Тварь
Шрифт:
— Не на долго, Ури, — нежно произнесла Изалай и крепче сжала руку подруги, — уже завтра вечером мы снова встретимся. Тогда и повеселимся от души. Я теперь замужняя вайрини, мне вс"e можно.
Уриса расхохоталась совсем по-человечески, я не удержалась и тоже улыбнулась — вс"e-таки Изалай прекрасная девушка, мне никогда не сравниться с ней. Я прикусила губу и украдкой посмотрела на Нира. Он стоял рядом с сойли и одной рукой обнимал е"e за плечи, что тоже совсем не свойственно вайрам, но люди так делают часто. В один момент сойл повернул голову и посмотрел на меня — всего секунда, и он отвернулся, но во взгляде этом я не увидела ничего кроме равнодушия, и какого-то сожаления что ли. Вот только о чём сожалел Нир? О том, что когда-то встретил меня, охотился на меня, поставил метку, трахал? Я горько выдохнула и зажмурилась, совсем ненадолго, но я смогла отключиться от реальности и успокоиться.
— Саша, — позвала Изалай, —
Мне было так лениво шевелиться или реагировать на вопрос, что заставлять себя пришлось целых пять секунд. Я открыла глаза и посмотрела в озабоченное личико феи. Фея искренне переживала за меня, а мне хотелось плюнуть в это озабоченное личико и надеть на него мешок, чтобы никогда больше не видеть. Но Изалай ни в ч"eм не виновата, я прекрасно это понимала, и устыдилась своих мыслей — вс"e-таки я — жалкий человек. На этой грустной ноте я закончила себя уничижать и ответила:
— Да, сойли Изалай, я просто немного устала.
Изалай мне явно не поверила, но расспрашивать не стала.
— Тебе нужно отдохнуть. Нас жд"eт ужин с семь"eй, ты можешь не присутствовать там, мне поможет Зария. А вот завтра на закате начн"eтся великий праздник. Так что хорошенько отдохни, выспись, а завтра в пять вечера я жду тебя в своих комнатах. Договорились?
— Да, сойли Изалай. Спасибо.
Девушка мне улыбнулась, взяла Нира за руку и попросила одного из вайров, сопровождавших нас, проводить меня в гостевые комнаты. Супружеская чета удалилась, а вайр пов"eл меня светлыми открытыми коридорами, заросшими зелёными лианами, вглубь дворца. Вообще дворец был не одним цельным зданием, но множеством строений, соедин"eнных открытыми и закрытыми коридорами. Изалай и Ниари ушли куда-то вперёд, а меня повели направо. Солнце клонилось к закату, окрашивая весь пейзаж в золотые и алые цвета, в некоторых местах уже начала сгущаться тьма, но е"e медленно начинали разгонять летающие огоньки, загорающиеся один за одним и придававшие дворцу какой-то грустной сказочности. Почему грустной? Потому что эту сказку создали монстры, убийцы, не щадившие ни детей, ни женщин. А я иду по этой сказке и восхищаюсь творением этих тварей. По щекам побежали горячие сл"eзы, на душе стало так тяжело и обидно, а зависть за мирную, сытую и спокойную жизнь затопила сердце. В последнее время я стала очень много плакать, поэтому собралась духом, ут"eрла рукой сл"eзы и глубоко вдохнула тёплый, пахнущий свежескошенной травой воздух. "Ничего, Саш," — прошептала себе под нос, — подожди немного, и на твоей улице будет праздник". Только бы побыстрее, только бы этот праздник не опоздал.
Вайр дов"eл меня до двери комнаты и сухо попрощался, а я распахнула дверь. Ничего особенного: небольшая светлая гостиная, справа спальня и ванная комната. Я быстро приняла душ, надела висевшую в гардеробной длинную чёрную сорочку на тонких бретелях, легла на кровать и погрузилась в беспокойный сон.
Я проснулась от чьего-то очень печального пения. Голос был еле слышен, но мне до невозможного хотелось увидеть, кто так красиво по"eт. Я встала с кровати, сунула ступни в л"eгкие лодочки и вышла через окно в сад. Чарующий голос не утихал, поэтому я легко могла следовать на его звук. Пройдя напрямик несколько коридоров-переходов, и обогнув с десяток строений, я вышла на край небольшой площади, слабо освещ"eнной огоньками. Чарующий голос вдруг стих, а я заозиралась, ещ"e надеясь увидеть ту, что так красиво пела, но на площади было пусто. Я обреч"eнно вздохнула, подошла к ближайшему дереву, села, облокотившись о его т"eплую крону, и закрыла глаза. Воздух пах влагой и травой, насекомые тихонько выводили свои трели, и иногда было слышно, как перекликаются друг с другом птицы. Вс"e было таким знакомым, но таким чужим. До меня только сейчас начало доходить, что я пролетела миллионы миллионов километров в космосе, что я нахожусь на другой планете, в чужом мире, среди чужих мне существ. Я открыла глаза и посмотрела на небо, пытаясь найти знакомые мне созвездия, но ни большой медведицы, ни ориона, ни кассиопеи я не увидела. Зато увидела три больших полных луны, озаряющие небосвод т"eплым неярким светом. А ещ"e медленно увеличивающуюся яркую точку. Я начала наблюдать за ней, и спустя пару минут увидела, как к краю площадки подош"eл силуэт и поднял голову к небу. Он тоже смотрел на приближающуюся точку. Вскоре она превратилась в небольшой кораблик, похожий на лайр. Когда кораблик приземлился на площадке, из отсека вышел высокий мужчина в длинном т"eмном плаще. Мне стало любопытно, я незаметно подобралась поближе и спряталась за дерево.
