразу наберу полицию по спецномеру экстренной связи, и местные патрульные из участка примчатся к нам в ту же минуту, зная, что могут попасть под обстрел.

Он быстро забил экстренный номер в мобильный Асада, после чего мужчины пожелали друг другу удачи.

Не считая того, что на улице было сыро и холодно, а сумерки стремительно сгущались, и несмотря на явную опасность этого места, Асад чувствовал, что работа в поле — это его истинная стихия. Многочисленные отметины на его теле были тому лучшим подтверждением. Запястье и большой палец левой руки до сих пор покрывали темные шрамы от сильнейшего ожога и удара током, полученных на Эланде [120] . На теле можно было сосчитать десятки следов от пуль, ножевых ранений и ударов бичом. Он пережил тяжелое отравление угарным газом и микроинсульт, который даже спустя столько лет напоминал о себе едва заметным провисанием лицевой мышцы [121] . Его подвергали жестоким пыткам, и в стрессовых ситуациях он всё еще ощущал отголоски своего посттравматического синдрома. Он убивал сам и видел, как гибли его товарищи. В итоге его некогда смоляная шевелюра изрядно поредела и покрылась сединой. И всё же, вопреки всему, прямо здесь и сейчас он чувствовал себя собранным, сильным и готовым к любому повороту.

Он плотнее запахнул ветровку, постучал подошвами по полузамерзшей земле, чтобы разогнать кровь в ногах, и присел на старый пень, не сводя зоркого взгляда с тыльной стороны тюрьмы и проходящей вдоль нее аллеи.

Из окон камер доносились обрывки криков, но разобрать Асад смог всего два слова. Первым было «Мёрк», вторым — «смерть». Ему безумно хотелось рявкнуть в ответ, чтобы эти ублюдки заткнули свои поганые рты, но он сдержался и промолчал.

Спустя час в наушнике наконец раздался голос Кеннета.

— Вижу машину, поворачивает на территорию пожарной части, — доложил Кеннет. И еще через минуту: — Так, она сдает назад… паркуется на стоянке… прямо позади моей «Вольво».

Асад поднялся на ноги и попытался разглядеть сквозь голые ветки кустарника пожарное депо на случай, если из автомобиля кто-то вышел, но вокруг никого не было.

В этот момент он почувствовал, как в кармане завибрировал телефон.

В некотором замешательстве он принялся шарить в поисках телефона

и, пока доставал его, случайно выронил наушник прямо в слякотную мокрую траву

Он был уверен, что звонит Кеннет, но это оказалась Марва.

«Что еще стряслось?» — промелькнуло у него в голове, и он поднес трубку к уху. На заднем плане был слышен заливистый смех.

— Привет, Заид! — радостно произнес ее звонкий голос. — Ты слышишь их там, на фоне?

Услышав ее счастливый тон, Асад облегченно выдохнул.

— Да, — ответил он, поправляя на ухе влажный наушник. — Чем занимаетесь?

— Ох, Заид [122] , Алфи снова поет ту песенку «Братец Якоб», про которую ты мне рассказывал! — Она сделала короткую паузу, и когда заговорила снова, в ее голосе послышались слезы абсолютного счастья. — Он знает все эти слова на арабском! Представляешь, он поет их снова и снова! Мы уже полчаса поем вместе с ним. Ох, Заид, я просто так счастлива, только это и хотела тебе сказать! — И, судя по звукам, она уже бежала обратно к детям, когда нажала отбой.

Асад замер, глядя перед собой в серые сумерки, которые медленно обволакивали нижние ветви кустарника. Было невероятно трудно переваривать столько эмоций одновременно.

Он тряхнул головой и глубоко вдохнул сырой воздух, возвращая себя к суровой реальности.

— Кеннет, как дела на твоем фланге? — спросил он.

В ответ донеслось лишь глухое шипение. Он повторил вопрос. Канал связи явно был открыт, но почему парень молчит?

Асад осторожно пошел вперед, переступая через сухие ветки, выбрался на аллею и направился к ее тупику, откуда как раз открывался вид на парковку. Машина Кеннета стояла у самого края площадки.

С виду всё казалось мирным: Кеннет просто сидел за рулем, опустив голову к экрану ноутбука на коленях.

Асад пересек дорогу и направился к автомобилю. Он еще пару раз позвал напарника через гарнитуру, но ответом ему была тишина.

Еще на подходе к машине Асад почувствовал, как внутри нарастает тревога. Он зашел со стороны рядов припаркованных автомобилей, чтобы приблизиться к «Вольво» незамеченным с тыла.

В десяти метрах от машины он заметил, что пассажирская дверь слегка приоткрыта, а на грязном талом снегу перед ней отчетливо видны свежие следы обуви. Он быстро осмотрелся по сторонам. Следит ли кто-то за ним прямо сейчас? Знает ли враг, что они ведут наблюдение вдвоем?

В Асаде мгновенно проснулись все его боевые инстинкты. «Откуда ждать нападения? Кто они? Достань тазер и сними с предохранителя». Он быстро выполнил эти мысленные команды, после чего набрал спецномер и вызвал местную полицию, как его и учил Кеннет.

Словно хищник, выслеживающий добычу, Асад шаг за шагом приближался к автомобилю. Подойдя вплотную, он увидел, что голова Кеннета безжизненно завалилась набок, а подбородок уперся в грудь.

Асад рванул дверь на себя и запрыгнул на пассажирское сиденье. Он схватил Кеннета за руку и сильно потряс. Не получив ответа, прижал пальцы к его шее. Затаив дыхание, он ждал, пока под подушечками пальцев наконец не забилась едва ощутимая, слабая пульсация. Он тут же повторно набрал экстренную службу: «Срочно пришлите скорую на парковку у пожарной части», — бросил он в трубку.

Он выбрался наружу, обошел машину кругом и заглянул через лобовое стекло на обмякшее тело товарища. И только теперь он заметил аккуратное круглое отверстие в стекле и россыпь мелких осколков на приборной панели.

Асад открыл водительскую дверь и заглянул внутрь. Пуля попала Кеннету чуть ниже шеи. На куртке расплывалось кровавое пятно, но, судя по размерам раны, критического повреждения крупной артерии можно было не опасаться.

На секунду он задумался, не отвезти ли раненого в больницу самостоятельно — ключ зажигания торчал в замке. «Везти его самому или…» — едва успел подумать он, как вдруг резкий звук со стороны ноутбука Кеннета заставил его буквально оцепенеть.