Чтение онлайн

На следующий день Макс просил остаться снова, но мне как минимум нужна была моя одежда и шампунь для волос. А еще я боялась привыкать к его красивому дому и тому, что Макс рядом каждую минуту.

Мы вернулись домой, где нас встретил Кирилл — снова хмурый, но быстро натянувший улыбку. Брат обнял меня, чмокнул в макушку и разве могло быть что-то лучше того, что рядом со мной двое мужчин, которых я безумно люблю?

— Ева уехала домой, — сказал Кирилл, заметив, что я выглядываю подругу. — Вечером приедет.

— Я пошла в душ.

— Ты у меня не накупалась? — Макс улыбнулся и стиснул меня руками.

— Я не

рискнула мыть волосы твоим шампунем, — ответила я, и Макс отпустил меня.

Парни ушли на кухню, я взяла чистые домашние вещи и нырнула в ванную. Включила горячую воду, чтобы прогреть помещение от осеннего холода, но из крана потекла ржавчина. Выругалась и оставила кран открытым, давая стечь ржавчине. Вышла из ванны, закрыла дверь и хотела эти пары минут провести с парнями.

— Мы должны ей рассказать, — раздался из кухни тихий голос Макса.

Я не хотела подслушивать, но ноги остановились сами, тело замерло в ожидании.

— Придется рассказывать все, и что я попросил тебя встречаться с ней,— сказал Кирилл, и я прижалась к стенке. — Деньги ведь еще за это предлагал.

До ушей донесся грохот — совсем рядом рухнул мой мир. Счастье, казавшееся таким безупречным всего пару минут назад, оказалось фальшивкой. Очередной игрой брата и его друга. Кирилл пытался продать меня, как собаку, а в итоге что? Досталась бесплатно? Макс решил поиграть со мной безвозмездно?

Мысли одна за другой крутились в голове, и я с трудом верила, что это происходит со мной. Что все это фальшивка, что брат снова… снова предал меня. Я не могла это выдержать, резко закружилась голова, а к горлу подступила тошнота.

С трудом я заставила себя сдвинуть ноги и зайти на кухню.

— И сколько же стоит мое сердце? — спросила я у брата.

Его испуганные, круглые глаза смотрели на меня, но я видела в них только смех над собой. Над глупой девчонкой, поверивший, что людям можно доверять.

— Ань…

— Сколько? — крикнула я. — Сколько ты был готов заплатить, чтобы снова растоптать меня?!

Я медленно, преодолевая невидимое препятствие, повернула голову к Максу.

— Это правда?

Он молчал, а это означало только одно: никакой шутки. Макс со мной был по просьбе брата, а не потому, что я нужна была.

Я тяжело вздохнула, чувствуя нехватку воздуха.

— Ты посчитал, что в прошлый раз сделал мне недостаточно больно? Решил исправить ошибку? — Я снова посмотрела на Кирилла.

И от своих же слов в груди что-то лопнуло, жгучая боль разлилась по телу и осколки моего сердца разлетелись в разные стороны. Я задыхалась. Резко села на корточки и уронила лицо в ладони, не в силах выдержать этого. Я не заплакала, я завыла. Мне не хватало воздуха, не хватало сил, я превратилась в один сплошной комок боли. Кровь стучала в ушах, и сквозь шум я слышала голос Кирилла, пытающегося что-то сказать. Но я уже достаточно услышала. Он снова предал меня и доказал всё, в чем я была убеждена раньше.

Я с трудом поднялась на ноги, даже не пытаясь вытереть тот ливень, что тек по моему лицу.

— За что? — крикнула я. — За что, Кирилл!!

Отступила назад, спиной, затылком врезалась в стену, и боль стала еще сильнее, разрывая меня изнутри на мелкие кусочки. Я не могла видеть их и слышать. Мне снова хотелось бежать, и я, быстро сунув ноги в кеды, выбежала из квартиры, даже не взяв куртку.

В футболке и джинсах я бежала

по улице под дождем. Я рыдала сильно и громко, но хотела кричать. Люди оборачивались на меня, но я не останавливалась. Через сбитое дыхание бежала по лужам, по грязи, поскальзывалась и почти падала без сил. Во рту пересохло от тяжелого дыхания и рыданий, колени и руки дрожали. Яичница, та самая, что была приготовлена на завтрак, как мне казалось, заботливыми руками Макса, просилась наружу. Я нырнула в кусты, и меня стошнило, но легче не стало.

Когда оказалась у ворот Евиного дома, силы полностью покинули меня. Я нажала на звонок и ждала, дрожа всем телом от холода и обиды. В груди зияла огромная дыра от вырванного наживую сердца, и в ней гулял сквозняк, превращая все внутри в ледяной ком.

Ева открыла дверь, увидела меня, рыдающую и тяжело дышащую. Я не могла ничего сказать. Сил не было ни на что, и я рухнула на колени в грязь, закрывая лицо руками.

— Господи, Аня, что случилось?

Ева подхватила меня за руку, затащила во двор и усадила на лавочку. Дождь бил в лицо, по рукам, и вода уже стекала на лавочку с одежды и волос.

— Они… все… подстроили… Кирилл… просил… Макса… встречаться со мной… хотел… продать меня… деньги ему предлагал.

Я еле выговаривала слова, делала паузы и дрожала. Ева снова схватила меня и завела в дом. С одежды и волос стекала вода, оставляя лужи на полу. Джинсы пропитались грязью, и будь я в нормальном состоянии, не стала бы заходить в ее дом в таком виде.

Но Ева была беспощадна. Она затащила меня по лестнице на второй этаж, завела в ванную, помогла снять одежду и усадила в теплую воду. Сама не ушла, осталась рядом, слушая мои рыдания, от которых уже болело горло. И только когда я перестала дрожать и немного успокоилась, вытащила из ванны, закутала в полотенце и привела к себе в комнату. Помогла одеться, и уложила в кровать, накрыв одеялом.

Я сжалась в комок, еще всхлипывая, а Ева обнимала меня, мягко поглаживая по руке.

— Я не нужна ему, — тихо сказала я. — Это всего лишь игра. Кирилл просил Макса встречаться со мной. Он снова предал меня. Ев, мне так больно.

— Я знаю, — сказала подруга и поцеловала в голову. — Надо поспать. Останешься у меня. Я не отпущу тебя.

— Вещи…

— Привезу. Ты поспи, а я привезу.

Я кивнула и закрыла глаза с желанием исчезнуть совсем. Или проснуться, поняв, что это был всего лишь сон. Что на самом деле мне приснился этот разговор, а я снова не проваливались в ту яму, из которой так долго выбиралась. Но как бы мне ни было страшно, я понимала — происходящее реально. Глупо было верить в то, что я кому-то оказалась нужна.

Глава № 21 Кирилл

Анькин крик еще долго стоял в ушах, и я не двигался с места. Смотрел на закрытую входную дверь в надежде, что сестра вернется. Но она не возвращалась. Она ушла, узнав правду, что я так тщательно скрывал от нее.

Я хотел объяснить, пытался, но она так плакала и вряд ли услышала мои жалобные оправдания. Наверное, я бы тоже не стал говорить с человеком, что пытался продать ее. Мне тошно от самого себя. Это не так должно было быть. Я думал, спокойно расскажу Аньке, объясню, что Макс с ней не из-за моей просьбы и, тем более, не из-за денег. Но она ушла. А я продолжал смотреть на дверь в надежде, что сестра вернется.