Мужчина подош"eл к ожидавшему на краю площадки и крепко обнял его, радостно прошептав:
— Кай, как я рад тебя видеть! Как же я рад!
— Шьямалан, друг мой, — глухо отозвался сойлар, и в голосе его было столько тоски, что мо"e сердце сжалось от грусти. Я не должна была быть здесь,
не должна была увидеть встречу двух близких друзей, расставшихся на несколько десятков лет. Я отвернулась, прижалась к стволу дерева и неосознанно схватилась за грудь. Что это за мир такой, где люди засыпают, чтобы проснуться через десять с лишним лет? А как же близкие, родные? Через десять лет их ведь может и не стать! От одной только мысли о такой судьбе мне стало страшно, и я зажмурилась, чтобы прийти в себя. На площадке стало тихо, я выглянула из-за дерева и замерла: передо мной стоял тот самый мужчина в плаще и неотрывно смотрел на меня.— Кай, — позвал он глубоким низким голосом, — у нас тут мышка притаилась.
— Невозможно, сюда ни один вайр при всём своём желании не сможет попасть, — отозвался сойлар и, поравнявшись с другом, удивл"eнно уставился на меня, — но у нас тут не вайр, а человек.
Я слегка истерично хихикнула и поклонилась:
— Сойлар Лайонай, приветствую вас.
— Человек, ты сказал? — спросил мужчина и близко наклонился к моему лицу, — и, правда, человек, Кай! Но откуда? По моим подсчётам человечеству ещ"e века три-четыре развиваться, прежде, чем они освоят гиперпространственные прыжки и вступят в контакт с другими расами.
Кайрана посмотрел на меня, потом перев"eл тяжёлый взгляд на друга и произн"eс:
— Ты знаком с человеческой расой?
— Конечно, Кай. Я не одну сотню лет помогаю им в их развитии и с замиранием сердца жду, когда они смогут стать нашими верными союзниками и друзьями.
Я не выдержала и расхохоталась, истерично, некрасиво, почти отвратительно. Подумать только, король одной расы мечтает, что люди станут друзьями его народу, помогает людям, двигает их научный прогресс. А король другой расы использует людей как добычу для охоты и методично уничтожает их как вид. И два этих короля — лучшие друзья. Интересно, что случится между этими двумя, когда император Шьямалан узнает, что сделал с человечеством сойлар Лайонай…
От души отсмеявшись и утерев с лица сл"eзы истерики, я посмотрела на двоих мужчин, внимательно следящих за каждым моим движением.
— Извините, — сказала я по-русски, — вес"eлый случай из жизни вдруг вспомнился, вот я и рассмеялась.
Мужчины переглянулись, а Шьямалан спросил у сойлара:
— Она не говорит на вайри?
— Нет, Шая. Она не говорит.
— Жаль. Я уже подзабыл славянские языки Земли, но то, что она извинилась, понял.
Кайрана посмотрел на меня и как-то горько вздохнул, а мне стало любопытно, когда же этот сильный и невозмутимый вайр осмелится рассказать лучшему другу, что он сделал с человечеством.
— Пойд"eм в дом, Шая. Я так долго ждал тебя.
Сойлар улыбнулся другу и повернулся ко мне:
— Ты ид"eшь с нами, девочка, раз уж здесь оказалась.
Я кивнула и поплелась за вайром и айамиа, или айамийцем, — не знаю, как правильно называется его раса.
Глава 15. Ночь откровений
Райва пребывал в шоке. Его милое личико так вытянулось в изумлении, что я чуть не засмеялась, но рисковать не стала и поспешно отвернулась, делая вид, что разглядываю небольшую уютную гостиную, в которую меня и императора Шьямалана привёл сойлар. Меня удивил большой камин, в котором, весело потрескивая, горел яркий огонь. Вот, собственно, и всё освещение гостиной. Возле камина стояли два кресла и низкий столик, уставленный спиртным и лёгкими закусками. На полу лежал бежевый ковёр с длинным ворсом, а всё остальное пространство занимали стеллажи с книгами. Сойлар Кайрана и император Шьямалан прошли к камину и уселись в удобные кресла. К ним тут же подскочил Райва, разлил по бокалам ровай и протянул поочерёдно правителям.
— Принеси ещё один бокал, Райва, — обратился к молодому прислужнику сойлар, — сегодня нас будет трое.
Райва поклонился и вышел из гостиной, а я посмотрела на удобно развалившихся в мягких креслах правителей великих империй, ещё раз окинула комнату в поисках какого-нибудь стула и не найдя ничего лучше, уселась на ковёр возле кресла Кайраны. Сняв лодочки со ступней, я с наслаждением зарылась пальцами ног в мягкий ворс ковра, откинула голову на подлокотник кресла и закрыла глаза.
— Удивительно, как сильно доверяет тебе девушка, Кай, — заговорил Шьямалан на вайри, — люди так расслабленно ведут себя только в присутствии родных.
"Удивительно, как плохо вы знаете людей, уважаемый император, — подумала лениво, — я просто устала бояться". Да и скорый конец всех этих мучений придавал мне внутреннего спокойствия — всё-таки сойлар смог донести до меня мысль, что Нир скоро забудет обо мне и отпустит. Да, больно, да, обидно, но, наверно, жизнь такой и должна быть — со своими взлётами и падениями.
Я позволила себе лёгкую улыбку и открыла глаза. Как раз вовремя — в гостиную вошёл Райва, налил в принесённый бокал ровай и отдав мне, тихонько удалился. Я тут же сделала пару больших глотков и потянулась за красивым красным плодом, похожим на спелое яблоко.