Развод. Бумерангом по самые я...
Шрифт:
И ушла. Тихо.
Тишина это единственное, что осталось после нас.
Брелок выскальзывает из моих пальцев и со звоном падает на стеклянную столешницу. Этот звук - как щелчок выключателя. Всё - я снова здесь. В своём кабинете. В реальности, где передо мной сидит не призрак прошлого, а живой, дышащий Влад Яшин.
Он поднимает брелок, крутит его в руках с ловкостью уличного фокусника. Секунда, и пластиковая безделушка пропадает из виду, раз и она снова на ладони, такая же реальная, как все, что происходит между нами.
–
Голос Влада - как спичка, чиркнутая по моей нервной системе.
Я хочу вырвать эту дрянь у него из рук. Хочу швырнуть в окно. Хочу закричать: "Я ничего не помню! Ничего!» Но вместо этого равнодушно бросаю:
– Не понимаю, о чем ты.
– Пусть так, - снова улыбается Влад. И смотрит, остро и пытливо, как раньше. И так же как и раньше, легко переключается с одной темы на другую, чем доводит меня до состояния близкого к истерике. – Кстати, всю ночь изучал биографию твоего мужа, скажи, тебе всегда нравились хряки или твой вкус испортился сразу после нашего развода?
– Влад, не смешно.
Он приподнимает брови, выдерживает театральную паузу, прежде чем ответить:
– Согласен! Это очень грустно. – Голос его звучит преувеличенно скорбно, но глаза смеются.
– Он уже организовал налоговую проверку? Нет, ну, уверен, скоро будет. Я бы на твоем месте занялась аудитом, чтобы найти у себя слабые места.
– Уже, - цежу сквозь зубы.
– Ма-ла-дец! Кстати, восхищен твоей предпринимательской жилкой! Построить такой бизнес из ничего, ты реально крутышка! Каришка – крутышка! Школу ты зарегистрировала до брака? Ну и умница, с ней будет проще всего, с салонами, как я понял, тоже. А вот за ресторан придется побороться, но ничего, я знаю, как прижать пятак твоему свину. Главное, чтобы ты полностью доверяла мне и моим методам, иначе мне будет трудно представлять тебя в суде.
Я вскакиваю, стул с грохотом падает на пол:
– А с чего ты взял, что ты будешь меня представлять?!
– Серьезно? – Влад демонстративно крутит головой. – Что-то не вижу очереди из юристов, готовых ради бедной Кариночки жопу рвать. Ау, юристы, вы где?!
Я не выдерживаю. Все это слишком похоже на то, отчего я так отчаянно бежала. Мы говорим, но не слышим друг друга. На каждое мое слово он отвечает дебильной шуткой, на каждое его - я взрываюсь подобно петарде. Господи, что за временная петля и как отсюда выбраться?!
Влад меж тем садится на кресло перед моим столом и принимается раскладывать какие-то документы:
– Касательно твоего дела…
– Нет никакого дела! Ты не будешь меня представлять в суде.
Собственный голос звучит на удивление спокойно. Сама не понимаю, откуда во мне силы, чтобы вести себя и говорить как обычно.
Влад, который, видимо, ожидал от меня очередной приступ ярости, поднимает кустистые брови:
– Карина, это большая ошибка. Я сейчас серьезно, никто в здравом уме не согласится переть на Казанского.
– А ты значит согласишься?
– Конечно. Я ведь уже давно ку-ку.
– Вот и кукуй отсюда обратно к себе в Екатеринбург, - четко, почти по слогам произношу
я. – У тебя не было никакого морального права врываться ко мне и устраивать все это!Обвожу в воздухе рукой, показывая… черт, сама не понимаю, что показываю. И отчего так злюсь. И почему так противно щиплет в глазах.
Влад смотрит на меня оценивающим долгим взглядом, будто гадает, что еще я могу сказать. И кивает, соглашаясь.
То есть не спорит!
Не пытается переубедить.
И даже не кричит.
Признаться честно, такое с нами впервые.
Его пальцы разжимаются, дыхание выравнивается и сам он – самое странное – улыбается.
– Как скажешь, - пожимает он плечами.
И поворачивается к Рите, будто меня здесь больше нет.
– Я остановился в Ритце. – Говорит он ей, а не мне. – На три дня. Если твоей подруге понадобится помощь, вот моя визитка.
Вот так. Меня вычеркнули из разговора.
– Влад, - Рита неуверенно озирается на меня.
– Не надо, - перебиваю подругу, шагаю к двери, распахиваю ее. – Мы обойдемся без тебя, спасибо за беспокойство, но не стоило. Если нужно компенсировать траты на дорогу, отправь копию билетов мне на почту.
Яшин медленно поднимается, проходит мимо, не глядя в мою сторону. Но на пороге оборачивается.
– Знаешь, я все гадал, какая ты стала? Приятно, что некоторые люди не меняются, даже не смотря на время и говеную экологию. Ты все такая же, какой я тебя запомнил.
Невольно вспыхиваю лицом, не понимая, это комплимент или очередная издевка. И чтобы не думать над подходящим ответом, таким же «остроумным», как и сам Яшин, молча захлопываю дверь.
Рита старается не смотреть в мою строну. Она прибирает в кабинете, раскладывает по папкам бумаги, поднимает и придвигает к столу упавшее кресло. Эти действия успокаивают, и чтобы как-то помочь подруге, я тоже принимаюсь за уборку. Кажется книги стоят криво, и ручки разбросаны вместо того чтобы стоять в стакане. Неожиданно мне на глаза попадает брелок. Тот самый, что принес Яшин. Крепко сжимаю его в пальцах, острые края мотоцикла впиваются в ладонь.
В памяти всплывают его слова: «Ты все такая же».
Наверное, это был не комплимент. Не могу сдержаться, поднимаю взгляд на зеркало, поправляю прическу. Волосы лежат не пойми как, и макияж размазался. Какой стыд!
– Ты очень красивая, Карина, - мягко произносит Рита. – Хоть и ведешь себя как дура!
– А то я сама не знаю!
– Уверена, что поступила правильно?
Этот спокойный учительский голос выводит меня из себя.
– Рит, не начинай! Я не хочу еще и с тобой ругаться!
– Как скажешь.
Рита молча выходит, а я остаюсь в кабинете одна. С дурацкой визиткой, дурацким брелоком, и дурацкой, мыслью стучащей в висках: мне проще тысячу раз развестись с Казанским, чем пережить еще одну встречу с Яшиным.
Глава 12
Граф ждал меня на пороге. Маленькая лужица ждала меня там же.
– Господи, да сколько можно, - задираю лицо вверх и мысленно ругаюсь с Богом. Кажется, все это немного слишком для меня одной. К вечеру я устала так, что ноги гудят и отбивают Марсельезу, а впереди вечерняя прогулка с одним вредным хвостатым, который в упор не признает во мне вожака.