Чтение онлайн

Белесые брови нахального мальчишки ползут вверх.

– И все?! И наказывать не будете?

– А зачем? Ты и сам сказал, что ничего не решаешь. Даже за испорченное тобой же имущество расплатиться не можешь.

Саша хмурится. В глазах появляется злая обида.

– Да я знаете что? Я могу сейчас позвонить и у меня на карте будет любая сумма.

– Ага, - уже зеваю я, - только не твоя, а отчима, или кто он тебе. Короче, скука.

Рита демонстративно закрывает папки с бумагами. Мы обе обсуждаем грядущую планерку, стараясь не смотреть на Сашу. Первое время он и правда нас не отвлекает, но потом, поняв, насколько нам на него плевать, начинает нервничать.

– Я может

и сам бы хотел работать, да мне не разрешили!

– Да и правильно сделали, Саш, - мягко, как с дурачком, лопочет Рита, - ты же еще маленький.

– Я не маленький, мне шестнадцать! В моем возрасте Моцарт уже по всей Европе концерты давал, понимаете! А я тут прозябаю! В школе вашей дурацкой!

– И поэтому ты решил разобрать мою школу по кирпичику?

– Тут скучно!

– Понимаю. Собаки, когда им делать нечего, яйца себе лижут. А ты решил скуки ради, сломать то, что сам не строил. И что даже не можешь компенсировать, потому что у тебя нет на это денег. Ладно, Саш, ты не переживай. С отчимом мы свяжемся, и решим вопрос уже по-взрослому. А ты иди. Я правда даже не вижу причины, чтобы тебя ругать.

– В смысле нет причины? Да я вам дал их с сотню!

Сорок три, если быть точной. Я считала.

– Саш, ты занимаешь чужое время.

– Карина Васильевна, - Латиенко резко плюхается на колени, - родненькая, ну отчислите меня, наконец! Ну, мне же тут совсем не нравится, я обратно хочу! Мне ни ваша гимназия, ни ваша Москва не упали вообще! Я хочу в свой двор, в свою школу, где меня все знают, и я тоже знаю всех!

Ну, понятно. Типичная ситуация, где взрослого ребенка выдернули из привычных условий, и поехали в Москву - удовлетворять амбиции родителей. Отчима, как в нашем случае. И работает этот отчим каким-нибудь менеджером высокого звена, делает полезную, только совсем непонятную работу, и не знает, что из-за его решений страдает куча людей. Пасынок, директор школы пасынка и весь педагогический состав.

– Саш, ну хватит, - устало тру виски руками. – Если так надо, то отчислю. Человеком больше, человеком меньше. Вчера вон, физика проводили. А такой педагог был, не представляю, как я без него…

– Калоша он, а не педагог. – Пренебрежительно шипит Саша, поднявшись с колен.
– Голова резиной набита. Я и то в физике больше понимал, чем ваш Михаил Эдуардович.

Снова переглядываюсь с Ритой. Радоваться пока рано, но кажется это оно, нащупали.

– Серьезно? А у тебя по физике разве не тройка?

– Обижаете. Круглая пять.

– Хм… точно. Слушай, Саш, а может, поможешь, пока я Михаилу Эдуардовичу замену не нашла? Нужно допы у шестых классов вести, по расписанию они как раз во время вашей физкультуры стоят. А я тебе пока освобождение нарисую.

Саша на секунду задумывается, вижу, что ему интересно мое предложение, но из-за природной вредности он сейчас пошлет нас с Ритой далеко и надолго. Так что играю на опережение. И поэтому шлю себя сама.

– А хотя стоп, чего это я. Лучше ты пока с ребятами нормативы сдашь. И потом, это тебе платить надо…

– Платить?!
– тут же оживляется Саша.

– Конечно. Правда, неофициально, в конверте, все-таки лет тебе не восемнадцать. Так что нет, забудь. Думаю, тебя такое не устроит.

Я вижу, как в глазах Саши вспыхивает азарт, хотя он изо всех сил старается сохранить равнодушную мину.

– Ну... если в конверте, то ладно. Так и налоги платить не придется, - бурчит он, делая вид, что делает мне одолжение.
– Только смотрите, чтобы ваши не ныли потом, что я их работу отобрал.

– Договорились, - киваю я, скрывая улыбку.
– Завтра же оформлю освобождение от физры.

Саша

встает, небрежно поправляя рюкзак на плече. Он уже почти у двери, когда оборачивается:

– Кстати, сколько платить будете?

– Минимум треть ставки, - отвечаю серьезно.
– Но если результаты будут...

– Будут, - резко перебивает он и выходит, громко хлопнув дверью.

Рита вздыхает:

– Другие учителя не будут против? Такого... юного коллеги?

Я пожимаю плечами:

– Они будут счастливы, если он перестанет донимать их и срывать им уроки. Саша не глупый, Риточка. Наоборот - умный до неприличия. Просто ему смертельно скучно.

– А деньги на его зарплату?
– поднимает бровь подруга.

Я не могу сдержать ухмылку:

– Отчим заплатит. Он же у нас богатый.

Мы смотрим друг на друга - и взрываемся смехом. Когда приступ веселья проходит, Рита вдруг становится серьезной.

– Ты знаешь, - говорит она тихо, - ты потрясающий управленец. Под тобой обычный языковой клуб превратился в лучшую школу города. Я даже не представляю, как мы будем без тебя...

Мое сердце замирает на мгновение.

– Что, уже на пенсию меня отправляете?
– пытаюсь шутить, но голос звучит неестественно.

Рита смотрит мне прямо в глаза:

– Ну как же. Я думала... когда все закончится, ты поедешь в Екатеринбург. За Яшиным. Или я не права?

Солнечный луч, игравший на полированной поверхности стола, вдруг кажется слишком ярким. Я отворачиваюсь к окну, где на школьном дворе вижу Сашу - он уже окружен толпой ребят, что-то оживленно им объясняя. Те хохочут и косятся в сторону моего кабинета. Точно, обсуждают нас с Риткой. А почему бы и нет? Я директор, Рита завуч – кого как не нас с ней обсуждать бедным детям? Уверена, у нас с Ритой и прозвища есть, а то, что мы о них не знаем, говорит о том, что дети у нас нормальные и воспитанные. Потому что мы же с Ритой их нормально и воспитали.

Столько было вложено в это сил. Столько времени. Столько слез.

И теперь сама мысль о том, чтобы оставить школу… даже думать об этом больно.

– Не знаю, Риточка, - тихо отвечаю я.
– Пока не знаю...

За окном смеются дети. Где-то звенит звонок. Жизнь продолжается.

Кофейная чашка в моих руках уже остыла. Я провожу пальцем по гладкому краю, наблюдая, как последние капли кофе оставляют темные следы на белом фарфоре.