Чтение онлайн

Ты всё ещё злишься?

Я уставилась на эту фразу, потом на него.

Марк сидел совершенно спокойно, глядя на экран, будто ничего не произошло.

Я вырвала из своей тетради маленький листок и быстро написала:

Да.

Подвинула ему.

Через несколько секунд листок вернулся.

За что именно?

За кофе?

За то, что я тебя

проводил?

Или за то, что ты думаешь обо мне с утра?

Я чуть не задохнулась.

Повернулась к нему.

Он всё так же смотрел вперёд, но уголок губ у него дрогнул.

Самоуверенный придурок.

Я написала:

За то, что ты не умеешь исчезать.

Он прочитал.

Потом взял ручку.

Если исчезну, ты первая заскучаешь.

Я сжала листок так сильно, что едва не порвала.

Сзади кто-то тихо постучал ручкой по моей парте.

Я обернулась.

Кирилл.

Он чуть приподнял бровь и одними глазами спросил: всё нормально?

Я быстро кивнула.

Но, кажется, не слишком убедительно.

Потому что после лекции, когда все начали вставать, Кирилл догнал меня первым.

— Ника, подожди.

Я остановилась в проходе.

Ася предусмотрительно куда-то испарилась. В который раз.

— Что?

Кирилл посмотрел на меня внимательно.

— Всё нормально?

Я открыла рот, собираясь ответить что-нибудь нейтральное, но в этот момент рядом оказался Марк.

Конечно.

— Капитан, — сказал он лениво. — Ты снова спрашиваешь очевидное.

Кирилл даже не посмотрел на него.

— Я не с тобой разговариваю.

— А зря. Со мной всегда интереснее.

Я медленно выдохнула.

— Господи, давайте не сейчас.

Но они уже оба смотрели друг на друга.

— У тебя, Громов, похоже, слишком много свободного времени, — спокойно сказал Кирилл.

— У меня отличное расписание.

— Я заметил.

— Тогда перестань удивляться.

Кирилл наконец перевёл на него взгляд.

— Ты можешь хоть пять минут не лезть к ней?

У Марка лицо почти не изменилось.

Только глаза стали холоднее.

— А ты можешь перестать говорить так, будто она твоя?

Я замерла.

Кирилл тоже.

В коридоре рядом с аудиторией всё ещё было полно людей, кто-то проходил мимо, кто-то смеялся, кто-то болтал, но мне вдруг показалось, будто пространство вокруг нас резко сузилось.

Опять.

Как всегда, когда эти двое стояли рядом.

— Всё, — сказала я резко. — Хватит.

Они оба посмотрели на меня.

— Я сама разберусь, понятно? Без ваших тупых игр, без этих взглядов, без “она пойдёт со мной” и “оставь её в покое”. Я не вещь. Не трофей. И не повод устраивать мужские разборки у меня над головой.

Несколько секунд никто ничего не говорил.

Потом Кирилл кивнул.

— Прости.

Это прозвучало спокойно

и искренне.

Я уже собиралась ответить, но Марк, конечно, выбрал именно этот момент.

— С последним согласен.

Я медленно повернулась к нему.

— Правда?

— Да.

— Тогда почему ты ведёшь себя ровно наоборот?

Он сделал шаг ближе.

Не нагло.

Не напирая.

Просто ближе.

— Потому что, Ника, — сказал он тихо, так, что это услышала только я, — если мне кто-то нужен, я не делаю вид, что мне всё равно.

И вот это, почему-то, ударило сильнее, чем всё остальное.

Потому что Кирилл был правильным.

Марк — нет.

Но именно от его слов у меня внутри что-то предательски дрогнуло.

И я разозлилась ещё сильнее.

На него.

И немного — на себя.

Я разозлилась так сильно, что даже не сразу поняла, что делаю.

Просто развернулась и ушла.

Не красиво. Не спокойно. Не как взрослая умная девушка, которая умеет держать лицо. А быстро, резко, почти сбегая, потому что ещё секунда рядом с ними — и я либо сорвусь, либо скажу что-то, о чём потом пожалею.

— Ника! — крикнула вслед Ася, откуда-то чудом снова материализовавшаяся в коридоре.

Я не остановилась.

Слышала за спиной шаги, голоса, но не оборачивалась. Только шла вперёд, сжимая ремень сумки так сильно, что пальцы заболели. В груди колотилось сердце, и больше всего меня бесило даже не то, что они опять устроили этот идиотский обмен репликами.

А то, что Марк попал в точку.

Если мне кто-то нужен, я не делаю вид, что мне всё равно.

Как будто это должно было что-то объяснить. Как будто его наглость вдруг становилась честностью, а не всё той же самоуверенностью, от которой меня трясло с первого дня.

— Лебедева, стой!

На этот раз голос был Кирилла.

Я всё-таки остановилась.

Медленно повернулась.

Он догнал меня один. Марка рядом не было, и почему-то это сразу позволило вдохнуть чуть свободнее.

— Всё нормально? — спросил Кирилл уже тише.

Я усмехнулась.

— Серьёзно? По-твоему, у меня сейчас лицо человека, у которого всё нормально?

Он тоже криво усмехнулся, но в глазах осталась напряжённость.

— Прости.

— За что именно?

— За то, что это вообще происходит.

Я скрестила руки на груди.

— Это твой новый талант? Извиняться за Громова?

— Нет. За себя.

Я молчала.

Кирилл провёл рукой по волосам и на секунду отвёл взгляд в сторону, будто подбирал слова. И вот это в нём всегда сбивало. Он не лез напролом, как Марк. Не давил. Не играл в альфа-самца. Рядом с ним всё будто становилось… понятнее.

Только почему-то легче мне сейчас от этого не было.

— Ника, — сказал он, снова глядя на меня, — я не хотел, чтобы ты чувствовала себя так, будто вас с ним что-то делят.